Дочь Генерала. Книга 2 - Марина Кистяева

Они не ссорились. С тех самых пор, как он вернул её домой, забрав от деда Семена, и они объяснились. В их отношениях всё было ровно. Катя растворялась в силе мужа, его одержимой страсти к ней. Ей нравились их отношения, где он доминант, как в постели, так и жизни. Ей не приходилось ни о чем беспокоиться. Она была счастлива.

Но на подсознательном уровне готовилась к тому, что рано или поздно, что-то должно будет произойти. Не может быть всё настолько гладко. Её страх перед этим мужчиной давно растворился, но вот это его сегодняшнее «Воробушек» откинуло её назад, в прошлое, где она должна была подстраиваться под могущественного мужчину, который пожелал её по одной простой причине – выжить. Не оказаться за решеткой, не быть пущенной «по кругу» и не познать все прелести заключения.

Она отвыкла, чтобы Руслан говорил с ней жестко, холодно.

И её пробрало.

– Наверное, да.

Интуиция, которая редко подводила Катю, особенно в отношении Руслана, сейчас завопила, чтобы девушка притормозила. Катя её не послушала. Хватит!

– А почему? Или мы снова возвращаемся во времена, когда я должна молчать и лишь раздвигать ноги?

– Катя, думай, что говоришь, – Генерал напрягся.

– Я и думаю! Постоянно! Все эти дни, что мы живем на пороховой бочке, и ты… Ты так спокойно всё это воспринимаешь, словно у тебя в доме не находятся две девушки! Это вы привыкли меряться, у кого… круче, а мы?.. Мы должны просыпаться в страхе от выстрелов? Меня до сих пор трясет!

– Ты знала, за кого шла замуж, – уже не процедил, приглушенно прорычал Руслан, делая шаг в сторону Кати.

Та пропустила ещё один предупреждающий жест.

– Ты меня за себя замуж отдал без моего согласия! – продолжала она пылить, чувствуя, как в груди разрастается ком негодования и одновременно облегчения, что она высказывает вслух все те терзания, что её одолевали.

– И сейчас ты об этом жалеешь, так надо понимать твои слова? – серые глаза блеснули холодом стали.

– Нет! Конечно же, нет… Но ваша война, Руслан, это неправильно!

– Ты, черт побери, под моей защитой, женщина, и должна помнить об этом всегда! – так же сорвался на крик Коваль.

– Я и помню! Но не хочу просыпаться в пять утра от того, что рядом с нашим домом происходит бомбежка! Не хочу видеть кровь на тебе… Не хочу! Я понимаю, Даша твоя дочь. Та, которую ты потерял, и я буду поддерживать тебя, но… Господи, Рус, я так устала от напряжения! Постоянного. Я проснулась, тебя нет… Грохот, стрельба. Я слетела с кровати, упала на пол, колени ободрала, никак не могла сообразить, что происходит. А ещё… Черт! Я и это признание сделаю! И чтобы ты потом ни предпринял… Я, наверное, завидую Даше, – она зажала рот ладонью, всхлипнула, хотя слез и не было. – Ты так её защищаешь. Оберегаешь. Что я… Господи, Руслан, ты прав, меня несет не в ту сторону. Я тоже присоединяюсь к общему безумию. Меня так штормит эмоционально, что я никак с собой не справлюсь и…

Она замолчала, повторно зажав рот рукой, чувствуя, как её резко покидает энергия. Она выплеснула её из себя и опустошилась. Теперь ей хотелось плакать.

Навзрыд.

Руслан стоял рядом и тяжело дышал. Она уже знала: он пытается не сорваться. Все эти дни он держал эмоции внутри, говорил скупо, больше прижимал к себе. Мог держать всю ночь в объятиях и не спать. Она засыпала, просыпалась, ворочалась, открывала кое-как глаза и сразу наталкивалась на его взгляд. Генерал обычно в такие мгновения шептал: «Спи». И её сердце разрывалось. Возникала щемящая, глухая любовь к этому сильному мужчине, что сейчас переживает поворотный момент в своей жизни.

А у неё истерика.

Катя закусила губы и неловко пожала плечами.

– Ты беременна, Воробушек.

Три слова, и её прорвало.

Снова.

Её Генерал…

Он понял, почувствовал её без лишних слов.

– Угу…

Это всё, на что она оказалась способной.

– А что же молчишь…

Совсем тихо сказал мужчина и шагнул к ней.

А потом опустился на одно колено.

Если Катя думала, что за сегодняшнее утро пережила весь спектр эмоций, выбивающий её из колеи, она глубоко заблуждалась.

– Я… вчера узнала и…

Крепкие, до чертиков любимые руки легли на её талию, притягивая к себе.

А потом губы Руслана прикоснулись к её животу, и Катю накрыло так, как не накрывало ни разу. После встречи с Генералом её штормило и часто. Было такое, что казалось: всё, не выдержит, сорвется, упадет и не поднимется. Потом всё сглаживалось, и рождались куда более приятные эмоции.

Когда впервые возникли разговоры про то, что Руслан не против ребенка, а даже очень «за», Катю пронзило острой щемящей нежностью. Какая женщина не мечтает услышать, что любимый хочет от неё ребеночка? Такое подкупало. Но Катя, прекрасно зная свой организм и его сбои, не рассчитывала быстро забеременеть. Ночами даже рождались страхи: а сможет ли она вообще забеременеть? Возможно, предстоит лечение или… Катя гнала прочь подобные мысли. Поэтому, когда не пришли месячные, она не спешила себя обнадеживать. Неделя… две… И лишь тогда сделала тест.

Она собиралась сказать Руслану сегодня. После ужина. Вчера попросту не смогла. Увидела его раненым, и всё её женское естество, вся её любовь устремилась к нему. Унять боль… приласкать… самой забыться…

И никак не думала, что сообщит о беременности в пылу ссоры.

Катя задрожала, снова всхлипнула и накрыла ладонью затылок мужа.

– Я…

– Жопу бы тебе напороть, Воробушек, – Руслан говорил надсадно, хрипло, с такой интонацией, которую Катя ещё ни разу не слышала, точно мужчина едва сдерживался… от чего?

– Нельзя…

– Нельзя. Но я запомню. И как только родишь…

– Руслан…

– Тихо… тихо… маленькая…

Он гладил её ещё плоский живот, целовал, а Катя смотрела на его темноволосый затылок и из последних сил сдерживала слезы.

Господи, как же она любит этого сильного, властного, непостижимого мужчину…