Мертвые все одного цвета - Борис Виан

Различные отклики, вызванные первым произведением Вернона Салливена[2], побудили меня разродиться по случаю выхода второй книги этого молодого автора вторым предисловием, что представляет одно преимущество: в книге будет на четыре-пять страниц больше, а значит, как говорят в писательском кругу, книжка станет солиднее. Кроме того, время от времени стоит пообщаться по душам с читателем, чтобы он не сомневался, что его не забывают.

Итак, отклики были различные, но все они приводят к четкому, твердому как алмаз и неумолимому выводу: за исключением полдесятка критиков, отнесшихся к книге без предвзятости, критики повели себя как палачи, да вдобавок низшего сорта.

Прежде всего, ссылаясь на одно место в предисловии к первой книге, где говорится о продаже всяческой чепухи (что прекрасно было понято издателями, да и не только ими), эти самые критики беззаботно приписали мне авторство этой книги. Это тактика грубых невежд: я слишком целомудрен и слишком чист, чтобы писать такое.

Я ничуть не протестовал, поскольку это послужило хорошей рекламой, но это ложь, или почти. А в отношении подробностей книги было сказано много других глупостей: некоторые дивились числу и обилию американских автомобилей. Видно никогда не читали Реймонда Чандлера[3]. Другие, курам на смех. распространялись по поводу различных несуразностей, о которых не стану распространяться, поскольку сие вульгарно. А одна личность, выдающая себя за негра с Мартиники, одна фамилия которой настолько несуразна и нелепа, что является оскорблением добрых нравов, заявила, что ни один негр никогда бы не написал подобной книги: ведь он-то хорошо знает повадки негров. Ответим все же этому негру, что он столь же вправе разглагольствовать о своих американских братьях по крови, как китаец из Сан-Франциско о проблемах в Шанхае, а также, что, если сам он не склонен мстить за младшего брата путем спанья с белыми женщинами и дальнейшего превращения их в кровавое месиво, из этого вовсе не следует, что этого не могут делать другие. Но есть рецензии и похуже.

Все эти критики, облившие липкой, зеленоватой желчью первое произведение Вернона Салливена, и другие, превознесшие его до небес, сделали его тем самым весьма заметным событием. Они придали книге важность, возможно, ей и свойственную, но не в том смысле. С литературной точки зрения, эта книга не заслуживает, чтобы на ней долго останавливались.

Поймите меня правильно. Я сделал перевод, выдерживая насколько мог стиль французского языка (не классический, конечно). Но в том. первом предисловии, воинственно настроенном против самого гнусного торгашеского духа, я предупредил тех. к кому оно обращено, что издатель — торговец книгами (хотя это продолжают не принимать во внимание).

И вот все ринулись на это: да как он посмел, да какая грязная, отвратительная, сальная книга, и все прочее! И вовсе это не Салливен, ведь перевел-то Виан! И вообще, зто не укладывается в общепринятые рамки! И в специфические тоже! И вообще, существуют мужчины, которые спят с женщинами и получают от этого наслаждение, а не только педерасты и лесбиянки! Это омерзительно! Возврат к варварству, беспрецедентное варварство, плоский досужий вымысел выдохшегося мистификатора, und so weiter!..[4]