Драматургия ГДР - Фридрих Вольф

Л и н а. Не надо мстить, фрау Ладевская, теперь, когда вы на его месте. Я за вас. (Уходит.)

Входит  Л а х н е р. На нем черный костюм.

Л а х н е р. Это тот самый венок?

Л а д е в с к а я. Его понесут Михаэль и Александр.

Л а х н е р. Ты пойдешь?

Л а д е в с к а я. Да.

Пауза.

Л а х н е р. Что ты скажешь, если я заберу свое заявление об уходе?

Л а д е в с к а я. Мы этого ждем.

Л а х н е р. После похорон я хотел бы поговорить с тобой.

Л а д е в с к а я. Можно и сейчас. Время еще есть.

Л а х н е р. Хорошо. Дайте мне твою группу.

Л а д е в с к а я. Зачем? Исправить ошибку?

Л а х н е р. Себя хочу исправить. А потом можете от меня избавиться.

Л а д е в с к а я. Если только в этом дело, охотно дадим.

Л а х н е р. Я пошел. Спрос ведь ни к чему не обязывает, правда?

Л а д е в с к а я. Но мы полагали, что твое решение твердо.

Л а х н е р. С тобой трудно договориться.

Л а д е в с к а я. Ты, пожалуй, не представлял себе, как тебе будет тяжело увидеть меня на твоем месте. Нашу колонию основал один выдающийся немецкий педагог. Вот в этой книге я прочитала, что все его преемники и их заместители были мужчинами. Ни одна женщина до сих пор не пробивалась на это место. Я не возражаю против открытых атак, да и перед скрытыми оружия не сложу! Но все должно иметь какой-то смысл. Предупреждаю тебя! Не вздумай ставить мне палки в колеса. Это мое условие. У тебя еще есть время подумать.

Л а х н е р. Мой поезд ушел.

Л а д е в с к а я. Почему?

Л а х н е р. Такое у меня чувство.

Л а д е в с к а я. Ты что, старик?

Л а х н е р. Дайте мне эту группу, и я приду в себя.

Л а д е в с к а я. Отдохни, пока группа будет в Айзенахе.

Л а х н е р. Нет, отдых не поможет. Если вы действительно дадите мне эту группу, я должен сам подготовить ее к отъезду в Айзенах.

Л а д е в с к а я. Это твой метод?

Л а х н е р. Да. Я им руководствовался в свои лучшие времена. По-моему, нельзя предоставлять ребят после рабочего дня самим себе. Нам надо всегда быть с ними. Анархизм в нашем деле ни к чему хорошему не приводит. Я пытался изложить принципы моего метода, я убежден, что он поможет нам достичь поставленной цели.

Л а д е в с к а я. А я здесь вот что нашла! (Вынимает из ящика письменного стола бутылку водки и две рюмки.) В твоем методе что-то есть! Шеф о нем знает?

Л а х н е р. В те годы он был нереален.

Л а д е в с к а я. Выпьем, значит, за наше плодотворное сотрудничество!

Л а х н е р. Что ж! Будь здорова!

Пьют.

Ну, прямо камень с души! Ты справишься!

Л а д е в с к а я. Весь вопрос — как!

Л а х н е р. Я вот что тебе скажу. На моей памяти сменилось много воспитателей. О тех, кого интересовали только деньги, говорить не стоит. Были и талантливые, были и энергичные. В тебе соединилось и то и другое. Это меня с первого дня восхищало, но еще больше я завидовал тебе и чинил, где мог, помехи на твоем пути. Однако ты часто проходила, ничего не замечая, мимо того, на чем споткнулись бы старые, опытные волки.

Л а д е в с к а я. Да?

Л а х н е р. Да, так было.

Л а д е в с к а я. В таком случае теперь мы можем наконец начать работать. В шесть вечера ты вступаешь на дежурство.

Л и н а  приносит платье.

Спасибо, Лина. Сколько времени еще в моем распоряжении?

Л и н а. Полчаса, а может, и того меньше.

Л а д е в с к а я. Тогда нужно поторапливаться. (Уходит переодеться.)

Л а х н е р. Чай, Лина, будешь теперь приносить мне в восьмой корпус.

Л и н а. Значит, остаетесь?

Л а х н е р. Да.

