Дом Анны - Борис Валерьевич Башутин

Не могла вспомнить. Пеликан. Сидит и смотрит на меня. А я лежу на кровати. И вся спальня заполнена светом. Белым светом. И вдруг он клювом бьет себя в бок, и оттуда течет кровь. И капает на мою белоснежную простынь. Но следов крови нет. Она попадает на ткань и исчезает. И мне почему-то очень-очень спокойно. Меня это не пугает совершенно. А пеликан взмахивает крыльями и улетает в окно….И что-то еще было. Не могу вспомнить.

Злата: – Думаешь, это что-то значит?

Мария пожимает плечами: – Не знаю. Может это весточка. От отца.

Милинка: – Что ты имеешь ввиду?

Мария: – Знак какой-то. Это, наверняка, что-то значит. Почему-то мне так кажется.

Милинка: – Уже год от отца нет никаких известий. Даже не знаем, жив ли он.

Мария: – Милые мои девочки…Если бы знали, что я с вами только благодаря Богу.Вы можете сказать, что это счастливое стечение обстоятельств. Но это и есть Божий промысел. Забота Бога о тех, кто верит Ему.

Злата: – О чем ты? Ты нам ничего не рассказывала.

Мария: – Я не могла. Людей, которые спасли меня, нет в живых.

Милинка: – Убиты?

Мария: – Был такой замечательный парень. Слава. Его в кафе убили. Если бы он не сообразил сразу, что это убийцы в кафе зашли, меня бы тут не было.

Злата обнимает мать: – Мамочка, теперь все позади. Не надо вспоминать.

Мария: – Я молюсь за них каждый день. Это невозможно забыть.

Милинка: – И кто-то еще?

Мария: – Златан. Он меня сюда отправил, когда Славу убили. Он меня вывез в Канаду, и уже там я села на самолет. Он попал в автомобильную аварию, когда возвращался назад. Спустя два дня умер в больнице. Мне медсестра позвонила. Ей врач приказал обзвонить всех, кто был у него в телефонной книге. А там была только я.

Милинка: – А кто они были? Шпионы? Почему они тебе помогали?

Мария: – Милинка, я не знаю. Шпионы (усмехается). Они наши братья. Наши братья по вере. И я их буду помнить всегда.

Злата: – Думаешь, что это была авария?

Мария: – Не знаю. Может быть, и не авария… Девочки…Я хочу. Хочу уехать на родину.

Злата: – Домой? В нашей квартире наверняка живут какие-то люди. А может, ее уже нет.

Мария: – Я хочу его отыскать. Прошел почти год, в стране многое изменилось. Мне кажется, что я смогу его найти.

Злата: – А что там изменилось?

Мария: – Вроде бы русинов больше не убивают.

Злата: – Вот именно, что вроде бы. Хочешь там остаться?

Мария: – Нет. Найти отца.

Милинка: – Как же ты его найдешь?

Мария: – Через знакомых. Мне кажется, что у меня получится.

Злата: – Через каких знакомых? А жить где будешь? Да и на какие деньги ты туда полетишь?

Мария: – Возьму взаймы у сестры.

Злата: – Она и так нас содержит, мама. Я школу заканчиваю. Пойду работать. Станет полегче. Давай подождем немного.

Мария: – Я ведь тоже работаю. Мы не только на ее деньги живем.

Злата: – Ну, да. Только у нас нет никаких сбережений. Ты прямо сейчас хочешь лететь?

Мария: – Неужели вы по отцу не скучаете?

Милинка: – Мамочка, ну как же не скучаем? Скучаем. Да только, что мы можем сделать?

Мария: – Я не хочу сидеть и ждать. Сегодня поговорю с Анной.

Злата: – Мне не хотелось бы потерять еще и мать.

Мария: – Златочка, мне тут очень тяжело без отца. И неизвестность – что с ним и где он – мне разрывает сердце.

Милинка: – А если тебя арестуют?

Злата: – Да. Ты об этом совсем не думаешь?

Мария: – Меня не арестуют.

Злата: – Мама, отчего ты такая упрямая? Откуда ты знаешь, что не арестуют? По телевизору говорят?

Мария: – Чувствую так.

Злата: – Эх…Смотри сама. Мы тебе не советчики.

Мария и дочери умолкают, сидят молча.

Милинка: – Пойдем сегодня на море?

Мария: – Если вы хотите, сходите. Я побуду дома. Голова что-то побаливает. Жарковато сегодня.

Злата: – Ты не обидишься, если мы без тебя пойдем?

Мария: – Златочка, милая, что ты…

Милинка: – Ну, мы тогда пойдем собираться?

Мария: – Конечно.

Злата и Милинка уходят собирать вещи, Мария собирает посуду со стола.

Дочери выходят на веранду в пляжной одежде, в шляпах от солнца. В комнате звонит телефон.

Милинка: – Ой…телефон. Сейчас принесу трубку.

Убегает в комнату, несет трубку.

Мария: – Нажимай скорей.

Милинка: – Да. Слушаю. Секунду.…Мама, это тебя (подает трубку). Какой-то мужчина.

Мария: – Меня? Мужчина?

Милинка: – Ну, да. Бери скорее трубку. Мы пошли.

Милинка передает трубку Марии, дочери уходят.

Мария берет трубку, не сразу подносит к уху.

Мария (с тревогой, даже боязливо): – Алло. Я вас слушаю. Говорите же. Что вы молчите? Кто это? Кто? Иван? Иван, это ты? Иван…

Конец

Декабрь, 3, 2010 год.

Богданов

Драматическая повесть для чтения в 2-х действиях

Действие первое

Картина первая

Греческий монастырь недалеко от Афин.

Яркий солнечный день.

Богданов и Алов пьют чай на открытой веранде монастыря.

Алов: – А как же Гитлер?

Богданов: – Гитлер? А что Гитлер? Он ошибся…Смертельно ошибся. И, безусловно, его обманули. Обвели вокруг пальца.

Алов: – Думаете, что Гитлер не понял и не заметил того момента, когда Сталин стал ревизионистом? Когда он начал чистку рядов от ленинской гвардии? От людей, которые стояли во главе октябрьского переворота. Ведь Гитлер начал войну не с той большевистской Россией, какой он видел ее в 20-х и начале 30-х…Он посчитал, что 37-й это всего лишь борьба за власть внутри партии…Не разобрался. Да, и германская власть погрязла в оккультизме, и нравственно деградировала. Гитлера же надломила смерть племянницы. После 1931 года – это уже другой человек. Его демоны окончательно вышли наружу. Проблема и в том, что антимасонские силы оказались не христианскими…

Богданов: – Совершенно верно. Осенью 17-го к власти пришли радикальные большевики, по сути – сектанты, отколовшиеся от масонства. Возьмите Февральскую революцию – она была организована масонами. Архив Нины Берберовой частично опубликован. Вся информация об этом там есть…Но…Это уникальнейший случай…Масоны, взяв власть в такой великой стране, как Россия, проиграли… Даже не так….В октябре масоны передали власть радикальному крылу. Просто передали. Похоже, что они были не готовы к ней…Но Сталин эту секту Ленинскую вычистил…Ведь Троцкий был любимцем Ильича. А чего хотел Троцкий? Чтобы Россия была трамплином для мировой революции. Чтобы русский мужик стал хворостом для костра этой мифической революции. Судьба России их не интересовала. А потом…Потом идеи Троцкого воплотил Мао и Пол Пот…Жуткие истории. И не забывайте, кто принимал решение о казни царской семьи.

Алов: – Выходит, что Сталин,