Московские каникулы - Андрей Ирмович Кузнецов

Ж а н н а. Катя, идем домой!

К а т я. Сейчас, только скажу им… (Ребятам.) Эх вы, по списку пятнадцатые… Жалкие, трусливые обманщики! (Быстро выходит.)

Ж а н н а (насмешливо). Спокойной ночи, донжуаны! (Уходит за Катей.)

Стук захлопнувшейся двери. Пауза.

О л е г. Давно у меня не было таких веселых каникул…

А л е ш а. У меня тоже…

О л е г. Ну, пойду… Примочку занести?

А л е ш а (трогая свои синяки). Тебе бы столько фонарей не насажали… Реакция у меня плохая…

О л е г. Реакция — дело наживное… Хочешь, потренирую?

А л е ш а. А к концерту готовиться?

О л е г. Так и будешь всю жизнь — от концерта к концерту?

А л е ш а. Наверно, так и буду… Если не выгонят.

О л е г. Да, не позавидуешь… (После паузы.) Нет, вру… Все-таки счастливый ты… Нацеленный.

А л е ш а. Красиво сказано… На ночь глядя.

О л е г. Ладно, ты лучше вот что… Гони билетик на концерт!

А л е ш а. Считай, он у тебя в кармане.

О л е г (помолчав). Может, два дашь?

А л е ш а (тоже не сразу). Думаешь, она придет?

О л е г. Не знаю… Я теперь ничего не знаю…

З а т е м н е н и е.

Улица. День. Идет  К а т я. Из-за дерева выходит  О л е г.

О л е г (окликает). Катя!

К а т я (остановившись). Кто это?

О л е г (подходя). Это я… Олег Шорохов…

К а т я (ледяным тоном). Не знаю такого. (Хочет идти.)

О л е г. Постой! Когда ты уезжаешь?

К а т я. Завтра.

О л е г. А послезавтра Алешкин концерт. Вот билет… Останься!

К а т я. Не хожу слушать музыкантов, которые так фальшивят.

О л е г. Я один во всем виноват! Должен был сразу сказать тебе правду. Как ты — про фотографию… Я начинал сколько раз, да ты слушать не хотела… Нет, вру… Боялся, узнаешь — больше тебя не увижу…

К а т я. Ну да, ведь тебе еще нужно было дать мне урок хорошего тона…

О л е г. Я тогда растерялся… Не знал, как удержать тебя от концерта этого…

К а т я. Не прибедняйся, ты никогда и нигде не теряешься. А за урок спасибо. Он пошел мне на пользу. (Хочет идти.)

О л е г. Постой! Ты завтра уедешь, а я должен сказать тебе…

К а т я. Ничего ты мне не должен.

О л е г. Подожди, говорю! Я вот читал, в наш век будто не бывает географических открытий… А я сделал… Верней, ты мне помогла сделать… Открыл для себя целую новую страну — страну искусства…

К а т я. Красиво и трогательно… Сам сочинил или вместе со своим изобретательным Ждановичем?

О л е г. Можешь язвить, только сначала выслушай… Я теперь свою жизнь на две части делю — до встречи с тобой и после встречи…

К а т я. Побереги свое красноречие для какой-нибудь другой провинциальной дурочки! А я поумнела, цену ему знаю. (На движение Олега.) И не ходи за мной больше! (Уходит.)

З а т е м н е н и е.

Снова тот же уголок аэровокзала. Входят  К а т я  и  Ж а н н а  с чемоданом и авоськой, полной апельсинов.

Ж а н н а (ставит вещи). Ну вот… Посиди тут, а я пойду узнаю про автобус. (Уходит.)

Катя садится на скамью, но то и дело оглядывается, высматривая кого-то. Входит  У б о р щ и ц а.

К а т я (вскакивает). Ой, здравствуй. Хорошо, что я тебя встретила! Вот мой долг, спасибо большое!

У б о р щ и ц а. Ну, как у тебя, все обошлось?

К а т я. Обошлось. Не все, правда… (Оглядывается.) Но это пустяки…

У б о р щ и ц а. Домой, значит, летишь?

К а т я. Домой. В Тобольск.

