Пьесы - Иосиф Леонидович Прут

Л у к и н. Безусловно! До скорого свидания, товарищ Курганов. (Протягивает ему руку, инженер жмет ее.) Вот вы говорили, Алексей Борисович… о мировых запасах, и мы их с вами поднимем, будьте совершенно в этом уверены… А… (улыбнулся) у меня самолеты стоят: нет бензина! Не сообразите ли вы что-нибудь? Видите: я к вам сразу с просьбой!

И н ж е н е р. Надо подумать. Это плохо — без бензина, но… надо подумать. Надо подумать! (Вдруг.) Спирт найдется?

Л у к и н. Найдется, Алексей Борисович!

И н ж е н е р. Так! Надо подумать! Это хорошо, что найдется спирт… Так… надо подумать. Я осмотрю старые хранилища нефти и мазута… Я подумаю! До свидания.

Л у к и н. До свидания, Алексей Борисович. (Кричит.) Шайтан, проводи!

И н ж е н е р (испуганно). Нет, нет! Не надо!

Л у к и н. Проводи до дверей!

Ш а й т а н. Прошу!

Инженер и Шайтан уходят. Входит  Л е н я.

Л у к и н. Что тебе, Леня?

Л е н я. По вашему распоряжению.

Л у к и н. Кто?

Л е н я. Пленного генерала… которого в море поймали.

Л у к и н. Давай!

Л е н я (в дверь). Давайте, товарищи.

Пауза.

Голос из-за двери: «Бери, товарищ комендант».

Л е н я. Беру!

Входит  г е н е р а л.

Проходите к столу! (Уходит.)

Генерал идет через комнату, подходит к столу.

Л у к и н. Садитесь! Мне передали ваше письмо. О чем хотите говорить?

Г е н е р а л. Вы торопитесь?

Л у к и н. Нет, пожалуйста!

Пауза.

Г е н е р а л (садится). Я немного устал. Простите: непривычная обстановка! Раньше я (улыбнулся) никогда не сидел в тюрьме.

Л у к и н. К сожалению, для преступника…

Г е н е р а л (перебивая). Простите, для военнопленного! О, я не жалуюсь! Хотя должен отметить, что пища отвратительная, грязь жуткая…

Л у к и н. Сейчас нет возможности этим заняться.

Г е н е р а л. Вы сидели… раньше?

Лукин кивнул головой.

Ведь было лучше в старых тюрьмах? Сытная еда, чистые камеры…

Л у к и н (перебивая). Скажите, вас били?

Г е н е р а л. Что?

Л у к и н. Я спрашиваю — вас били?

Г е н е р а л. Я не понимаю вашего вопроса.

Л у к и н. Нас на каторге били.

Пауза.

Г е н е р а л (смутившись). М-да… Мы отвлеклись! Я хочу с вами сейчас обсудить…

Лукин удивленно поднял глаза.

…один основной вопрос. О моей судьбе. Завтра трибунал! Мне вручили (усмехнулся) обвинительное заключение. Очевидно, расстреляют. Смерти я не боюсь. За тридцать лет армейской службы я к ней привык. Но раньше, чем меня убить, я предлагаю подумать вот над чем: за меня одного могут вернуть десять человек ваших… товарищей, которые находятся у нас… на таком же положении, как я у вас. Не отвечайте сразу, подумайте! Посоветуйтесь! У вас на службе очень дельный и боевой генерал, мой старый знакомый… по академии, генерал Тихонов. Он вам даст правильный совет. Сделайте это обязательно, чтобы не вынести опрометчивого решения…

Пауза.

Кстати, нельзя ли стакан крепкого чая с лимоном?

Л у к и н. Вот… лимона, кажется, не найдется. (Зовет дежурного.) Леня!

Входит  Л е н я.

Принеси стакан чая (подчеркнуто) с  д в у м я  кусками сахару и обязательно крепкого.

Леня уходит.

(Генералу.) Так вот… (На миг задержался.)

Г е н е р а л (резко повернул голову в его сторону). Что, не знаете, как меня назвать? (И не дождавшись ответа Лукина.) Называйте меня просто ваше превосходительство!

Л у к и н (усмехнувшись). Ладно! Так вот, ваше превосходительство… по поводу вашего заявления. Вы пробирались с группой офицеров к Колчаку. Вас взяли после вооруженного сопротивления! (Вдруг.) На обращение претензий нет?

