Занавески - Михаил Алексеевич Ворфоломеев

Ф е д я. Плохо дело.

Т у д ы ш к и н. Да уж куда хуже! Я тебе честно скажу, даже о петле подумывал!

Ф е д я. Да ты что?!

Т у д ы ш к и н. Вот сегодня зять по мусалам съездил! Мне бы… а я не могу… Прав не имею… Душа болит…

Ф е д я. А зачем ты святым стал?

Т у д ы ш к и н. Попросили… Честно хотел пожить, без обману…

Ф е д я. Да кто теперь так живет? Дикари одни! Зачем быть святым, Кузя, когда можно хорошо жить!

Т у д ы ш к и н. Это невозможно… Я уж теперь бояться стал…

Ф е д я. Хочешь, помогу я тебе?

Т у д ы ш к и н. Как ты мне поможешь?!

Ф е д я. Это мое дело.

Т у д ы ш к и н. Ты, собственно, кто такой?

Ф е д я. Не боишься чертей?

Т у д ы ш к и н. А чего их бояться, если их нет!

Ф е д я. Есть, Кузя! Я черт! Но даже я не вынес! Даже мое адское терпение лопнуло, глядя, как ты мучаешься! Он тебя обманул! Баламут! Слушай меня! Я тебя научу! Вот тут у меня бумажка есть, ты черкни свою роспись, и готово!

Т у д ы ш к и н. Ишь ты! Вам что, делать больше нечего! Бегают, понимаешь, по квартирам!

Ф е д я. Кузя! Кончай базар! Машину хочешь?

Т у д ы ш к и н. Зачем?

Ф е д я. Баб возить станешь!

Т у д ы ш к и н. Каких баб?

Ф е д я. Каких хочешь! У меня их полный набор! (Показывает фотографии.)

Т у д ы ш к и н. Ух ты! Где купил?

Ф е д я. Навербовал, Кузя! Мух ловишь! А счастье течет, и все мимо.

Т у д ы ш к и н. Документы!

Ф е д я. Пожалуйста! (Достает удостоверение.)

Т у д ы ш к и н (читает). Ме-фис-то-фель… Иностранец?

Ф е д я. Свой я.

Т у д ы ш к и н. «Работник ада»… «Специалист по душам»… Ну и что?

Ф е д я. Давай к нам! Работы — во! А главное — Богу нос утрем! Кузя! Цыганки будут, скрипки, рестораны и пальмы! Трахнем по жизни, как по ореху!

Т у д ы ш к и н. А Даша?

Ф е д я. Что Даша? Обеспечим!

Т у д ы ш к и н. Нет! Ты мне кончай разврат!

Ф е д я. Я тебе дело предлагаю!

Т у д ы ш к и н. Ни к кому я не пойду! Сам, своей головой жить буду!

Ф е д я. Дурак ты, Кузя! Нос утрем твоему Туманчикову! Сдохнет от зависти!

Т у д ы ш к и н. Врешь?!

Ф е д я. Вот родную мать не видать!

Т у д ы ш к и н. Какую мать?

Ф е д я. Мою… эту… ведьму!

Т у д ы ш к и н. Нашел чем клясться!

Ф е д я. Тебе она ведьма, а мне мать!

Т у д ы ш к и н. Этот же Туманчиков вот где! Вечно им тыкают! Слушай, а неудобно Бога подводить…

Ф е д я. А он тебя разве не подвел?

Т у д ы ш к и н. Подвел… Обманул он меня! Какую идею подложил, а?! Жить честно… это же надо? А потом что?! Покорись… Давай бумагу! Ручку! Ох, прямо не знаю… Идея уж больно хороша! А? Гори оно синим пламенем! Что толку, что святым был? Эх, была не была! (Подписывает.)

Ф е д я (прячет бумагу). Молодец Кузя! Поздравляю тебя с твоей новой жизнью! Желаю удачи и успеха! А ты у Бога не расписывался?

