Гусиное перо - Семён Львович Лунгин

Д р о з д о в. Вы что, рехнулись? Пишите дальше. Завод досрочно выполнил план сдачи отходов Вторчермету.

К о ш к о д а м о в. Руководство представлено к премии.

Д р о з д о в. Нет. Это нескромно. Подпись: директор завода Пэ Пэ Дроздов. Все.

К о н ь. Нет, не все. Пишите, Ангелина Ивановна, Главный инженер Гэ — точка, Эм — точка, Конь — точка.

К о ш к о д а м о в. Не точка, а запятая. Пишите. Главный бухгалтер Кошкодамов, главный бухгалтер Кошкодамов!

Д р о з д о в. Всех забить, кроме меня.

К о н ь. Это почему, собственно, забить?

А н г е л и н а. Я забью только Кошкодамова.

К о ш к о д а м о в. Почему это вдруг Кошкодамова?

А н г е л и н а. Бамбуковый гвоздь изобрел Конь.

К о ш к о д а м о в. Это же грабеж среди бела дня! Петр Петрович, вступитесь! Я ж руководил переборкой гвоздей. Их бы Сева вывез как брак, если б не я. Чем бы вы стали затыкать свои трубочки? Пальцем?

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Что ты молчишь? Они же подрывают твой авторитет! Подписать должен единоначальник.

Д р о з д о в. Что, товарищ Конь, подкапываетесь? На мой стул хотите сесть? Что ж, садитесь.

К о н ь. И сяду!

К о ш к о д а м о в. На пол вы сядете, товарищ Конь. На пол! Нет стула. Его комсомольцы унесли.

Д р о з д о в. Забивайте!

К о н ь. Не смейте забивать!

К о ш к о д а м о в. И меня не смейте!

А н г е л и н а. Вы уже забиты, товарищ Кошкодамов.

Д р о з д о в. Забивайте Коня, я вам приказываю!

А н г е л и н а. Григория Михайловича я забивать категорически не буду.

Д р о з д о в. Я отстраняю вас от работы. Немедленно сдайте машинку товарищу Дроздовой.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Освободите рабочее место.

А н г е л и н а. И не подумаю.

Д р о з д о в. Товарищ Дроздова, примите машинку.

К о н ь. Ангелина Ивановна, не сдавайте машинку.

К о ш к о д а м о в. Я требую, чтоб моя фамилия была напечатана. Я с мальчиков в гвоздильном деле!

Д р о з д о в. Кто здесь директор?

К о н ь. А кто здесь главный инженер?

К о ш к о д а м о в. А главный бухгалтер? Вы мне ответьте, кто здесь главный бухгалтер?

Таисия Сергеевна тянет к себе машинку. Со стола падает и раскрывается принесенная Севой коробка. Оттуда выглядывает перепуганная собачья морда.

Д р о з д о в. Это еще что за животное?

К о ш к о д а м о в. Щенок.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Это мой щенок. Это Флейта.

А н г е л и н а. Отойдите от щенка.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Почему это «отойдите»? Ах, вот что! Петр Петрович, эта женщина похитила у нас Флейту.

К о н ь. Выбирайте выражения, товарищ Дроздова!

Т а и с и я  С е р г е е в н а. А вы ее не защищайте! Похитила! Конечно, похитила! Флейта, ангел мой, птичка моя, пойди сюда…

А н г е л и н а. Я вам сказала, не трогайте щенка! Фагот, ко мне!

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Флейта, не смей идти к этой женщине!

А н г е л и н а. Отпустите щенка!

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Не трогайте ее своими руками!

К о ш к о д а м о в. Осторожно! Вы разорвете собаку!

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Флейта!

А н г е л и н а. Какая Флейта? Это Фагот.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Какой Фагот, это Флейта!

А н г е л и н а. Да вы что, не видите, что это мальчик?

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Интриганка! Петр Петрович, ты слышишь, она перехватила у меня щенка.

Д р о з д о в. Почему вы занимаетесь собакой в служебное время?

А н г е л и н а. Это служебная собака.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Она не только щенком занимается в служебное время. Она еще и Конем занимается в служебное время. Да-да, Григорий Михайлович, и не вздумайте ее защищать! Я покраснела, когда увидела эту сцену. Сидит на стуле, вульгарная поза, юбка до сих пор, и напевает песенку.

А н г е л и н а. Григорий Михайлович сам просил меня об этом. Он работал, а я его вдохновляла.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Уж не коленками ли вы его вдохновляли?

А н г е л и н а. Коленками! А вам завидно, что у меня красивые ножки? (Приподнимает юбку, пританцовывает.) Завидно?

