Приказ номер один - Гастон Самуилович Горбовицкий

П л а т о в. На наши вечера приходит весь коллектив. Я сделал это традицией.

П а н о в а. Потом отправились в «Кронверк», на рыбку.

П л а т о в. Человек сто, кажется, со всех подразделений.

П а н о в а. Потом — в Зеленогорск, в «Олень»… В более узком составе.

П л а т о в. Да…

П а н о в а. Да!.. В общем, деталей мне не сообщили, но подобраны они, как меня заверили… Со вкусом!

П л а т о в. Я разберусь со всем этим, Светлана Павловна. Покурим. Успокоимся.

П а н о в а. А!.. Что за сбор сегодня?

П л а т о в. Между прочим, по вашей милости. Навести порядок в собственном секторе не можете?

П а н о в а. Калинкин!

П л а т о в. Придется помочь вам.

П а н о в а. Уж пожалуйста!

П л а т о в. Значит, буду просить… Выступите как непосредственный руководитель. Безоговорочно осуждая, естественно, вы тем не менее считаете возможным сохранить Калинкина в нашем коллективе. Учитывая чистосердечное раскаяние с его стороны, — это я обеспечу, — выразите убеждение, что Калинкин оправдает высокое доверие…

П а н о в а (перебивая). А пусть его увольняют. Он меня раздражает.

П л а т о в. Не маловато?

П а н о в а. Он всех раздражает. Все-то он критикует, все-то ему не так. Один он все видит, понимает про все и про всех!.. Все и так все знают и понимают. И если записывают в ОСВОД или еще там куда — незачем возникать на тему о добровольности из-за тридцати копеек. И если кому-то в день рождения сотрудники говорят на диво хорошие слова — можно и промолчать, что с именинником, с занудой и склочником, полсектора год уже просто даже и не здоровается!.. Не будем больше о нем.

П л а т о в (мягко и настойчиво). И все же… Собрание какое-то. Коллективное ходатайство.

П а н о в а (рассмеявшись). За что боролся, на то и напоролся!.. Он же вечно все комментировал! Скажем, кто-то опаздывает, на минуту, но опоздает, ну, не может иначе! Другой — отпрашивается черт знает куда каждую неделю! Бабоньки мои перед праздниками в салон причесок мотались в рабочее время — будто было у них для этого другое, закрученных на все двадцать четыре часа в сутки! Я — дело требую, работу, чтобы в сроки точно по графику, и — на уровне, с качеством. Что мне формальная отсидка? Так вот он, этот, как оказалось-то, и сам грешен… С этими своими задержками из командировок!

П л а т о в. На злобу дня прямо…

П а н о в а. Вот ему и выдали, разом — за все! И не будем больше о нем, поверьте, он действительно того не стоит. Меня беспокоит командировка…

П л а т о в. Я дал директору вашу кандидатуру. Думаю, изменить тут что-либо могу тоже только я?

П а н о в а. Или — директриса, в сейфе которой лежит сейчас эта анонимка. (Пауза.) Не люблю я эту руководящую бабу!

П л а т о в. Тоже раздражает?

П а н о в а. А вас — нет?

П л а т о в. Иногда…

П а н о в а. Не сработаетесь вы. Не любит она вас.

П л а т о в. Администратор она опытный. Да и знала, куда идет. К кому. Сработаемся.

П а н о в а. Не поломала бы Париж!..

П л а т о в (не сразу). Уезжал в первый раз из Парижа — показалось, оставляю там часть себя самого… Чего-то, мимо чего мы всю жизнь торопливо, безжалостно пробегаем! Не — проходим, а пробегаем… Почему-то!

П а н о в а. Ритка моя преподавала там язык два года. Помните Риту? Встретили ее как-то зимой, шли с работы?

П л а т о в. Осенью.

П а н о в а. Или — осенью… Декабрь, разве это уже не зима?

П л а т о в. Это было в конце октября. Двадцать восьмого.

П а н о в а. Память у вас, Владимир Петрович!

П л а т о в. Рита — эта та из ваших подруг, что — для души. Самый интим.

П а н о в а. С ней — обо всем можно!.. Про мужиков особенно.

П л а т о в. Тема неисчерпаемая.