Т у д ы ш к и н. Нет! Аванс брал, пять рублей на опохмелку!

Ф е д я. Рассеянный старик стал…

Т у д ы ш к и н. Давай рассказывай, что делать. Без инструкции к работе не приступлю!

Ф е д я. Молодец! Значит, так — живи как хочешь!

Т у д ы ш к и н. И все?

Ф е д я. Все!

Т у д ы ш к и н. Гони бумажку!

Ф е д я. Погоди! В этом вся и прелесть, чудак! Вот лотерейный билет. Это машина! Вот спортлото, по сорок тысяч в месяц. На мелкие расходы!

Т у д ы ш к и н. Да кто по лотерее выигрывал, когда?

Ф е д я. Все азартные игры в наших руках, под контролем! Держи!

Т у д ы ш к и н. Ох, если соврешь!

Ф е д я. А вот тебе газета, гляди!

Т у д ы ш к и н. Так… так… Есть! Машина… «Жигули»! Федя, «Жигули»! А спортлото… По сорок тысяч?! Ты мне обещал каждый месяц по сорок тысяч!

Ф е д я. В долларах?

Т у д ы ш к и н. Ты чо? Нам нельзя… Твердую валюту нам нельзя! Это им можно, а нам нет…

Ф е д я. Тебе можно. Ты как они! Я тебе через месяц «мерседес» поставлю… Пойми, Кузьма, ты же представитель нашей фирмы! Да ведь и не дурак же ты, если честно?

Т у д ы ш к и н. Если честно, то не дурак… И если честно, то иду к тебе исключительно по бедности своей! Затоптали гордость мою… А тут хоть Туманчикову нос утру… Думаешь, большая для меня радость черту продаваться?

Ф е д я. Ну а бог-то, что он тебе дал?

Т у д ы ш к и н. Жизнь, дурак.

Ф е д я. Знаешь… Только жизни нету?

Т у д ы ш к и н. Той, какую он хотел, нету. Общественное устройство не то… И все ты!

Ф е д я. Я?!

Т у д ы ш к и н. Такие, как ты… Потрясли мир! Русского мужика на карачки поставили! Комиссары, черт бы их подрал!

Ф е д я. Подрал, подрал, за это не беспокойся!

Т у д ы ш к и н. Интересно! И вот ты есть, и я с тобой беседую… С Богом разошелся! А как без него?! Тошно!!! Ведь запью?!

Ф е д я. Запьешь, а как же! И свой лик, так схожий с ликом божьим, исковеркаешь! И это плата!

Т у д ы ш к и н. А жизни нету… Покорись, он сказал! Не могу! Голословить, поднимать руки и ходить на парады не хочу! Подписываюсь к тебе из ненависти… Все!

Ф е д я. Если надо будет, кликнешь! Давай руку… (Пожимает руку Тудышкину.) Я ушел, меня нету! (Уходит.)

Т у д ы ш к и н. Так… А кто я теперь! Черт, что ли? Или грешник?

Входит  Т у м а н ч и к о в.

Т у м а н ч и к о в. Добрый день!

Т у д ы ш к и н. Привет!

Т у м а н ч и к о в. Как здоровье?

Т у д ы ш к и н. Сатанинское! Знаешь, «Жигули» вот выиграл.

Т у м а н ч и к о в. «Жигули»? Ты?!

Т у д ы ш к и н. Я!

Т у м а н ч и к о в. Покажи! (Смотрит.) Правда… Кузьма Кузьмич… Ах ты, мой милый! Ох и господи, что я…

Т у д ы ш к и н. Ты чего трясешься?

Т у м а н ч и к о в. От радости! Какой торжественный час! Люди годами бьются, а ты раз — и готово! Бог знает, кому дает!

Т у д ы ш к и н. Ничего он не знает, а вот брать мастер!

Т у м а н ч и к о в. Ты погоди, я Эльвире скажу! Вот радость-то. (Уходит.)

Т у д ы ш к и н. Как его закрутило! А давно ли