Упадок и разрушение - Ивлин Во

Прошло несколько дней, и Поля вызвали к начальнику тюрьмы.

- Мною получено распоряжение министерства внутренних дел. Вы направляетесь в частное лечебное заведение на операцию аппендицита. Едете сегодня же, в гражданском платье и под охраной.

- Но, сэр, - возразил Поль, - я не хочу никакой операции. Тем более что аппендикс мне вырезали, когда я учился в школе, много лет назад.

- Вздор! - ответил начальник. - У меня имеется особое распоряжение министра. Надзиратель, возьмите этого человека и выдайте ему одежду.

Поля увели. Одежду, в которой он в свое время предстал перед судом, переслали из Блекстона вместе с ее хозяином. Надзиратель вытащил сверток из шкафчика, развернул его и отдал Полю.

- Ботинки, носки, брюки, жилет, пиджак, рубашка, воротнички, галстук, шляпа, - бормотал надзиратель. - Распишитесь в получении. Ценные вещи выдаче не подлежат.

Он вынул из карманов Поля часы, запонки, булавку для галстука, записную книжку и прочие мелочи и запер в шкафу.

- Парикмахера у нас нет, - добавил он, - но вам разрешено побриться.

Полчаса спустя Поль вышел из камеры, обретя облик нормального интеллигентного человека, с каким каждый день можно встретиться в автобусе.

- Отвык небось? - заметил надзиратель у ворот. - А вот и твоя охрана.

Еще один нормальный интеллигентный человек, с каким каждый день можно встретиться в автобусе, предстал перед Полем.

Если вы готовы, - сказал человек, - нам пора.

Теперь, в обычной одежде, они, конечно же, обращались друг с другом по-человечески. В тоне охранника Полю даже послышалось уважение.

- Ничего не понимаю! - говорил Поль по дороге на станцию. - Конечно, с начальством не поспоришь, но тут какое-то недоразумение. Мне давным-давно вырезали аппендикс!

- Ничего вам не вырезали, - подмигнул ему охранник. - И вы лучше потише. Шофер не в курсе.

Для них было забронировано купе первого класса. Когда поезд тронулся, охранник лукаво произнес:

- Ну, теперь не скоро обратно. Как подумаешь о смерти, сразу содрогнешься, верно? - И снова подмигнул.

Они позавтракали в купе: Полю неловко было показаться в вагоне-ресторане без шляпы, остриженным "под ноль". После завтрака выкурили по сигаре. Потом охранник вытащил пухлое портмоне и расплатился.

- Чуть не забыл! - схватился он за голову. - Вот ваше завещание -подпишите на всякий случай.

Он достал длинный голубоватый лист и протянул Полю. Сверху было четко выведено: "Последняя воля и завещание Поля Пеннифезера". Далее в документе, с обычными юридическими увертками, говорилось, что Поль оставляет все свое имущество Марго Бест-Четвинд. Внизу уже стояли подписи двух свидетелей.

- Чрезвычайно странно, - сказал Поль и подмахнул бумагу. - Что все это значит?

- Понятия не имею, - ответил охранник. - Завещание мне передал один молодой человек.

- Какой еще молодой человек?

- А я почем знаю! - пожал плечами охранник. - Тот, который обделал все это дело. Молодцы, составили завещание! Не ровен час, что случится во время операции. У меня тетка померла, когда ей удаляли камень из почки, а завещания-то и не было. Вот и вышел конфуз - она с мужем жила невенчанная. А с виду крепкая была - ей бы жить да жить. Но вы, мистер Пеннифезер, не волнуйтесь. Все идет согласно распоряжениям.

- Вы хоть знаете, куда мы едем?

Охранник молча вынул из кармана карточку, на которой было напечатано:

"Клифф Плейс, роскошный частный санаторий. Первоклассный уход. Электрические и тепловые процедуры под врачебным наблюдением. Владелец -Огастес Фейган, доктор медицины".

- Одобрено министерством внутренних дел, - сообщил охранник. - Так что жаловаться не приходится.

К вечеру они были на месте. Их ждал лимузин, чтобы отвезти в Клифф Плейс.