Мако. Хаос - Элена Макнамара

- Нет, не должен. Мне честно сказать плевать на её обиды. Найди её, и если понадобится, силой тащи  ко мне.

  - Ладно, я понял, - сдается Сергей Владимирович, - сделаю всё, что в моих силах, - а спустя короткую паузу добавляет. - Что там с бандой малолеток?

  - Ищем, - сухо отвечает Макс.

  - И как?

  - Никак. Один из них засветился в клубе, где работала Саша.

  - И? Где он сейчас?

  - Там где и должен быть, - Суворов понижает голос, - покоится с миром. Инфу он нам  не дал, отчаянный попался. Словно тот, на кого он работал, пострашнее смерти будет.

  Максим покидает ванну. Босые ноги онемели  от холодного плиточного пола.

  - Макс. Давай я прилечу, - клянчит Махно. - От меня толку больше будет. Помогу найти этих салаг.

  - НАЙДИ ЛУЧШЕ САШУ, - рявкает Максим, не сдержавшись. - Вот тогда, от тебя будет толк. Ты единственный с кем она, возможно, будет говорить… раз уж вы близки.

  - Бл*дь, да зачем она тебе сдалась, ты хоть можешь объяснить?

  - Вообще-то это не твоё дело...

За спиной Максима ботает дверь спальни, ударяясь об стену. Марго выходит в коридор, складывает руки на груди и одаривает его взглядом, полным вызова.

  - Я перезвоню, - коротко бросает Макс, прежде чем отключится, до его ушей долетает всё недовольство Махнова, в виде отборного мата.

Суворов убирает телефон в карман. Всё его внимание приковано к Марго. К её дерзкому взгляду, к напряженной позе, и, конечно, к её домашней одежде, которая вызывает умиление. Она выглядит так… по-домашнему. Максим давно не испытывал подобных чувств, и хоть эту заброшенную дачу никак нельзя назвать их домом, но Марго и есть его дом, где бы они не находились.

 - Значит, ты хочешь найти Сашу? - Марго решает не ходить вокруг да около. - Зачем?

  Максим улыбается одним уголком губ, наблюдая за своей насупившейся птичкой. «Ревность? Это что-то новенькое».

  - Ну да. Сашу, - спокойно признается Суворов, приближаясь  к Марго почти вплотную. - А что? - вопросительно поднимает бровь. С интересом заглядывает в зелёные глаза.

  Его ладони ложатся на тонкую талию девушки. Максим тянет Марго в свои объятья, но она останавливает его, упираясь холодными ладошками в его обнажённую грудь.

  - Подожди. Зачем тебе эта... Саша? - её имя Марго произносит с брезгливостью. - Или ты опять мне ничего не скажешь!?

  - Я скажу, - Максим убирает её руки со своей груди и закидывает к себе на шею. - А ты знаешь, что подслушивать нехорошо?

  - Ох, да больно надо, - закатывает глаза девушка. - Ты просто слишком громко орал её имя. Сашу, Сашу, найдите мне Сашу, - паясничает, маскируя обиду.

  Улыбка Максима становится шире.

  - Что? - не понимает его реакции Марго. - Что тут смешного?

  - Ревность тебе к лицу, маленькая птичка.

  Маргарита вспыхивает от негодования.

  - Ревность? Я не... нет, я не ревную, -  начинает оправдываться, - я просто...

  Максим не даёт ей закончить. Близость её тела воздействует на него магнетически. Он подхватывает свою птичку под попу, поднимает на себя и она тут же обвивает его бедра ногами. Их губы устремляются навстречу друг к другу, сливаясь в сладостном поцелуе, который длится бесконечно. Когда они вместе, время как будто замедляет свой ход, или совсем не существует. Это в одиночестве для Марго, час словно вечность, а день - целая жизнь. 

Марго первая отстраняется, тяжело вздыхает и упирается лбом в его лоб.

  - Ты прав, - тихо признается она. Её глаза неотрывно смотрят в его глаза,  - я ревную.

  Максиму больше не нужны слова. Он снова завладевает её губами. Несёт её в спальню, и у Марго в один миг тают все мысли, переживания, требования, которые она хотела выставлять.

Кажется, она хотела попросить у него телефон, чтобы позвонить маме и Наде. Ещё она хотела потребовать небольшую прогулку до аптеки, потому что есть всякие женские штучки,  которые она ни за что не  попросит купить Максима, или например Генадича. И конечно она хочет объяснений…

«К черту, - пищит внутренний голос, - это всё подождёт».

 Мысли покидают её голову, и Марго сама не замечает, как они оказываются в кровати.

И всё повторяется вновь. Её стоны смешиваются с его стонами, хриплыми, гортанными. Её неистовость, ничуть не уступает его неистовости. Страсть превращается в агонию. Они выпивают друг друга без остатка, и словно не могут напиться.

Маленькая храбрая птичка во властных  руках преступника больше не трепыхается. Теперь она полностью в его власти, так же как и он в её...