У б о р щ и ц а. Знаю. Через Тюмень. Рейс номер сто пятьдесят девять. Неинтересный. (Пауза.) А на будущий год — опять к нам? В институт поступать?

К а т я. Еще сама не знаю…

У б о р щ и ц а. А то давай вместе со мной — в стюардессы! На загранлинии. Работа — будь здоров! Весь мир увидим!

К а т я. Спасибо, я подумаю…

У б о р щ и ц а. Думай, только лучше не придумаешь. Данные у тебя вроде подходящие. Конечно, оно с первого захода вряд ли получится, здесь характер нужен…

Вдали показывается  А л е ш а.

К а т я (поспешно). Ты, пожалуйста, все подробно расскажи!

У б о р щ и ц а. А чего зря рассказывать? Вот приедешь — свожу тебя в отряд, там всё и расскажут, и покажут… (Проследив Катин взгляд.) А-а… Ясненько… Не буду тебе мешать.

К а т я. Что ты! Как раз наоборот! Если ты останешься…

У б о р щ и ц а. Не могу. Своих дел хватает. Ну, ни пуха тебе, ни пера!

Катя молчит.

К черту посылай!

К а т я (шепотом). К черту…

У б о р щ и ц а. Учить тебя еще и учить…

Уборщица уходит. Алеша приближается к Кате. С другой стороны входит  Ж а н н а.

Ж а н н а (насмешливо). А, незапятнанный мамин мальчик явился… Какую новую каверзу вы для нас приготовили, малоуважаемый гражданин Жданович?

А л е ш а (с неожиданной твердостью). Извините, но у меня нет времени на пикировку. Мне нужно поговорить с вашей сестрой. Вы разрешите нам отойти в сторону?

Ж а н н а. Нет уж, тут оставайтесь, а то потеряемся. (Кате.) Я в буфет сбегаю. Слушай радио, скоро должны объявить посадку. (Уходит.)

Пауза.

К а т я (с неприязнью). Ты зачем пришел?

А л е ш а. Попросить у тебя прощения. За те каверзы, а точнее — подлости, в которых я виноват. Конечно, каждому хочется думать, что он лучше своих поступков… Но от правды ведь никуда не уйдешь… (На нетерпеливое движение Кати.) Не говори ничего! Ты меня прогонишь, а мне столько нужно сказать… (Смолкает.)

К а т я (сухо). Говори.

А л е ш а (растерянно). Забыл… (Пауза). Да! Можно, я дам Олегу твой адрес?

К а т я. Все равно я не отвечу. Ни ему, ни тебе.

А л е ш а. Но ведь Олег ни в чем не виноват! Это я упросил его Алексеем назваться, я запретил правду тебе рассказывать! Он сколько раз хотел…

К а т я. Не выгораживай дружка… И себя тоже. Не поможет.

А л е ш а. Что ты, я и не собираюсь… Я хочу только… Вот, вспомнил главное! Ты меня за будущего хирурга приняла… И я все эти дни об одном думаю: ну что такое скрипач по сравнению с хирургом? Спасти человека, когда только ты это можешь! С таким ничего не сравнится… Но потом и другие мысли приходят… Ведь радость людям тоже нужна, иногда не меньше, чем лекарства или операция… Ведь правда?

Катя молчит.

Ты забудь про мои подлости и ответь, это для меня очень важно, — нужна? (От волнения развязывает и завязывает авоську.)

К а т я. Оставь авоську, апельсины рассыплешь…

А л е ш а. Ой, извини… (Хочет завязать авоську покрепче, но от усердия сваливает ее на пол и рассыпает апельсины.) Не беспокойся, я соберу! (Становится на колени и собирает апельсины.)

Входит  Ж а н н а  с покупками в руках.

(Подавая Кате авоську.) Вот, пожалуйста… Извини…

Слышится голос по радио: «Объявляется посадка на автобус к рейсу номер 159 Москва — Тюмень. Выход к автобусу через седьмую секцию».

Ж а н н а (засуетившись). Это наш! Побежали!

К а т я. Сейчас. (Алеше.) Мы больше никогда не увидимся, так что могу сказать напоследок… Кем тебе стать — хирургом или скрипачом, только ты решить