П а н о в а. Как у вас про…

П л а т о в. Баб?

П а н о в а. Если бы! Про машины, премии и выпивку!.. Вот с Томкой моей ни о чем таком даже не поговоришь!.. Кажется, она вам не понравилась с первого взгляда?

П л а т о в. С третьего.

П а н о в а. Это когда же? Со дня рождения?

П л а т о в. Ваш день рождения — это был второй взгляд, а вот третий…

П а н о в а. А! На даче в Тарховке?

П л а т о в. Тарховке. На ее дне рождения.

П а н о в а. Да-да! У нее ведь тоже где-то в августе!..

П л а т о в. Двадцать первого.

П а н о в а. Память!..

П л а т о в. С Тамарой Максимовной, — с вашей Томкой, — о мужчинах действительно не очень разговоришься.

П а н о в а. Но если придешь, скажем, не одна… Примет.

П л а т о в. Примет.

П а н о в а. И вообще в ответственную минуту я — к ней!

П л а т о в. Тогда и была такая минута?

П а н о в а. А!.. (Улыбка.) Ответственные минуты для меня никогда не связаны с мужчинами. Простите! Да, тогда в августе я решила выйти замуж, окончательно остановилась — за кого… И — вышла. Что было тут, собственно, талдычить-то?

П л а т о в. Кстати, что наш чемпион-олимпиец? Бронзовый бог?

П а н о в а. В горах.

П л а т о в. Живут же люди! Полгода — зарубеж, лучшие стадионы мира; полгода — на первоклассных горнолыжных базах!.. А вы соответственно — полгода бронзовая богиня.

П а н о в а. При моих перегрузках неделька-другая в горах — совершенно необходимая разрядка!

П л а т о в. Как сказала бы третья ваша подруга, Елена Евгеньевна.

П а н о в а. Лялька моя — прелесть, а?

П л а т о в. Ага.

П а н о в а. Легко с ней! Проста и мудра, как античный грек. Помните ее заповеди?

П л а т о в. Не дружи с холостым…

П а н о в а (продолжая). …На другой не женился…

П л а т о в (заканчивая). …И на тебе — не женится!

П а н о в а. Не дружи с разведенным…

П л а т о в. …С другой развелся — и с тобой разойдется!

П а н о в а. Не дружи с вдовцом…

П л а т о в. …Одну уморил — и тебя уморит!

Смеются.

П а н о в а. А дружи с женатым! С женой живет…

П л а т о в. …И с тобой жить будет!

Перестают смеяться.

П а н о в а. Кажется, знаю Ляльку всю жизнь!.. А вы?

П л а т о в. Мы познакомились в канун восьмого марта. Вы мужественно дрогли в спортивной куртке, злились…

П а н о в а. Боялась, что нос покраснеет, глядя на Лялькин!

П л а т о в. Потом мы виделись с Лялей — у Ляли, — дважды в апреле, три раза в мае, потом, после ее гастролей, в сентябре и октябре, дважды на Ноябрьские… Потом в апреле, но уже в следующем, и в следующем мае, и в следующем сентябре…

П а н о в а. Ну и память!

П л а т о в. Это не память.

П а н о в а. Что же это?

П л а т о в. Это — не память.

Пауза.

П а н о в а. Тебе плохо со мной?

П л а т о в. Хорошо. И плохо.

П а н о в а. Разберемся, в чем хорошо?

П л а т о в. Или — в чем плохо?

П а н о в а. В чем хорошо.

П л а т о в. Просто… Хорошо.

П а н о в а. И мне.

П л а т о в. Есть разница…

П а н о в а. Разница?

П л а т о в. Когда ты появляешься… мне хочется остановиться.

П а н о в а. Как — остановиться?

П л а т о в. От бега, которым я бегу всю жизнь. Остановиться, ибо все, ради чего эта сумасшедшая гонка, перестает вдруг что-либо значить. (Пауза.) И еще.

П а н о в а. Говори.

П л а т о в. Ушло одиночество.

П а н о в а. Это у тебя-то одиночество?

П л а т о в. Особое одиночество… Среди людей и дел! Когда жизнь вдруг становится… объемна во времени. Когда в настоящем совмещается и прошедшее и будущее. Ушедшие близкие все чаще приходят во сне как живые…