Живая вода - Андрей Константинов

отправленные за водой трое: Иван (помимо винтовки за плечом, несёт два трофейных термоса), Особист с трофейным автоматом и морячок Семён (на нём, как обычно, выцветший тельник; тащит на закорках пустой молочный бидон литров на 20). Иван мрачен — ему не по душе компания Особиста. А вот Семён, наоборот, жизнерадостен. А потому балагурит без умолку, воспринимая полученное задание как лёгкую летнюю прогулку.

СЕМЁН

Короче! В Одессе, на Ланжероне, всплывает русалка с пацанёнком на руках, выползает с ним на пляж и интересуется у загорающих: таки вы мине не подскажете, как пройти на Канатную, 17, где живёт водолаз Жора?

Семён сам же и хохочет во всё горло. Иван невозмутим, а идущий позади Особист даже зол.

ОСОБИСТ

Гусев! Ты можешь хоть немного помолчать?! У меня от твоего гогота уже голова трещит!

Мичман Сеня обиженно оборачивается к майору.

СЕМЁН

Могу, товарищ майор. Чего ж…

Какое-то время троица идёт молча. Но потом Семён снова «включает звук».

СЕМЁН

Ванька, прикинь: подходит ко мне вчера наш доктор, достаёт фляжку — пей, мол, только один глоток. Ну, думаю, спиртягой угостить решил, хлебнул — а там вода.

ИВАН

И чего?

СЕМЁН

А того! Сёдня умываться стал, гля — мать моя Афродита Посейдоновна!

Демонстрирует руку — то место, где раньше была наколка (якорёк и имя КЛАВА). Сейчас там уже почти ничего не осталось от якоря, а из букв — еле читаемые «АВА».

СЕМЁН

Зырь! Видал аврал?! Якорь подчистую слез. А от Клавки одна «ава» осталась!

Иван пожимает плечами.

ИВАН

Вот и радуйся. Сам же говорил, что она тебе на берегу с «сапогом» изменила и замуж вышла.

СЕМЁН

А я и радуюсь. Как бы. Только… Как оно получилось-то, а?

ИВАН

Ты же воду из фляжки пил?

СЕМЁН

Пил.

ИВАН

Ну и вот.

СЕМЁН

Чего вот?

ИВАН

Вот потому нас с тобой за этой водой и отправили.

СЕМЁН (Озадаченно)

Не. Ни фига не понимаю… Может она того, минеральная? Типа нарзана?

Иван, не отвечая, останавливается, ставит термосы на землю. Его нагоняет Особист.

ОСОБИСТ

Почему остановились?

ИВАН

Дальше в открытую лучше бы не идти. (Показывает) Вон те две корабельные сосны, они у самой границы болота стоят. От них до Большого Змея метров 700 шлёпать. И все эти 700 — почитай как на ладони будем.

СЕМЁН

У кого на ладони-то? (Скалится) Ты же, говорят, всех тамошних гансов уконтрапупил?

ИВАН

Во-первых, не всех. А во-вторых, могли и новых нагнать.

Особист задумывается.

ОСОБИСТ

С них станется. Могли. (После паузы) И что ты предлагаешь?

ИВАН

Я вас у тех сосен оставлю, а сам разведать схожу. Есть там бродик один, неприметный. С западной стороны, километрах в четырёх отсюда. Если пусто на острове — оттуда сигнал подам.

СЕМЁН

Четыре, да по болоту? Эдак мы и до ночи не обернёмся. И охота тебе, Ванька, лишний раз пачкаться? (Всматривается) Лучше я вон на ту, что слева, сосну заберусь. На самую верхушку. Чем не разведка? И ходить никуда не надо.

ОСОБИСТ

А сумеешь? На верхушку-то?

Сомнения понятны: у выбранной Семёном сосны ветки растут не с самого низа, а начинаются метрах в пяти от земли. То есть для начала нужно вскарабкаться по стволу, обхватив его руками и ногами. Как по столбу за сапогами на деревенской ярмарке.

СЕМЁН

Обижаете, товарищ майор! Между прочим, свою учебную практику я проходил на четырёхмачтовом барке «Товарищ», который бывший Lauriston. А уж у того мачты всяко повыше.

