Театр одного поэта. Пьесы, поэмы - Даниэль Мусеевич Клугер

Даниэль Клугер

Театр одного поэта

Пьесы, поэмы

ПЬЕСЫ

ЧЕРНЫЙ ПАРУС,

БЕЛЫЙ ПАРУС

Трагикомедия в псевдоантичном духе

Действующие лица

КИФАРЕД

ТЕСЕЙ, сын афинского царя ЭГЕЯ

БРОДЯЖКА

МИНОС, царь Крита

ПАСИФАЯ, царица Крита

АРИАДНА, дочь критского царя МИНОСА

ПЛОТИН, приближенный критского царя МИНОСА КОРАБЕЛЬЩИК

ХОР — три пьяных бомжа в уродливых (комических) масках.

Семь афинских юношей и семь афинских девушек, стражники во дворце. Молодые афиняне и афинянки вполне могут быть изображены неживыми предметами — например, манекенами или куклами, причем вовсе не в человеческий рост. Даже лучше, если они будут маленькими, а то актерам будет тяжело таскаться с ними. Единственное условие — они должны быть одинаковы. Одевать их в античные наряды не обязательно. Да и вообще — одевать не нужно.

Роль стражников бессловесная, чисто служебная — присутствовать на сцене. Поэтому иногда (в частности, в четвертой картине) их могут изображать, например, вешалки с полицейскими фуражками и дубинками.

Тексты, которые должен произносить Хор, на самом деле могут произноситься любым из его участников в отдельности, по очереди или синхронно, но при этом жесты их всегда синхронны и утрированы.

ПРОЛОГ

Авансцена. Шум прибоя за сценой. Освещен только правый угол. Нагромождение камней, небольшой костер. У костра сидит Кифаред. Кифаред возится с инструментом, настраивая струны, рядом, на плоском камне — почти письменном столе небольших размеров, — несколько табличек для письма и стило. В сущности, поскольку никто не знает, когда именно происходит действие, вместо табличек может лежать стопка бумажных листов, а вместо стила карандаш или даже фломастер. Непринципиально.

Так вот, Кифаред настраивает струны кифары, одновременно пытается что-то сочинять. Опять же, я не настаиваю на кифаре, вполне можно заменить обычной современной гитарой. Но только не банджо! Банджо — это Америка, а мы, как-никак, в Европе.

КИФАРЕД (Нараспев).

Был у царя Эгея сын, по имени Тесей... (Струна лопается с громким звуком). 3-зараза! Так я и знал... Опять вторая струна. Каждый раз — вторая струна. (Вытаскивает из котомки другую струну, начинает заменять, одновременно бормочет). Был у царя Тесея... То есть, был у царя Эгея, из Афин, любимый сын по имени Тесей. Любимый сын, красивый и могучий, прекрасный... (Откладывает инструмент, записывает на листке). Был... у царя... Эгея... из Афин. (Пытается напеть мелодию).

Любимый сын, красивый... Ну, это как сказать. Если судить по сохранившимся портретам, красоты немного. Больно уж свиреп ... Всегда нахмурен...

Входит Бродяжка. В лохмотьях, с нищенской сумой на плече.

На лице — уродливая маска, вроде комических масок античного театра: распахнутый рот, искривленный овал лица, под глазами — синяки.

КИФАРЕД.

Опять ты?! Что ты ходишь за мной, чего ты хочешь, женщина?

БРОДЯЖКА.

Хлеба. А еще — вина, но если ты не пьешь вина, тогда хлеба и воды.

КИФАРЕД.

Бери вон там, на камне. Ешь, пей и отстань от меня.

Бродяжка усаживается с куском хлеба и флягой на камень, рядом с Кифаредом. Ест, заглядывая ему через плечо.

КИФАРЕД (бормочет).

Как передать мне в полной мере то горе, охватившее Эгея, когда Тесей... Тьфу ты, пропасть. Что — когда Тесей? Ни ритма, ни мелодии. Тесей!

БРОДЯЖКА.

Тесей? Ты сказал — Тесей?

КИФАРЕД (раздраженно).

Тесей. А что?

БРОДЯЖКА.

Сын царя Афин? Который был героем? (Встает, торжественно).

Тесей, прекрасный юноша, который,

Презрев опасности, поплыл на корабле,

Чтоб умертвить чудовище? О нем

Ты пишешь, о певец сладчайший?

КИФАРЕД.

Отстань, старуха, ты мешаешь мне!

Поела если — уходи скорее.

БРОДЯЖКА.

Нет-нет, я слова не скажу, позволь остаться!

Там холодно, а у тебя костер.

КИФАРЕД.

Останься, коли так. Но скажешь слово —

Я прогоню тебя без сожаленья,

Дав на прощанье пару тумаков!

Авансцена освещается слева. Три бомжа в уродливых масках, таких же, как на Бродяжке, сидят у такого же костра. Передают по кругу амфору (вполне можно и бутылку, и даже с этикеткой), отпивают по очереди. Это Хор.

ХОР (как и положено Хору — хором).

Коль поёшь — надо пить.

Коли пьёшь — надо петь.

Вот мудрость, что оставили для смертных

Дионис-бог, а так же Аполлон.

1-й БОМЖ (он же — Корифей, предводитель Хора).

Споем?

2-й БОМЖ и 3-й БОМЖ (поют вместе).

Царь Эгей не в меру

Полюбил гетеру.

И теперь Эгея

Мучит гонорея.

КИФАРЕД.

Эй, вы там! Заткнитесь, мешаете.

ХОР.

О боги олимпийские, он пишет!

Он сочиняет песню о царе!

Черный парус, белый парус

Скажи, певец, о ком ты сложишь песню?

КИФАРЕД.

О Тесее. О великом и могучем сыне несчастного царя Эгея. О том, как он отправился на Крит, чтобы сразиться с жутким Минотавром... (Замолкает, задумывается).Ух, ты! А это можно и записать. (Пишет, одновременно говорит). Тесей-боец отправился на Крит, чтобы сразиться с жутким Минотавром.

ХОР (нараспев, с ужимками).

Был у царя Эгея славный сын,

Тесей могучий, знаменитый воин.

Тесей-боец отправился на Крит,

Чтобы сразиться с жутким Минотавром.

Кифаред быстро пишет. Когда Хор замолкает, он останавливается.

1-й БОМЖ.

А дальше?

КИФАРЕД (Пожимает плечами).

Все знают, он убил чудовище. (Читает с листа, нараспев).

Афины-город в трауре, увы!

Жестокий Минос, Крита грозный царь,

Чудовищною данью обложил

Несчастный город. Семь прекрасных дев,

Семь юношей прекрасных забирает

Он каждый год. Корабль чернобокий

Под черным парусом несет несчастных к Криту,

Где пожирает их кошмарный Минотавр.

И черный парус — скорбный знак того,

Что ни один не уцелел невольник.

Судьба неумолима, но Тесей...

Кифаред умолкает, смотрит в листок, смущенно хмыкает.

1-й БОМЖ.

А дальше?

КИФАРЕД.

Еще не дописал. Струна лопнула, а я всегда подыгрываю себе, когда сочиняю. По-другому не получается.

1-й БОМЖ.

Своими словами, приятель, своими. Потом расставишь, мы тебе поможем.

КИФАРЕД.

Вы?

1-й БОМЖ.

Мы. А что? Вот он (указывает на 2-го БОМЖА) Гомер. Не веришь? (2-му БОМЖУ). Изобрази.

2-й Бомж отпивает из бутылки, откашливается. Встает во весь рост, закрывает руками глаза.

КИФАРЕД.

Зачем он