Л и н а. Все-таки вы и Хельга были бы славной парой.

Л а х н е р. Тебе что, больше судачить не о чем? Впрочем, одно время такая возможность не исключалась. Но луг отцвел. Ни одного цветка для меня не осталось. И вообще отвяжись от меня.

Л и н а. На каждый горшок найдется крышка. Сейчас вы на месяц поедете в Айзенах, а как вернетесь, хорошенько присмотритесь к Хельге. Славный она человек.

Входит  Л а д е в с к а я  в черном.

Чудесное платье. Все будут на вас оглядываться.

Входят  Б о с с  и М и х а э л ь. Оба в темных костюмах.

Б о с с. Мы явились, фрау Ладевская. Мастер Хирхе дожидается у входа в Дом общины.

Л а д е в с к а я. Вы понесете венок.

М и х а э л ь. Впереди всей колонии?

Л а д е в с к а я. Да.

Л и н а. Но почему звонит колокол? Похороны ведь не по церковному обряду?

Л а х н е р. Рихард не очень был убежден в том, что на небесах нет милого боженьки. Почему же тогда колоколу молчать?

М и х а э л ь. Вот уж мне такое не грозит.

Б о с с. Смотри на ленту не наступи.

Л а д е в с к а я. Пошли!

КАРТИНА ТРИНАДЦАТАЯ

Ручей. Скалы. Л а д е в с к а я  и  н е с к о л ь к о  ю н о ш е й  из ее бывшей группы. Громко поют песню.

М и х а э л ь. Перестаньте! Фрау Ладевская не слышит леса.

Л е ш и й. А чего там слушать. У птиц сейчас линька. Они не поют.

П е т у х. Рядом шумит прохладный ручей, а мы потеем.

Л е ш и й. Искупаться! Вот было бы здорово!

Ш п и л ь к а. Хотя бы ноги намочить!

Л а д е в с к а я. Пожалуйста! Раздевайтесь и прыгайте в воду.

Б о с с. Но у нас нет с собой плавок.

Л а д е в с к а я. И что же?

Крики восторга.

М и х а э л ь. Приказываю: строжайше соблюдать тишину.

Ш п и л ь к а. Повесьте одежду на сучья, не то, чего доброго, коварная змея в штаны заползет.

П е т у х. Ох, и холодная же!

Ш п и л ь к а (прыгает в воду). Мэ-э! Мэ-э! Бум!

Л е ш и й. Посидишь в воде подольше, и она как будто теплей становится.

М и х а э л ь. Построим запруду, тогда здесь будет глубже.

П е т у х. Не расшвыривай так камни, Шпилька, ты нас с ног до головы обрызгал. Геслинг ты!

Ш п и л ь к а. Лягушку нашел, сейчас утоплю ее.

Л е ш и й. Осел! Лягушка ведь дышит и под водой.

М и х а э л ь. Тащите большие камни, здесь нужны только большие: вода скорее поднимется. До колен уже доходит. Еще немного, и можно плавать.

Л а д е в с к а я. А ты что ж?

Б о с с. Не могу же я купаться босиком — до самой шеи. Вы смотрите на меня, как моя мама. Мне всегда казалась, что я тот вирус, которого они ищут у нее в институте. Ездила в Италию его искать, до самой Америки даже доехала. Я как-то спросил у нее: «Где же твой вирус, мама?» А она так на меня посмотрела, как будто я виноват, что эта тварь существует. Потом очень тихо заперла дверь и сказала отцу, чтобы ее никто не беспокоил. Но платка из ее сумочки я не брал, тут она ошиблась, бедняжка! Понятно, она занята наукой, где уж ей интересоваться мной и Биной.

Л а д е в с к а я. Все-таки почему ты не купаешься?

Б о с с. Стесняюсь, фрау Ладевская.

Л а д е в с к а я. Только сестры Михаэля ты не постеснялся, не постеснялся такой молоденькой девушки.

Б о с с. А что я мог поделать?

Л а д е в с к а я. Послушай, Александр, мне кажется, что у тебя в голове копошатся не совсем чистые мысли, вот ты и стесняешься.

Б о с с. Вы угадали!

Л а д е в с к а я. Можешь спокойно раздеться.

Б о с с.