Тысячеликий герой - Джозеф Кэмпбелл

Вначале этот [мир] был несуществующим. Он стал существующим. Он стал расти. Он превратился в яйцо. Оно лежало в продолжение года. Оно раскололось. Из двух половин скорлупы яйца одна была серебряная, а другая – золотая. Серебряная половина – это земля, золотая – небо, внешняя оболочка – горы, внутренняя оболочка – облака и туман, сосуды – реки, жидкость в зародыше – океан. И то, что родилось, это солнце.^[389]

Скорлупа космического яйца – это структура мирового пространства, а внутренняя плодотворная сила зародыша воплощает в себе неисчерпаемые животворные силы природы.

«Пространство безгранично, будучи постоянно возобновляющейся формой, а вовсе не ширясь до бесконечности. То, что есть, является скорлупой, плавающей в бесконечности того, чего нет». Эта краткая формулировка современного физика, рисующая картину мира, какой он ее видел в 1928 г.,^[390] передает суть образа мифологического космического яйца. К тому же эволюция жизни, описываемая нашей современной биологией, служит темой ранних стадий космогонического цикла. В конечном счете разрушение мира, о котором говорят нам физики, должно произойти через истощение нашего солнца и упадок всего космоса,^[391] состояние, предвещаемое шрамом, от огня Тангароа; апокалиптическое действие творца-разрушителя будет постепенно возрастать, покуда, наконец, во второй фазе космогонического цикла все не перейдет в море блаженства.

Неудивительно, что космическое яйцо раскалывается, чтобы явить вырастающую из него устрашающую фигуру в человеческом облике. Это – антропоморфная персонификация порождающей силы, Могущественное Жизненное Единое, как его называют в каббале. «Могущественный Та’ароа, несущий в себе проклятие смерти, он и есть творец мира». То же мы слышим и на Таити, другом острове Южных Морей:^[392] «Он был один. Не было у него ни отца, ни матери. Та’ароа просто жил в пустоте. Не было ни земли, ни неба, ни моря. Земля была туманностью: не было твердыни. Затем Та’ароа сказал: