Модель. Зарубежные радиопьесы - Петер Хакс

Ф е л и к с (грустно). Я их вообще больше не вижу… (Вновь заинтересованно.) Это потрясающая книга, Карин! Сто лучших американских реклам. Тут есть чему поучиться! Они здорово освоили дело!

Звон приборов.

К а р и н. Посмотришь ее после еды, хоть поешь хорошенько.

Ф е л и к с (с живостью). Вот, взгляни только на это…

К а р и н. После еды! Ты хоть бы за едой отдыхал, отключался…

Ф е л и к с (ласково). Я так и делаю, Карин! Но такая книга!

К а р и н. Мог бы посмотреть ее и потом! Ты скоро превратишься в автомат, в заводные часы… Никакой личной жизни…

Ф е л и к с. Ну, это временно, дорогая.

К а р и н. Это длится уже месяцы, если не годы! Ты просто уже не замечаешь.

Ф е л и к с. Ах…

К а р и н (уговаривая). Это плохо кончится. Ты себя губишь…

Ф е л и к с. Это смешно, Карин! (Примирительным тоном.) Твое волнение трогательно, но неоправданно, Карин. Я здоров как бык!

К а р и н. И слава богу, Феликс. Но…

Ф е л и к с (в полном восторге). Взгляни на эту картинку! Здорово! Первый класс!

К а р и н (почти резко). Прошу тебя, Феликс. Если уж мы видимся всего полчаса, то ты бы мог уделить их мне целиком. Становится непонятным, зачем я тебе вообще? Если все пойдет так и дальше, то я не смогу понять этого, Феликс! Я могу тогда просто уйти или умереть, и меня с тем же успехом заменит другая!

Ф е л и к с (опешив). Что ты говоришь, Карин! И все из-за этой книги? Я ждал ее целую вечность, и вот наконец она пришла…

К а р и н. Феликс, разве существуешь один ты в целом мире?

Ф е л и к с (беспомощно и заискивающе смеется). Карин! Ну Карин…

Пауза.

К а р и н. Феликс!

Ф е л и к с (деловито). Да? (Пауза.) Ну что ты хотела сказать?

Пауза.

К а р и н. Я ведь понимаю, что ты рад этой книге…

Ф е л и к с (примирительно). Ну вот видишь! Ты ведь тоже бываешь рада шляпке или выигрышу в бридж.

Голоса звучат, как в начале пьесы.

К а р и н. С тобой невозможно было поговорить серьезно, ты все спешил, торопился куда-нибудь, возвращался усталым, изможденным, постоянно думал о чем-то своем… У меня ничего не получалось. Сколько бы я ни пыталась поговорить с тобой о том, что меня мучило, все мои попытки разбивались о стену деловитости, уверенности в себе, оптимизма…

Изменение акустики.

Ф е л и к с. Да, да, я понимаю тебя, Карин. Я бы тоже рад был отдохнуть, но сейчас в самом деле никакой возможности, Вессели уезжает завтра, и я должен…

Изменение акустики.

К а р и н. Мои просьбы никогда не достигали тебя, скользили мимо…

Изменение акустики.

Ф е л и к с (почти весело). Страшно за меня? Карин, тебя преследуют призраки.

Изменение акустики.

К а р и н. Как будто я хотела взойти по гладкой стене… и не могла! Но я все-таки пыталась все снова и снова, как будто ни разу не падала. Когда-нибудь — думала я — да удастся, когда-нибудь удастся задеть тебя за живое, внушить тебе мою тревогу за тебя, за нас всех. И я пыталась снова и снова…

Изменение акустики.

(Упрашивая.) Феликс!

Ф е л и к с (успокаивая). Карин!

Изменение акустики.

К а р и н. Но все напрасно, напрасно! Я только мучилась, уставала, отчаивалась, разуверялась… (Пауза.) И все больше становилась одинокой. Потому что от тебя оставалась одна оболочка — деловитости, озабоченности, честолюбия, погони за деньгами… Тот ты, которого я любила, постепенно исчез, осталась… мумия. (Пауза.) И вот тогда-то, по-видимому, я стала превращаться в живой труп.

Ф е л и к с. Карин! (Умоляя.) Карин! О чем ты говоришь? Все это неправда! Ну скажи, что это неправда! Скажи! (Пауза.) Карин! (Слабым голосом.) Карин!

К а р и н (без выражения). Увы, это правда.

Ф е л и к с (умоляя). А если правда, Карин, то мы еще все исправим! Мы начнем с самого начала, Карин, и докажем, что это неправда!

К а р и н (без выражения). Теперь невозможно начать сначала.

Ф е л и к с. Но если теперь уже поздно, почему же ты молчала об этом раньше?

К а р и н. Я не молчала… я пыталась с тобой поговорить. Ты же (с болью) никогда не слушал меня или (с отчаянием) не понимал!

Ф е л и к с (бурно). Скажи, что еще не поздно!

К а р и н (без выражения). Поздно, Феликс, поздно.

Пауза.

Ф е л и к с (сухо). Ты хочешь, чтобы мы… разошлись?

К а р и н (устало). Думаешь, что-нибудь для тебя изменится?

Ф е л и к с. Нет. (Пауза.) Но, может быть, для тебя.

К а р и н. Я не счастлива с тобой. Но это вовсе не значит, что я была бы счастливее без тебя.

Пауза.

Ф е л и к с. Да, да, конечно. (Пауза.) И все-таки, по-моему… лучше сделать выводы…

К а р и н (с иронией). Какие выводы?

Пауза.

Ф е л и к с (деловито, но с примесью глубокого отчаяния). Что же нам делать?

Пауза.

(Порывисто, с чувством.) Что же нам делать, Карин?

Пауза.

(Тихо, медленно, уныло, почти машинально.) Что же нам делать?

Молчание.

Перевел Ю. Архипов.

Ингеборг Бахман

ДОБРЫЙ БОГ МАНХЕТТЕНА

Действующие лица и голоса

Добрый бог

Судья

Ян, юноша Старого Света

Дженнифер, девушка Нового Света

Билли }

Фрэнки } белки

Тюремный надзиратель

Секретарь в суде

Цыганка

Нищий

Портье

Бой-лифтер

Продавец газет

Двое детей

Бармен

Голоса, монотонные и бесполые

В зале суда.

Жужжит вентилятор — середина лета.

С е к р е т а р ь (в дверях). Ваша милость…

С у д ь я. Да?

С е к р е т а р ь. Можно ввести обвиняемого?

С у д ь я. Да. И выключите вентилятор.

С е к р е т а р ь. Слушаюсь. В такую жару?

С у д ь я. Выключите, я сказал!

Открывается дверь. Т ю р е м н ы й  н а д з и р а т е л ь  вводит  о б в и н я е м о г о.

Н а д з и р а т е л ь. Обвиняемый, ваша милость. (Понизив голос.) Вот сюда. И во время допроса — стоять, понятно?

Вентилятор замедляет вращение и останавливается.

С у д ь я (изменившимся голосом). Сядьте!

Н а д з и р а т е л ь (негромко, поспешно). Садитесь! Вы слышали — садитесь! Можно сесть.

С у д ь я. Вы можете идти, Суини. И вы тоже, Росси.

Н а д з и р а т е л ь. Как прикажете.

С е к р е т а р ь. Благодарю, ваша милость.

Оба выходят. На несколько мгновений воцаряется тишина. Судья перелистывает бумаги.

С у д ь я (бормочет себе под нос, делая записи). Нью-Йорк Сити… августа… тысяча девятьсот… пятидесятого… (Затем четкой, бесстрастной скороговоркой.) Имя, год рождения, место рождения, цвет кожи, комплекция, рост, вероисповедание, среднее потребление алкоголя? Психические отклонения…

О б в и н я е м ы й. Да вроде бы нет.

С у д ь я (продолжает тем же тоном). Обвиняется в убийстве…

О б в и н я е м ы й. В убийстве?..

С у д ь я (вдруг меняет тон; равнодушно-доверительно). Убийственная жара, не правда ли? Такого пекла давно не было. Впрочем, помните, шесть лет назад? Когда тех двоих — Джо Бамфилда и Эллен… Эллен…

О б в и н я е м ы й. Эллен Гей.

С у д ь я. Верно. Когда их убило бомбой. Тогда тоже была такая жара.

О б в и н я е м ы й. Помню.

С у д ь я (извиняющимся тоном). Разумеется, я вызвал вас не для того, чтобы беседовать с вами о высоких температурах.

О б в и н я е м ы й. Надеюсь.

С у д ь я. Но было бы глупо