Ультрасовременный ребенок - Алла Баркан

В таких семьях, как правило, доминирует властная и авторитарная мать, достаточно деспотичная, подавляющая любую неприемлемую для нее идею ребенка. По сравнению с матерью отец чаще всего менее или малоактивен и играет второстепенную роль в доме. Однако и этот малоактивный отец может быть деспотом.

Характерной особенностью большинства детей, склонных к анорексии, является их почти патологическая гипертрофированная зависимость от родительского влияния и эмоциональная незрелость. Непослушание для такого ребенка практически невозможно. Из-за этой зависимости от родителей дети не в состоянии принимать самостоятельные решения, да особенно и не стремятся к этому. Эта несостоятельность порождает неверие в свои силы и снижает самооценку ребенка. В то же время немало детей, значительно преувеличивающих свои способности, а в связи с этим и возможности.

Однако среди «кандидатов» на это заболевание достаточно много и действительно талантливых детей. Анорексию даже называют «болезнью отличниц».

Нервная анорексия встречается чаще всего у детей с повышенным чувством долга, страдающих перфекционизмом, переживающих из-за плохих отметок. Таких детей часто мучают всевозможные страхи. Им свойственны и навязчивые состояния. Как правило, отличаясь от многих других своей сверхобидчивостью и сверхчувствительностью, они выделяются и некоторыми аскетическими чертами, выражающимися в различного рода пренебрежениях: от модных нарядов до подростковых тусовок. Большинство из этих детей пытаются подавить свои половые признаки (радуясь маленькому размеру груди и раздражаясь наличием менструаций). Есть даже мнение, что подобное состояние у девочек, а девочки страдают от этого заболевания, по данным статистики, в 9 раз чаще мальчиков, является «травмой первой менструации».

Так как родители таких детей уделяют им очень редко внимание, их семейные трапезы за столом по какому-то случаю или в силу традиций – главное время, когда старшее поколение общается с младшим, поэтому любой отказ от еды подобного ребенка – своеобразная реакция протеста.

Такие дети, стремясь к совершенству, обычно выбирают себе эталоны для подражания, далекие от совершенства. И эти эталоны в наше время, конечно, звезды Голливуда, манекенщицы, супермодели…

Но соответствовать им можно только благодаря сегодняшним стандартам этих профессий, предполагающих почти бестелесность претенденток. И 14-летние девочки, мечтающие о подобной карьере, готовы ничего не пить и не есть, лишь бы приблизиться к этим антифизиологическим нормативам – осиных талий без корсета. Но, даже прогрессивно теряя вес, они не видят в себе свой собственный идеал, страдая от «полноты», которой, в сущности, нет. Скорее всего, таким детям свойственно расстройство восприятия своего тела, из-за чего они кажутся себе не такими, какие есть на самом деле, считая более полными, не замечая, что это совершенно не так, даже при рассмотрении себя в зеркале. И это тоже одна из причин быстрейшего избавления их от «полноты».

Такой ребенок просто не в состоянии реально оценить свой вес, даже постоянно взвешиваясь на весах и видя их показатели. Ему гораздо проще обвинить в неисправности весы, чем признаться, что уже похудел. У него свои собственные стандарты лишнего веса, и то, что эти стандарты мнимые, его не переубедишь.

Такому ребенку постоянно мерещатся насмешки окружающих, осуждающих его внешний вид и сверхполноту, и поэтому, даже достигнув желаемого веса, ему хочется еще похудеть. А это означает не что иное, как дальнейшее ограничение себя в приеме пищи и даже полный отказ от нее.

Но, моря себя голодом, эти дети превращают свою жизнь в сплошную добровольную пытку. Аппетит у них в норме. Им приходится просто бороться с самими собой, лишь бы как-то суметь подавить желание кушать. И поэтому часто тема еды – главная из всех тем при общении, постоянно преследующая везде, как навязчивая идея. И ребенок карманные деньги тратит на кулинарные книги, на покупку продуктов для всех. Он коллекционирует даже рецепты и участвует в приготовлении пищи, в той, к которой не смеет притронуться. Невозможно понять – как такое вообще удается.

Ученые, обследующие детей с нервной анорексией при помощи теста Роршаха (психологический тест для исследования личности, благодаря которому можно раскрыть скрытые желания и страхи при помощи ассоциаций с чернильными пятнами), обнаружили, что все ассоциации с пятнами Роршаха у них были связаны с поваренной книгой.

Иногда эти дети не выносят длительное голодание и… начинают есть. Но, утолив наконец чувство голода, они испытывают чувство вины и продолжают экзекуции над собой вновь, – вызывая тайно у себя рвоту, принимая слабительные, мочегонные или средства, снижающие аппетит, порою лучше врачей ориентируясь, какие лекарства быстрее и эффективнее помогут им сбросить вес. А если не очень надеются на лекарства, то изнуряют себя еще и чрезмерными физическими нагрузками, доводя до полного изнеможения. И в то же время именно эта еда, из-за которой они ведут себя как стоики, главное, что не дает им покоя.

Отказываясь от нее, они боковым зрением наблюдают за тем, что связано с ней. Она постоянно занимает их воображение. У них даже вырабатывается своеобразный тип пищевого поведения в виде анорексических игр с пищей: они прячут продукты питания в тайниках, рассовывают их в карманах одежды, берут с собой в школу. И если кому-то захочется вдруг что-то перекусить, у них всегда найдется в запасе конфетка, которую они носят с собой на всякий случай.

Безусловно, этот мучительный и беспрерывный поединок с самим собой отражается и на их психике, вызывая при далеко зашедших случаях заболевания даже тяжелые дистрофические поражения мозга. Прогрессирование нервной анорексии сопровождается признаками депрессии.

Прогрессирование этого заболевания, по мнению ученых, часто связано с тем, что по мере взросления дети начинают бояться нарастающей ответственности и всевозможных трудностей взрослой жизни, которые им предстоит преодолеть, пытаясь забальзамировать себя в роли маленькой девочки или в роли маленького мальчика, повторив судьбу Питера Пэна (вечного ребенка) в своем стремлении соответствовать нереальному идеалу, а если даже и реальному, то лишь «временно реальному» для современных профессий манекенщиц и супермоделей.

Однако в последнее время и за эту временную реальность представители таких профессий начали расплачиваться своей жизнью. Не так давно весь мир поразила весть о печальной судьбе сразу двух латиноамериканских моделей из Бразилии и Уругвая, доведших себя ради карьеры до такого истощения, что их уже невозможно было спасти.

Но тем не менее именно эта бестелесность и привлекает современных девочек-подростков к такому виртуальному идеалу. Однако дети обладают более низкими запасами энергии по сравнению с взрослыми, и истощение им угрожает в более короткие сроки своего уникального эксперимента над собой. Причем если подобное состояние развивается у ребенка до завершения его развития, то оно в какой-то мере останавливает его и сопровождается потерей роста.

Патологический страх ожирения сопровождается и рядом других осложнений, «разрушающих» юность подростка, помимо изменений со стороны физического развития ребенка. У детей, страдающих анорексией, урежается частота пульса (брадикардия), появляются периферические отеки и остеопороз.