Клан Сопрано - Мэтт Золлер Сайтц

Пока Тони воссоединяется с супругой, происходят и другие события. Убийство Билли Леотардо вызывает у Фила жажду мести. Фил сидит в баре и вспоминает смерть брата — его глаза горят равным образом сожалением и гневом: Фрэнк Винсент великолепно провел эту сцену. Кармайн Младший ищет способ остаться в живых и уступает лидерство Джонни Сэку, который принимает этот пост так, будто был для него рожден, и резко говорит Тони, что их встречи в обычном месте у реки отныне окончены, потому что «это унизительно».

Окончена и гражданская война, но местонахождение Тони Би остается неизвестным. Он скрывается на ферме дяди Пэта из эпизода «Холодная нарезка», но звонит Тони, поскольку чувствует вину и страх, а затем вешает трубку по той же причине. Однажды они говорят достаточно долго для того, чтобы Тони рассказал ему правду о панической атаке в ночь ареста Тони Би. Но, как и многие признания Тони (вспомним, как он сказал Ральфи о Валентине, когда Джастин находился в реанимации — серия «Кто бы это ни сделал»), это тоже служит его целям: Тони Би зашел слишком далеко и создал слишком много проблем, которые нужно решать. И Тони решает их, а потому чувствует себя не столь уж виноватым за то, что отслеживает звонок и потенциально готов отдать Тони Би в руки Джонни и Фила. Однако, несмотря на угрозу Фила отыграться на Кристофере^[345] как на кузене Сопрано.

Тони не желает выдавать Джонни местоположение Тони Би. Он отказывается это делать еще и потому, что ему не понравился высокомерный тон, которым Джонни начал говорить с ним, как только уселся на трон.

Во всей этой страшной неразберихе Адриана надеется лишь на одно: так как Тони защищает Тони Би даже (возможно) ценой жизни Кристофера, его поведение лишает Криса иллюзии, что «за это парня» он «готов пойти в ад», а значит, он может согласиться пойти вместе с Адрианой в программу по защите свидетелей.

Однако его первая реакция на услышанное иная. В сцене, которая, возможно, сама по себе и принесла Майклу Империоли и Дреа де Маттео их премии «Эмми»^[346], судорога искажает лицо Кристофера, когда он слушает ее историю (его лицо дано крупным планом), пока она не упоминает убийство в клубе (и что оно значит для них обоих). Это уже слишком — он превращается в зверя: бьет ее по лицу, душит (как он это делал, когда думал, что она изменила ему в эпизоде «Неровная по краям»), кричит утробным голосом: «Боже! Что нам теперь делать?!» И, как инстинктивно делают многие жертвы насилия, в этот момент Адриана просит у Кристофера прощения, они обнимаются и плачут вместе. Кажется, Кристофер понял, насколько все плохо, и единственным решением для них будет заключить сделку с ФБР и скрыться.

Но не только для Кармелы — для всех в этом мире практически невозможно переменить судьбу. Пытаясь осмыслить ситуацию прежде, чем полностью соглашаться на предложение ФБР^[347], он останавливается на заправке, чтобы залить бензин в свой хаммер и вдруг обращает внимание на бедную семью, путешествующую на побитом шевроле-сайтейшн: жизнь, которую мог бы вести Кристофер, если бы не принадлежал к организации. Этого он не в состоянии вынести, и он не только сдает Адриану Тони и Силу, но затем помогает скрыть ее убийство. Когда-то ему было легче умереть, чем жить в том мире, где его невеста спит с его наставником; здесь же он выбирает Тони, а не Адриану, и даже если он и подавлен, срывается и снова колется, он все же сделал этот выбор. (Как сказала одна мудрая женщина: «Ах ты бедненький».)

Но вернемся к машине Сила. Мы не видели, как Адриана села в нее, и в серии лишь кратко показано, как он везет ее на юг, подальше от людей, которые на самом деле не заботятся ни о ней, ни о ее безопасности. По радио звучит песня Шона Смита «Оставляя Калифорнию» (Leaving California) — песня, в которой советуют уезжать куда-нибудь подальше как можно быстрее. Хотя эта строчка звучит иронично, ведь мечты обернулись печалью. Мы не видим момент, когда Кристофер рассказывает обо всем Тони и другим, как не видим и момента реальной смерти Адрианы. Это заставило многих фанатов думать, как Сансеверино, и попытаться представить себе историю, где Адриана не умирает. Даже финальная сцена с Тони и Кармелой, когда они приходят на место будущего дома, открывается кадром деревьев, весьма напоминающих те, что камера показывала нам в момент смерти Адрианы. Нас дразнят мыслью о том, что, возможно, мы сейчас увидим, как Адриана, окровавленная, но живая, встанет на ноги.

Но ни один из этих фейков на самом деле не убедителен, мы просто хотим верить в это. И их общая сила позволяет предположить, что Дэвид Чейз, Теренс Уинтер и все остальные чувствовали нечто подобное. Они больше нас не хотели, чтобы Адриана умирала, а потому сделали эпизод настолько неопределенным, что мы с надеждой и мучениями думаем, что, может, она жива.

Однако у этой истории лишь один конец.