Комедии - Абдулла Каххар

Х а ф и з а. Взгляни, Салтанат. Ровно?

С а л т а н а т (посмотрев). Немножко пониже! Еще ниже! Вот так, хорошо!

Д е х к а н б а й. А у меня?

С а л т а н а т. Прибивайте!

Дехканбай и Хафиза застучали молотками. Оркестр умолк. Вбегает  К у з ы е в  с дирижерской палочкой в руке.

К у з ы е в. Просил я вас. Умолял… Колхозу будут вручать переходящее знамя… Гости к нам приедут, делегации со всего района… А у оркестра туш еще не разучен!

С а л т а н а т. А у нас еще правление не украшено. И школу надо украшать…

К у з ы е в (передразнивая). А у нас, а у нас… (Подбегает к окну, перегнувшись, достает плакат, видимо, висевший над столом: «Соблюдайте тишину!» — и укрепляет его на видном месте.) Видите! Прошу руководствоваться…

С а л т а н а т (готовая вступить в спор). И не подумаю…

Д е х к а н б а й. Не теряйте времени, Салтанат…

С а л т а н а т. А пусть он не командует… Невеста — это еще не жена — раз…

К у з ы е в (уходя). Жених — это еще не муж — два… (Ушел.)

С а л т а н а т (вдогонку). А вот возьму… и не выйду за вас замуж — три…

Оглушительно загремел оркестр. Хафиза и Дехканбай уже укрепили полотнище.

Д е х к а н б а й (подходя к Салтанат). Ну, как у вас дела? Дайте, я помогу… (Склонился над полотнищем, дописывая последние буквы.)

С а л т а н а т (подошла к Хафизе). А свадьбу, Хафиза, мы вместе будем праздновать, в один день… да?

Х а ф и з а (задумчиво). Нет, Салтанат, до нашей свадьбы еще далеко.

С а л т а н а т. Досрочно землю поднять можно, а отпраздновать свадьбу досрочно будто нельзя?!

Д е х к а н б а й (закончив работу). Все в порядке. Помогите, Салтанат.

Дехканбай и Салтанат укрепляют второе полотнище: «Вперед, к новым победам!» Хафиза наблюдает за ними.

Х а ф и з а. Дехканбай, повыше! Теперь хорошо!

Опять заиграл оркестр, и одновременно сильно застучали молотками Дехканбай и Салтанат. Оркестр умолк. Вбегает  К у з ы е в. Он молча отбирает у Салтанат и Дехканбая молотки, кладет их в свои карманы, молча уходит.

Д е х к а н б а й (Кузыеву). Э! А прибивать чем? (Слезая со стремянки.) Ладно! Все уже сделано! (Уносит стремянку и возвращается.)

Вновь гремит оркестр. Входит  А д ы л о в.

А д ы л о в (в сторону оркестра). Салам, Хашим! Трудись! Трудись!

Д е х к а н б а й. Салам, Адылов-ака. Посмотрите, как у нас?!

А д ы л о в. О, тут, я вижу, к приезду гостей все уже готово! Молодцы! (Шутливо.) Всех вас пошлем учиться в художественную школу…

С а л т а н а т. В какую это еще художественную школу? Трактористкой я буду!

Д е х к а н б а й. Да, товарищ парторг, есть решение комитета комсомола послать Салтанат на курсы трактористов.

Салтанат и Хафиза занялись цветами, лежащими на айване, — готовят букеты.

А д ы л о в. Знаю… Знаю… Рахимджан-ака уже огорчается — где он еще такого секретаря найдет…

Адылов и Дехканбай уселись за столик.

Д е х к а н б а й. Кстати, посмотрите списки комсомольцев, отправляемых в школу механизаторов сельского хозяйства. (Показывает список.)

А д ы л о в (не отрываясь от списка). Салтанат! Заходила к Мавлон-ака?

С а л т а н а т. Заходила. На торжественном собрании он не будет. Говорит, что еще болен.

Х а ф и з а (к Салтанат). Стыдно за дядю, так стыдно… Будто чужим человеком в колхозе стал. Счастье, что мама ничего не знает. Узнала бы мама, что я не у дяди живу, а у вас…

С а л т а н а т. Да, неприятно все получилось.

Д е х к а н б а й (просмотревшему список Адылову). Что же будем делать с Мавлон-ака?

А д ы л о в. Затянулась болезнь… Тяжелый приступ зазнайства и тщеславия. Плохо мы еще лечим эти болезни. (Меняя тему.) Ладно! Школу когда украшать будем?

Д е х к а н б а й. Рахимджан-ака должен приехать с плакатами… Обещал быть к двенадцати часам.

Гудок машины.

А д ы л о в. А вот и он!

Д е х к а н б а й (Хафизе и к Салтанат). Встретим по-комсомольски председателя!

В с е (скандируя). Ра-хим-джан-ака! Са-лам! Са-лам! Са-лам!

Входит нагруженный покупками  Р а х и м д ж а н.

Р а х и м д ж а н. Спасибо за встречу! Все купил, все достал — флаги, лозунги, плакаты! (Передает покупки Салтанат и Хафизе.)

Они уносят их в правление.

Сердце радуется! Шесть часов не вылезал из машины… (Адылову.) Одно плохо: председатель на машине ездит — парторг пешком ходит…

А д ы л о в. Люблю пешком ходить. И когда пешком ходишь, дорогой Рахимджан… меньше толстеешь!

Х а ф и з а (показавшись в окне). Адылов-ака! Пожалуйста, зайдите к нам на минуту…

Адылов заходит в правление.

Р а х и м д ж а н. В мою бахчу камешек. Толстею… (Провел рукой по животу.) Луну полой не закроешь… (За сцену, шоферу.) Карим! Езжай! В гараж езжай! Пешком сегодня ходить буду!

Голос Карима: «Хорошо, хозяин! Ходи пешком!»

Гудок отъезжающей машины.

Р а х и м д ж а н. Толстею! А отчего толстею?

Д е х к а н б а й (шутя). Меньше плова кушать надо.

Р а х и м д ж а н. Полгода я не ем плова! От радости толстею. (Отсчитывая костяшками счетов.) Засеяли хлопок — потолстел. Собрали хлопок — еще больше потолстел… Землю теперь освоим… э-э-э, скоро председатель на полуторке ездить будет, а живот на прицепе возить.

Грянул туш.

Ой, хорошо играют. Громко! (За сцену.) А ну, Кузыев, еще раз сыграй!

Туш.

Оглохнуть можно!

А д ы л о в (выходя из правления, Рахимджану). Поторопиться следует, а то нагрянут гости…

Входят  С а л т а н а т  и  Х а ф и з а  с плакатами и флагами.