Пьесы - Гусейн Мухтаров

С а х р а. Вай, вода!

Бегенч первым подымает кувшин и ласково говорит Сахре.

Б е г е н ч. Ты стала еще красивее… Скажи, ты ждала меня?

С а х р а. Зачем ты спрашиваешь об этом?.. Неужели не знаешь?

В это время на заднем плане появляется старуха. Она прихрамывает. Старуха пытается спрятаться за деревом. Влюбленные ее не замечают. Бегенч с нежностью смотрит на Сахру.

Б е г е н ч. Я привез тебе колечко. Возьми его.

Сахра протягивает к нему руку, но тут же поспешно отдергивает ее. Она замечает за деревом хромую старуху.

Б е г е н ч. Сахра? Что случилось? Кто напугал тебя?

С а х р а. Нет, нет… Никто! Бегенч, я лучше пойду, а то будет неприятность. Я ведь не за себя боюсь… Не хочу, чтобы с тобою случилось плохое…

Б е г е н ч. Ради бога, скажи — кого ты испугалась?

С а х р а. Нет, никого, просто… просто… Язык не поворачивается сказать. Меня… меня выдают…

Сахра беззвучно плачет. По лицу Бегенча пробегает тень. После паузы он тихо спрашивает.

Б е г е н ч. Кто же он? Кто твой жених?

С а х р а. Сын Кюйкибая! Но я никогда, никогда не выйду за него! Надень мне свое колечко, Бегенч!

Сахра снова протягивает ему руку. Бегенч надевает ей на палец колечко.

Б е г е н ч. Голубка ты моя! Пойдем! Наберем в твой кувшин воды!

Они идут к речке. За сценой слышны голоса: «Ну, толкай же! Чего ты встал?!» — «Да яма тут, что, не видишь?»

Затем на сцену вваливаются батраки Кюйкибая. Их прозвища — Д л и н н ы й  и  К о р о т к и й. Длинный тянет арбу, ему сзади помогает Короткий. Одеты они бедно, в лохмотьях, на ногах опорки. Переругиваются.

Д л и н н ы й. Тащу один, как ишак! Ты мне совсем не помогаешь!

К о р о т к и й. Не помогаю? Тогда тащи сам!

Он демонстративно отходит в сторону и садится. Длинный бросает оглобли арбы и укоризненно говорит своему товарищу.

Д л и н н ы й. Бай приказал доставить арбу, пока уста Хайдар не закрыл кузницу. Вставай, а то не успеем!

К о р о т к и й. Так это он тебе приказал, а не мне! Ты и старайся! А я на твоем месте не был бы дураком.

Д л и н н ы й. Зачем ты ругаешься?!

К о р о т к и й. Не хочешь — не буду. Сядь-ка! Слышишь, как комсомольцы песни поют? Так и хочется вместе с ними затянуть!

Д л и н н ы й. Не советую. Они кричат о новом мире, но как бы их баи старого мира не лишили! Глупые желторотые птенцы…

К о р о т к и й. Ослиная твоя голова! Что ты понимаешь!

Д л и н н ы й. Опять говорю — не ругайся!

К о р о т к и й. Да я же по-дружески!

Д л и н н ы й. И по-дружески не надо! Меня и так всю жизнь ругают!

К о р о т к и й. Перестань плакаться! Давай-ка лучше вступим, куда надумали.

Д л и н н ы й. А куда?

К о р о т к и й. Эх, пустоголовый!

Д л и н н ы й. Сказал — не ругайся! Куда вступим?

К о р о т к и й (оглядывается по сторонам. Делает предостерегающий жест). Тихо! Не кричи! Услышит Кюйкибай или его сын — несдобровать нам! Ну, ты согласен вступить?

Д л и н н ы й. Да объясни ты толком. Куда вступать-то? В комсомол или в басмачи?

К о р о т к и й (громко хохочет. Вытирает полой рваного халата глаза). Ну и уморил! В комсомол таких дураков, как ты, не принимают, да и староват ты немного, а для басмача слишком труслив! Больше месяца толкуем, куда вступить. Неужели забыл?