Особист вопросительно смотрит на Ивана. Тому не очень нравится предложение Семёна, но он лишь неопределённо пожимает плечами: дескать, вы как бы главный — вам решать. И Особист принимает решение.

ОСОБИСТ

Давай, Гусев. Попробуй. Может, и в самом деле получится.

СЕМЁН

Да без проблем. Я ведь Гусев только потому, что родители удружили. А на деле мне бы лучше Чайкиным прозываться. Или Альбатросовым.

Мичман Сеня решительно шагает в направлении двух сосен. Иван и Особист идут следом.

4.19. ЗМЕЕВО БОЛОТО. ВОСТОЧНАЯ ОКРЕСТНОСТЬ ОСТРОВКА БОЛЬШОЙ ЗМЕЙ. НАТ. ДЕНЬ

Один из созданных немцами «секретов» (огневых точек), обращённых в сторону Ганькиного Бора. Под сеткой-камуфляжем двое: стрелок-снайпер (Циглер) и пулемётчик. Через стекло прицела оптики Циглер наблюдает за противоположным берегом. Слышатся шаги, хруст веток под ногами — это из глубины острова к ним подходит Шлиман, ведомый посыльным. Циглер, продолжая наблюдать в оптику, предупреждает.

ЦИГЛЕР

Пригнитесь, господин обер-ефрейтор. Вас могут заметить с противоположного берега.

ШЛИМАН

Кто? Заметит? (Ложится рядом)

Циглер передаёт ему свою винтовку.

ЦИГЛЕР

Вторая сосна справа. Почти макушка.

Шлиман всматривается в оптику.

ШЛИМАН

О-ля-ля! С ума сойти! И как он умудрился так высоко забраться?

ЦИГЛЕР

Согласен, господин обер-ефрейтор, этот русский очень ловок. Обратите внимание: самый низ, кусты, те, что справа. Там ещё двое.

ШЛИМАН

Где-где? А! Да, вижу… (Азартно) Похоже, красные бандиты выслали разведчиков. (Бормочет) О чём-то подобном меня предупреждал майор фон Бергензее… Похоже, так и есть: поняв, что на север, через шоссе, им не пройти, бандиты прикидывают обратный манёвр — податься назад и далее, болотами, на юго-восток.

ЦИГЛЕР

Осмелюсь заметить: эта троица оборванцев больше походит на мародёров. (Поясняет) Убив людей Краузе, они вынесли с острова немалое количество вооружения и продовольствия. И теперь, похоже, вознамерились поживиться снова. Забрать остатки.

ШЛИМАН

Хм… Возможно, вы правы. В противном случае, это было бы… слишком дерзко. (Задумывается) Вы помните, Циглер, как устав велит поступать на войне с мародёрами?

ЦИГЛЕР

Так точно, господин обер-ефрейтор.

Шлиман возвращает ему винтовку.

ШЛИМАН

В таком случае тот, что на сосне, ваш. (Пулемётчику) Сразу после выстрела обершутце Циглера — причешите свинцом кусты и всё, что есть окрест. Патронов не жалеть. (Самодовольно) С сегодняшнего дня, пусть и временно, но это я — Отто Шлиман губернатор этого паршивого острова! А потому: не то что заходить, приближаться к нему на ружейный выстрел дозволяется лишь с моего позволения. А этим ублюдкам я такового не отдавал… (Циглеру) Вы готовы?

ЦИГЛЕР

Так точно.

ШЛИМАН

Если свалите полосатого с первого выстрела, на ужин получите двойную порцию шнапса.

Циглер стреляет, и Семён камнем падает на землю. Тотчас вступает «второй номер» — пулемётчик начинает беспощадно расстреливать кусты, за которыми залегли Иван и Особист.

Конец четвёртой серии

Примечания

1

Било — рельс для подачи сигналов, прежде всего пожарной тревоги.

2

Агроном — пренебрежительная кличка Гиммлера. Демобилизовавшийся в 1918 году после недолгой военной службы Генрих Гиммлер, вняв