Гусиное перо - Семён Львович Лунгин

К о ш к о д а м о в. В загс ушла.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Замуж выходит?

К о ш к о д а м о в. Нет, формы заказывает.

Входит  А н г е л и н а. В руках у нее два конверта.

А н г е л и н а. Доброе утро. (Остолбенела.)

Т а и с и я  С е р г е е в н а (выдержав паузу). Что с вами?

А н г е л и н а. Какие роскошные туфли.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Обыкновенные уличные. Для нашей грязи.

А н г е л и н а. На заказ?

Т а и с и я  С е р г е е в н а. А вы разве видели такие в магазине? Да, Игнатий Степанович, я хотела с вами посоветоваться. Вы, кажется, знаете толк в собаках.

К о ш к о д а м о в. Я любитель животных, Таисия Сергеевна. Но главным образом лошадей. Рысистых.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Видите ли, у Марии Константиновны ощенилась Арфа. Два чудных щеночка — Фагот и Флейта. Уморительные мордашки. Похожи друг на друга, как родные братья. Мне обещали щенка, когда Арфа была еще в положении. И очень недорого: всего двадцать пять рублей за штуку. А какая родословная… Так вот я думаю, не забрать ли мне обоих?

К о ш к о д а м о в. А это служебная собака?

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Да. Почти. Жесткошерстный фокстерьер. Вы знаете, что воспитание собак это моя общественная работа. Пока они будут сторожить нашу квартиру. А если потребуется, они смогут охранять какой-нибудь военный склад или какую-нибудь границу.

К о ш к о д а м о в. Это другое дело. Тогда надо брать.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Что это у вас за письма?

А н г е л и н а. Это Петру Петровичу… Что вы делаете? Зачем вы разорвали конверт? Петр Петрович запретил вскрывать его письма.

К о ш к о д а м о в. Да, да, Таисия Сергеевна, категорически запретил.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Вот новости. Вы станете мне указывать, как мне поступать с письмами, адресованными моему мужу.

А н г е л и н а. Это же служебная переписка.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Тем более, чего же вы волнуетесь. (Прочла.) Все ругают, ругают. Хоть бы похвалили для разнообразия.

К о ш к о д а м о в. Откуда письмо?

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Из министерства, конечно.

Входит  С е в а.

С е в а. Игнатий Степанович, ваша формочка готова?

А н г е л и н а. В загсе. Печатается.

К о ш к о д а м о в. Могу дать черновик. (Дает форму.)

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Где Дроздов?

С е в а. Сгоняет народ на переборку. Здрасьте, Таисия Сергеевна.

К о ш к о д а м о в. Много проверили?

С е в а. Много! Второй ящик начали.

К о ш к о д а м о в. А сколько осталось?

С е в а (не сводя глаз с конверта, который держит Таисия Сергеевна). Семьсот девяносто восемь. Таисия Сергеевна, что это за марка? Разрешите взглянуть. Таисия Сергеевна, пожертвуйте мне эту марку.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Вы любитель марок?

С е в а. Филателист-коллекционер. Это же первая марка из серии «Высотные здания». И как чисто погашено. Что вы делаете, Таисия Сергеевна, зубчики надорвете.

Таисия Сергеевна разрывает конверт, письмо бросает на стол Ангелине.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Нате вам конверт, отрывайте сами свои зубчики.

С е в а (вынимает из кармана специальную папочку и осторожно вкладывает в нее марку, затем подходит к окну и широко распахивает его). А теперь, Таисия Сергеевна, в честь вашего подарка артиллерийский салют из одного орудия. (Надувает конверт, хлопает его и выбрасывает за окно.)

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Но не думайте, Сева, что этим салютом вы расплатились со мной за эту прекрасную марку. Услуга за услугу.

С е в а. Чем могу, Таисия Сергеевна?

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Вы мне должны накачать баллон.

С е в а. Для вас хоть все четыре!

Звонок телефона.

(Взял трубку, солидно.) Исполняющий обязанности начальника отдела снабжения и сбыта слушает…

А н г е л и н а. Ох как пышно.

С е в а. Директор в цехах. А кто его спрашивает? Хорошо, Николай Иванович, я передам, что вы звонили. (Повесил трубку.)

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Кто это?

С е в а. Николай Иванович.

К о ш к о д а м о в. Товарищ Сизов. Новый секретарь парторганизации.