Г е н е р а л. Нет! Нет, нет! Я же сразу заявил об этом.

Л у к и н. Ну вот!

Л е н я  вносит чай. Лукин указывает на стол перед генералом. Леня ставит стакан.

(Лене.) Попроси сюда Александра Васильевича.

Леня уходит. Генерал с ложечки пьет чай.

Конечно, предложение ваше интересно! Десять человек, десять наших товарищей!

Г е н е р а л (непринужденно). Да, им не сладко.

Лукин нахмурился, но промолчал. Входит  ш т а б н о й.

Л у к и н (штабному). Садитесь, Александр Васильевич!

Штабной садится. Генерал смотрит на него.

Пауза.

(Генералу.) Кого же вы, ваше превосходительство, имеете в виду? Кого? Персонально.

Г е н е р а л. Ну… так я все имена не помню. (Припоминая.) Комиссар дивизии Волин был взят в лазарете тифозным. Матвеев, Зайцев… Потом этот, как его, председатель ревкома города Ставрополя…

Л у к и н (побледнев). Белкин?

Г е н е р а л. Да, да! Могу назвать еще…

Л у к и н. Нет, хватит!

Пауза.

К вашему сведению, комиссар дивизии Волин повешен без суда и следствия! Матвеев при отступлении расстрелян!

Генерал отставил стакан.

Зайцев… (Переводя дыхание.) Зайцев замучен полковником Икаевым, начальником вашего карательного отряда. (Штабному.) Знаете, Александр Васильевич, что сделал с Зайцевым полковник Икаев? Он сначала выбил Зайцеву молотком один за другим все зубы, а потом…

Пауза.

В общем, Зайцева тоже нет в живых. (Снова генералу.) Белкин… Белкин отравился в тюрьме. Вот! Так что менять вас не на кого…

Г е н е р а л (взволнованно). Найдутся другие. У нас хватит пленных!

Л у к и н. Возможно! Но у вас у самого достаточно «личных заслуг»! Тысяча повешенных и расстрелянных в Ингушетии…

Г е н е р а л. Это был мой долг!

Л у к и н. Организованные вами погромы на Украине! Сожженные дотла осетинские аулы!

Г е н е р а л. Значит, меня все-таки расстреляют!

Л у к и н. Вас будут судить! Приговорят к высшей мере — расстреляют!

Пауза.

Г е н е р а л. Я не рассчитываю на ваше великодушие… Вам просто есть расчет подумать об обмене. Тем более что дела у вас не блестящие! Не мешает запастись… смягчающими обстоятельствами… на всякий случай…

Л у к и н (перебивая его). Нет нужды!

Г е н е р а л. Как хотите! (Встает, резко.) Я требую тогда, чтобы расстрел происходил по уставу военного времени: на открытом воздухе! Я требую, чтобы мне не завязывали глаза! Я сам скомандую взводу…

Л у к и н. Скомандуем при всех обстоятельствах мы… ваше превосходительство! (Встал.)

Рука генерала дрогнула. Стакан с чаем опрокинулся.

Входят  Ш а й т а н  и  Л е н я.

Пауза.

Генерал медленно уходит. Шайтан и Леня идут за ним.

Пауза.

Л у к и н (штабному). Вы читали обвинительное заключение по делу этого… генерала Коломарова, Александр Васильевич?

Ш т а б н о й (вздрогнул, встал). Читал, Андрей Матвеевич!

Л у к и н. Если бы вас назначили председателем трибунала по его делу, какой бы вы вынесли приговор?

Ш т а б н о й. Почему вы меня об этом спрашиваете?

Л у к и н. Это просьба Коломарова. Он настаивал на том, чтобы я посоветовался с вами!

Пауза.

Ш т а б н о й. Видите ли, я вообще против смертной казни, Андрей Матвеевич…

Л у к и н. Понял, Александр Васильевич! Наши мнения сошлись! Я тоже считаю, что генерала Коломарова надо расстрелять!

Ш т а б н о й. Как мне ни тяжело это говорить, но он — враг озлобленный, жестокий и несправедливый…

Л у к и н. И таких надо уничтожать?

Пауза.

Ш т а б н о й. Да. Разрешите идти?

Лукин кивает головой. Штабной уходит. Лукин выходит на балкон.

Пауза.

Леня вводит рыбаков. Это  Н е с т о р, И в и н, А к о п я н,