Д л и н н ы й. А, в колхоз! Ха-ха-ха!

К о р о т к и й. Чего ржешь? Вступим в колхоз — с бедностью расстанемся, женимся!

Д л и н н ы й. Да, как же! Женишься! Во сне!

К о р о т к и й. А почему бы и нет! Говорят, теперь калыма не будет, девушек продавать запретят.

Д л и н н ы й. Не дай бог дожить до таких дней! Какая она будет тебе жена, если ты за нее денег не платил? Да и что за дурак выдаст дочь без калыма? Дорого то, за что заплачено!

К о р о т к и й (мечтательно смотрит на реку). Э-э! Ты меня послушай! Бог свидетель — вступим в колхоз, возьмем себе жен без калыма. Я женюсь на красивой, ласковой, жить будем с нею душа в душу. Вечером будем пить чай, обниму я ее вот так…

Он протягивает руку к Длинному, обнимает его за плечи; тот поспешно вскакивает, плюет на землю.

Д л и н н ы й. Тьфу! Уйдем прочь! Что я тебе, бесплатная жена, что ли?

К о р о т к и й. Нужна мне такая саранча! Моя жена будет красавица, с муравьиной талией, глаза как пиалушки…

Д л и н н ы й. Да, да! Сначала ты ее обнимешь, потом — я, а потом еще кто-нибудь… Ведь в колхозе все общее!

К о р о т к и й. Пропади ты пропадом! Объяснять бестолковому — все равно что иголкой колодец копать! Пойми, дурак, жена не кетмень, что передают из рук в руки!

Д л и н н ы й. А ты забыл, что сказывал Кюйкибай? Сожгут все кибитки, снесут все хибарки, а вместо них настроят длинные казармы. Вот и будем жить вместе…

К о р о т к и й. Что-то плохо верится в это!

Он вытаскивает из-за пояса узелок, развязывает его, вынимает половину чурека и начинает есть. Длинный увлеченно продолжает рассказывать.

Д л и н н ы й. Ей-богу! В этих казармах все будет… как это говорят, дай вспомнить… обо… обоб… обобществленное!

К о р о т к и й. Что это за слово?

Д л и н н ы й. Это значит «твое-мое».

К о р о т к и й. Как это «твое-мое»?

Д л и н н ы й. А вот так: хочу взять твое — беру.

Он выхватывает из рук Короткого чурек и с аппетитом жует.

Хочешь взять мое — бери! Даже жену! Ей-богу!

К о р о т к и й. Не болтай!

Отнимает у товарища чурек.

Д л и н н ы й. Не веришь — твое дело! А по мне — и добра от колхоза не надо, и смерти от басмачей не хочу. Был бы кусок хлеба — и довольно!

К о р о т к и й. Значит, ради одного куска хлеба тяни всю жизнь лямку, как ишак?

Д л и н н ы й. Молчи ты! Услышит бай, твой язык через затылок вытянет!

К о р о т к и й. Он-то не услышит, а если ты ему сболтнешь — я твой язык через затылок вытащу!

Д л и н н ы й. Да провались ты со своим языком! Иди вступай в свой колхоз!

К о р о т к и й. И вступлю, а ты иди вылизывай миски бая!

Д л и н н ы й. Помолчи, Короткий, а не то…

К о р о т к и й. Что «не то», что «не то»? (Угрожающе идет на Длинного, тот в испуге пятится.) Благодари бога, что дочь Пальвана идет. Иначе…

Появляется  С а х р а, за ней, несколько поотстав, шагает  Б е г е н ч. Короткий следит за девушкой восхищенным взглядом.

К о р о т к и й. Ну и девушка! Вот о ком можно сказать — красавица! Соловей! Роза нашего аула! И в раю не отыщешь такой феи!

Д л и н н ы й. Да, подходящая жена для байского сына! Ничего не скажешь!

К о р о т к и й. Порази тебя гром — «для байского сына»! Постой, смотри-ка, возле нее какой-то красноармеец!

Сахра и Бегенч проходят мимо друзей.

Д л и н н ы й (показывая на