Люди этого часа - Север Феликсович Гансовский

Лида смотрит ей вслед, нерешительно идет к двери, останавливается, возвращается к окну. Снова слышны шаги Вари.

Вбегает  В а р я.

Где папины ботинки? Желтые.

Лида смотрит на нее не понимая.

Ты что, оглохла? Где ботинки папины желтые?

Л и д а. Ботинки? Их же мы продали.

В а р я (нетерпеливо). Да нет же! Не те. Совсем рваные. С которыми ты сама ходила. (Раздраженно махнув рукой, лезет под шкаф, потом под кровать.) Где-то они должны быть. Ты же их принесла.

Л и д а. Варя!

В а р я. Ну что? (Достав из-под кровати ботинки, держит их в руке.)

Л и д а. Варя, ко мне сейчас Тидге должен прийти. Зайти за мной.

В а р я. Сюда? Тидге?

Л и д а. Да.

В а р я. К нам в дом?

Л и д а. Да. В десять часов. Я сейчас радио включу, может быть, время скажут. (Поспешно подходит к репродуктору и включает вилку репродуктора в розетку. Радио молчит.)

В а р я (медленно встает, держа ботинки). К тебе Тидге… Ну что же, к этому все и шло. (Медленно идет к двери.)

Л и д а. Варя!

В а р я. Что?

Л и д а. Что мне делать?

В а р я. Не знаю.

Л и д а. Нет, ты мне скажи.

В а р я. Сказать? Ну хорошо. Вот что тогда. Платье новое надень. Покрасивее. Вот это, мамино, праздничное. Губы накрась.

Л и д а. Варя, что мне делать?!

В а р я. Что делать? Скажи ему, что у тебя летчик убежавший прячется. Про меня расскажи что знаешь. В гестапо сбегай, а он пусть тут подождет, чтобы мы не ушли.

Л и д а. Да оставь ты! Замолчи! Вот послушай, ты сегодня сказала, что раньше, до войны, все праздником шло. Это ты верно, Варя. И знаешь, я, пожалуй, для той жизни родилась, а не для этой. Ведь люди же разные бывают. Неужели ты этого понять не можешь?

В а р я. Ой! А я стою и слушаю. Зачем я слушаю? Как это вышло, что я еще разговариваю с тобой?

Л и д а. Но ты мне скажи, что мне сейчас делать. Сейчас!

Входят  Б о р и с  и  Ф е д о р  Н и к о л а е в и ч.

В а р я. Сама решай. Что хочешь, то и делай.

Б о р и с. Что это у вас, девочки? Нашла ботинки, да?

Лида делает предупреждающий жест.

В а р я. На, примерь.

Б о р и с. Давай. (Садится и надевает ботинки.) Сойдет. Маловаты, но ничего… Да, девочки, можно ли мне здесь оставаться?

В а р я. Борька, о чем ты говорить!

Б о р и с. Нет, я не в том смысле. Я боюсь, по городу везде уже ищут. Немцы переполошились. И вас подведу и сам…

В а р я. А как ты шел? Мимо кого?

Б о р и с. Я осторожно шел. Из рощи от реки сразу в сады. И садами к вам. На улицу ни разу не показывался.

Ф е д о р  Н и к о л а е в и ч. Никто тебя не видел?

Б о р и с. По-моему, никто.

В а р я. А через Федоровых ты проходил? Через их сад?

Б о р и с. Проходил. А что?

Ф е д о р  Н и к о л а е в и ч. У Федоровых сын в полицаях. А старик буфет открыл на базаре. У немцев разрешение брал.

В а р я. Ты когда шел, у них был кто-нибудь дома? Не заметил?

Б о р и с. Были. Сидели там на крыльце, чай пили. Но я, правда, кустами прошел. По-моему, они меня не видели.

Ф е д о р  Н и к о л а е в и ч. Ладно. В случае чего, если с обыском придут, скажем, что ты мой племянник.

Варя отрицательно качает головой.

Б о р и с. Что вы, Федор Николаевич! У племянника документы должны быть. Да и все равно, везде обыски пойдут. Всех племянников в полицию потащат опознавать… Пойду в лес. Пока темно. У Федоровых в саду и следы могли увидеть. Мне по грядкам пришлось пройти.