С е в а. Насос в машине, Таисия Сергеевна?

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Да, в багажнике. Пойдемте, Севочка, я вам покажу.

Таисия Сергеевна и Сева уходят.

К о ш к о д а м о в. Ангелина Ивановна, вы заметили, как Сева внимателен к Таисии Сергеевне?

А н г е л и н а. Подумаешь! Я с ним больше не встречаюсь!

К о ш к о д а м о в. Давно ли?

А н г е л и н а. А вам это не все равно?

К о ш к о д а м о в. Мне-то все равно. Да как бы вы не просчитались. Слесарь этот к вам ходил, из ремонтного цеха, — поменяли на Севу. А теперь и Сева плох. Высоко смотрите, барышня. Сева — человек молодой, симпатичный, старается…

А н г е л и н а. Может, и старается, да все без толку. Перспектив у него никаких. Вернется Сумский из отпуска — и что Сева? Агент.

К о ш к о д а м о в. Так, значит, он герой не вашего романа?

А н г е л и н а. Нет. Не моего.

К о ш к о д а м о в. А кто же вашего?

Входит  К о н ь.

К о н ь. Ангелина Ивановна, вы так и не сказали, почему вы сегодня такая нарядная и такая грустная?

А н г е л и н а. Вы это заметили? Странно.

К о н ь. Было бы странно, если б я этого не заметил. (Бросил взгляд на внимательно прислушивающегося Кошкодамова.)

Кошкодамов поймал взгляд, сразу заторопился, схватил со стола какую-то бумагу, направился к выходу.

К о ш к о д а м о в. Ангелина Ивановна, если меня будут спрашивать, я в плановом отделе.

А н г е л и н а. Хорошо.

Кошкодамов с достоинством выходит, оставляя главного инженера наедине с секретаршей. Пауза.

Мне надо идти, Григорий Михайлович.

К о н ь. Никуда вам не надо идти.

А н г е л и н а. Мне надо в загс. Там печатают форму.

К о н ь. К черту загс! К черту формы! И никуда вы от меня не уйдете. Ни в какой загс, ни к каким формам.

А н г е л и н а. Что с вами, Григорий Михайлович? Мне страшно.

К о н ь. Вам и должно быть страшно. Понимаете вы… Это вам не парк культуры. Это вам не танцульки. Это вам не ваши сопляки-ухажеры. Я не могу жить без вас.

А н г е л и н а. Что вы, Григорий Михайлович. У вас семья, ребенок.

К о н ь. К черту семью, к черту ребенка. Для меня больше ничего не существует, кроме вас. Кроме вас, глупой, провинциальной девчонки.

А н г е л и н а. Ну уж, не такой глупой, Григорий Михайлович.

К о н ь. Говорите. Приказывайте. Я старше вас, и я знаю жизнь лучше вас. Я здесь не навечно. Меня вышвырнули из центра. Но я вернусь. Я вернусь к большому делу. Верьте мне, это говорю вам я, Конь. И я вырву вас отсюда. Я увезу вас из этой трижды проклятой тьмутаракани.

А н г е л и н а. А вы любите ее?

К о н ь. Кого?

А н г е л и н а. Вашу жену?

К о н ь. Ее нет больше в моей жизни. Понимаете, нет! Есть только вы! Понимаете, вы!

А н г е л и н а (рассудительно). Ребенку, в конце концов, можно платить алименты.

К о н ь. Требуй. Требуй от меня. Все. Все, что хочешь. Говори. Приказывай.

А н г е л и н а. У Марьи Константиновны ощенилась Арфа. Чудный щенок — Фагот.

К о н ь. Вы хотите щенка?

А н г е л и н а. Да.

К о н ь. Хорошо. Будет щенок. Все будет. Все, что вы потребуете.

Входит  С е в а.

С е в а (восторженно). Первая сводка!..

К о н ь. Это вы?.. Послушайте, Сева. Не в дружбу, а в службу. Вы знаете эту… как ее…

А н г е л и н а (безразлично). Марью Константиновну.

К о н ь. Поезжайте к ней. Сегодня же. У нее продается щенок.

А н г е л и н а. Жесткошерстный фокстерьер.

К о н ь. Купите. Вот вам деньги. Двадцать рублей хватит?

А н г е л и н а. Двадцать пять.

К о н ь. Двадцать пять.