Протяжный заводской гудок. Все замерли. Гудок замолк. Кошкодамов включил радио.

Радио: «…ское время семнадцать часов тридцать минут».

К о ш к о д а м о в. Смена. (Выключил радио.) Долгая пауза.

За окном раздаются голоса.

Г о л о с  в а х т е р а. Эй, бабы! Чего домой не идете?

Ж е н с к и й  г о л о с. В клуб, дед. На собрание.

Г о л о с  в а х т е р а. Местечко там займите… Гляди-ка, народу сколько в клуб повалило!..

К о н ь (смотрит в окно). И беспартийные пошли. Весь завод.

К о ш к о д а м о в. Господи, спаси и помилуй.

Д р о з д о в. Струсили? Эх вы, народа боитесь.

К о н ь. А вы не боитесь?

Звонок телефона.

Д р о з д о в (снял трубку). Дроздов… Идем, идем, товарищ Сизов. О плане я скажу. Конь о новой продукции. Бамбуковые гвозди будем делать… Как же ты не в курсе, товарищ секретарь? Директива министерства, завод ее уже выполнил, а ты в стороне. Придется объяснить народу, как это ты в стороне от такого дела оказался. Так-то… Ты там не насмешничай. Ты и насчет гвоздя в подарок конференции насмешничал, а какой гвоздь отгрохали. Любо-дорого смотреть. Всем гвоздям гвоздь. Мы его еще бамбуком облицуем — согласно последней директиве… Смеешься? Ну-ну!.. Хорошо смеется тот, кто последний смеется… Ну, еще Кошкодамов выступит…

К о ш к о д а м о в. Я?!

Д р о з д о в. Выступит, выступит. О премии доложит… Как же, завод получил премию… Значит, есть за что, раз премируют… О браке? Брак ликвидирован. Нету на заводе брака… А вот услышишь как… Ну, сейчас идем. До скорого. (Повесил трубку.) Ну, Григорий Михайлович, Игнатий Степанович и вы, Ангелина Ивановна, и ты, Таисия Сергеевна, собирайте документы — и пошли.

К о ш к о д а м о в. Присесть бы на дорожку.

Т а и с и я  С е р г е е в н а (оглянулась). Не на что.

Д р о з д о в. Предрассудки. Еще успеем, насидимся.

Собрав все бумаги, все двинулись к выходу. В дверях показался старик. Это  в а х т е р.

В а х т е р. Ангелина Ивановна, вы конвертик искали, синий. Не этот?.. Я его в луже, у ворот углядел. Водой прибило. Возьмите.

Д р о з д о в (взял конверт). Это не нам. «Этажерке». Вот ротозеи! Конверты с министерским штампом у них по лужам валяются. Ангелина Ивановна, занесите им завтра.

В а х т е р. Разрешите идти? А то мое место займут.

К о н ь. Твое не займут.

Вахтер уходит.

А н г е л и н а (взяла конверт). Ой, Петр Петрович, это наш конверт.

Д р о з д о в. Вы что, читать не умеете? Там же написано: директору фабрики «Красная этажерка».

А н г е л и н а. Таисия Сергеевна, это же наш конверт. И марка оторвана. Вы ж его Севе дали. Помните? А он его хлопнул и выбросил. В нем директива лежала.

Д р о з д о в. Какая директива?

А н г е л и н а. О бамбуке.

К о н ь. Что?!

К о ш к о д а м о в (оцепенев, с трудом постигая происшедшее). Этажерки из бамбука делать надо. Этажерки! А не гвозди! Я ж говорил! Я ж с мальчиков…

К о н ь. Все, Ангелина Ивановна. (Чертит в воздухе крест.) Все!

Д р о з д о в. Послушайте… как же это?.. Этажерки?.. А гвозди? Бамбуковые гвозди?.. Мы ж продукцию — в утиль, деньги на освоение списали, а теперь — что же? Выходит, никакого бамбука нет?..

Вбегает  С е в а.

С е в а. Есть! Есть бамбук! Вот телеграмма. (Читает.) «Закупил корню восемьдесят гектаров бамбука. Премию переведите мне. Зеленый Мыс. Сумский».

Д р о з д о в (беззвучно). Черт меня дернул дать Сумскому отпуск.

На столе зазвонил телефон. Дроздов потянулся к трубке.

Т а и с и я  С е р г е е в н а. Не бери! Это Сизов! На собрание…

Все с ужасом смотрят на аппарат. Равномерные настойчивые звонки.

З а н а в е с.

ГУСИНОЕ ПЕРО