В а р я. Я тебя провожу. Верно, лучше уйти. Теплое что-нибудь захватим — ночевать будешь на земле.

Ф е д о р  Н и к о л а е в и ч. Зачем ты, Варя? Я провожу. Я тут каждый кустик знаю.

В а р я. Ладно. Только тогда скорее. Сейчас я куртку лыжную найду. (Намеревается выйти на кухню.)

В этот момент раздается стук со стороны входной двери. Все застывают.

(Шепотом.) В окно, Боря! (Делает шаг к окну.)

Б о р и с (мотает головой). Нет. Если что, за окном уже стоят. (Прислушивается.)

Снова раздается стук в дверь. Громче.

Ф е д о р  Н и к о л а е в и ч. Ко мне, Цветков. В случае чего, девочки ничего и не знали. И не видели.

Б о р и с. У вас через окно на крышу можно?

Ф е д о р  Н и к о л а е в и ч. Можно.

Б о р и с. Я наверх вылезу, на крышу. Я прятался в саду, а вы никто ничего не знали. Гимнастерку я захвачу. (Быстро выходит.)

Стук в дверь.

Ф е д о р  Н и к о л а е в и ч. Я открою. (Выходит.)

Варя кивает ему вслед. Осматривается, подбирает с полу проволоку, которой был связан Борис, сует ее в постель и садится. Слышен шум отворяемой двери. Федор Николаевич заглядывает в комнату.

Ф е д о р  Н и к о л а е в и ч. Девочки, к вам.

Лида делает шаг вперед, Варя остается на месте.

Входит  А н а с т а с ь е в. Федор Николаевич — в дверях.

А н а с т а с ь е в. Здравствуйте. (Долго и испытующе смотрит на Варю и Лиду.)

Лида качает головой и отступает.

Вам привет от дяди.

В а р я. От какого дяди?

Л и д а. Нету у нас дяди. Что вам надо?

А н а с т а с ь е в (неуверенно). Вам привет от дяди.

В а р я (спохватывается). От дяди! (Быстро.) От Петра Ивановича?

А н а с т а с ь е в. Нет. От Василия Ивановича.

В а р я (быстро). Как он себя чувствует?

А н а с т а с ь е в. Болел тифом. Теперь поправляется.

В а р я (берется за сердце). Ой, господи! (Другим тоном.) Лидка, выйди!

Л и д а. Куда?

В а р я. Все равно куда. Выйди. Отсюда, из комнаты.

Л и д а, глядя на Анастасьева, выходит вместе с  Ф е д о р о м  Н и к о л а е в и ч е м.

(Подходит к Анастасьеву и ведет его к свету под электрическую лампочку.) Вы кто?

А н а с т а с ь е в. Я «Десятый».

В а р я. А фамилия ваша как?

А н а с т а с ь е в. Анастасьев.

В а р я. Ой! (Вдруг начинает плакать и кладет голову Анастасьеву на грудь.) Наконец-то. Ищу-ищу, хожу по городу вторую неделю. Всех наших арестовали, одна осталась. И не знаю, куда, что… Явки все проваленные…

А н а с т а с ь е в. Ничего, ничего, дочка. Видишь, все-таки я тебя нашел.

В а р я (сквозь слезы). У меня гранаты. Целые дни хожу по городу… Все жду, что схватят.

Л и д а  приоткрывает дверь, видит плачущую Варю и в испуге закрывает.

А н а с т а с ь е в. Ничего. Успокойся. Не всех арестовали. А теперь со мной пойдешь. Здесь тебе опасно.

В а р я (успокаивается и вытирает слезы). Все! Это я так. Долго очень никого не видела. Знаете, Попова тоже арестовали. Ваню.

А н а с т а с ь е в. Знаю.

В а р я. А у нас летчик со сбитого самолета. Радист Боря Цветков. Из нашей школы он.

А н а с т а с ь е в. Как — у вас? С того самолета, который сегодня сбили?

В а р я. У нас. Тут. Наверху. Он из-под расстрела убежал и прямо к нам. Мы в школе вместе учились.

А н а с т а с ь е в. Удача какая! Давай его сюда.

В а р я. Сейчас. (Идет к двери, отворяет ее.)