Убийство в кукольном доме. Как расследование необъяснимых смертей стало наукой криминалистикой - Брюс Голдфарб

Ли проводила семинары полностью самостоятельно, без финансовой или административной поддержки Гарварда. Кара Конклин, ее личный секретарь, занималась всей перепиской. Ли подыскивала лекторов, большинство из которых были связаны с кафедрой, и оплачивала путевые расходы приезжим преподавателям. Перед каждым семинаром она на неделю приезжала в Бостон, чтобы лично проконтролировать организацию занятий и банкета. Ли угощала всех изысканным ужином в «Ритц-Карлтон», обеспечивала класс сигаретами и спичками, платила за дипломы и нагрудные значки и лично оплачивала все расходы, связанные с учебой. При этом все доходы от семинаров — регистрационные взносы — поступали на кафедру судебной медицины, которую Ли также спонсировала.

Несмотря на успех этих занятий, не все в Гарварде относились к ним одобрительно. Некоторые считали, что копам нечего делать в кампусе университета Лиги Плюща. Доктор Джордж Майнот, получивший в 1934 году Нобелевскую премию за выдающуюся работу в области медицины и физиологии, изложил свои мысли в письме Беруэллу: «С какой стати Гарвардская медицинская школа должна иметь какое-то отношение к обучению полицейских и их коллег? Похоже, что медицинский факультет втянут в организацию курсов или обучение лиц, которым и в голову не приходило получать высшее образование. Безусловно, хорошо подготовленные работники так называемых полицейских лабораторий принесут пользу, но я просто спрашиваю себя, почему этим должен заниматься Гарвард?»^[339]

Ли не считала полицейскую работу чем-то недостойным Лиги Плюща и использовала все свое влияние, чтобы добиться продолжения семинаров в Гарварде. С 1949 года она начала приглашать женщин-полицейских на семинары о насильственной смерти. Первыми участницами в апреле 1949-го стали Эвелин Бриггс и Кэтрин Хаггерти, одни из первых женщин в полиции штата Коннектикут. После этого на каждый семинар приезжали как минимум две студентки.

Ли шла на всё, чтобы женщины чувствовали себя на семинарах на своем месте. Хотя к тому времени женщины-полицейские уже не были в диковинку, всё же по ошибке их могли принять за секретарш или посторонних. «Некоторых мужчин из группы смутило наше появление в первый день занятий, — вспоминала Люси Боланд, оказавшаяся во второй группе женщин на семинаре в октябре 1949 года. — Они были изумлены, когда капитан Ли представила нас как полицейских штата»^[340].

Боланд описывала инцидент, произошедший во время занятий в лаборатории, когда студенты наблюдали за влиянием разных ядов на мышей. Люси заверила Фрэнсис, что не боится мышей, но ее напугало неожиданное движение сбоку, и, отпрянув назад, она столкнулась с Ли. «Мне было очень неловко, потому что я врезалась в нее, и стыдно, ведь я отступила после того, как похвасталась, что не боюсь, — рассказывала Боланд. — Но капитан Ли немедленно успокоила меня, сказав, что мышей она не боится, но паникует при виде лягушек, ведь невозможно понять, куда они скачут».

Общение с коллегами-женщинами на семинарах шло на пользу мужчинам. Во время перерывов они стекались к сокурсницам, чтобы обсудить их успехи в полицейской работе. «Мало у кого из наших коллег по Гарварду был опыт общения с женщинами-полицейскими. Их поражало, как много женщин служит в Коннектикуте, — говорила Боланд. — Многие рассказывали, что годами безуспешно выступали за прием женщин в отделения. Однако теперь, поговорив с нами, они могли вернуться к своему начальству с новыми аргументами»^[341].

9 февраля 1948 года

Реализация еще более важной цели — знакомства широкой общественности с судебной медициной — по-прежнему не давалась Ли. У нее была смелая идея — снять художественный фильм о кафедре судебной медицины. Благодаря связям в издательских кругах Нью-Йорка Ли добилась внимания Самюэля Маркса, редактора сценарного отдела кинокомпании Metro-Goldwyn-Mayer. «Полагаю, можно создать интересный фильм полудокументального характера, связанный с вашей работой в области расследования преступлений», — написал ей Маркс и отправил в Бостон молодого сценариста Альвина Джозефи^[342].

В долгие одинокие дни в «Рокс» полицейская радиоволна связывала Ли с ее далекой семьей блюстителей порядка. «Я со все большим интересом и симпатией слушала передачи полиции штата Вирджиния, пока не почувствовала, что каждый из вас — мой личный друг», — писала она майору Джеймсу Нанну, заменившему полковника Вудсона во время войны^[343].

Ли отправляла личные поздравления с Рождеством и баловала своих ребят в Вирджинии и Нью-Гэмпшире, посылая им в подарок копченую индейку, коробки свежих цитрусов, а также книгу доктора Лемуана Снайдера «Расследование насильственных смертей: практические рекомендации для коронеров, офицеров полиции и других следователей»^[344]. Снайдер, получивший медицинское образование в Гарварде, руководил отделом судебной медицины в полиции штата Мичиган. Он участвовал в создании Мичиганской криминалистической лаборатории и кафедры управления полицией в Мичиганском университете, впоследствии ставшей школой уголовного права.

Книга Снайдера, опубликованная в 1944 году, на три с лишним десятилетия стала классическим учебником для полицейских академий и университетских программ уголовного права. Когда вышло первое издание, Ли написала автору, как высоко ценит его работу. Снайдер польстил ей в ответ: «Ваши замечания были мне особенно приятны, в частности потому, что вы признанный авторитет в этой области в нашей стране»^[345].

В 1948 году через Снайдера к Ли решил обратиться Эрл Стенли Гарднер, автор романов-бестселлеров о Перри Мейсоне. Гарднер регулярно писал статьи для крупнейших журналов страны. Он был практикующим адвокатом и писателем и недавно вплотную занялся изучением уголовных дел людей, которых считали несправедливо осужденными и приговоренными к смертной казни. Гарднер заручился содействием полиции, следователей, криминалистов и других экспертов в проекте, который назвал «Суд последней надежды». В итоге Гарднер написал редакционный материал о проекте для бульварного издания Argosy, которое хотело поправить свой имидж, перейдя от сплетен и выдумок к репортажам о реальных преступлениях.

Чуть позже из статьи в Los Angeles Times Гарднер узнал о гарвардских семинарах для офицеров полиции и захотел получить приглашение на один из них. Семинар казался ему чем-то новым, необычным и мог подарить идеи для работы. Снайдер, член группы экспертов Гарднера в «Суде последней надежды», представил автора капитану Ли.