Дерзкий - Мария Зайцева

Что подумает? Что я, как и говорили его друзья в самый первый день нашего знакомства? Заднеприводный?

Или что?

Надо просто отвернуться. А вдруг решит, что боюсь?

А не слишком ли много я думаю???

— Эй, полурослик! — Шатер зовет меня настолько неожиданно, что даже подпрыгиваю на месте, таращусь на него с трибуны.

А он движется в мою сторону, все ближе и ближе, под восторженно-негодующее кудахтанье верхнего курятника…

А у меня, в этот момент, пока смотрю, как он идет, как мускулы гладкие перекатываются под кожей, как двигается медленно, неторопливо, словно хищник вальяжный… Так вот в голове прям песня Eye of the Tiger, с этими их проигрышами в самом начале:

Пум! Пум-пум-пум!!!

Я английский с пятого на десятое, но там было что-то про глаза тигра… Прям про него. Глаза острые, желтоватые, хищные.

О чем я думаю? Идиотизм… Все же эстроген… Не повезло.

— На воротах стоял когда-нибудь?

Вопрос реально неожиданный.

И с чего это мне? Ну вот по комплекции — где я и где ворота?

И с какой стати я киваю???

— Круто, пошли! — он кивает мне в сторону ворот, — а то у нас там гребанная дыра.

Прикусываю губу, прикидывая, как отказаться, и понимаю, что, блин, никак.

Уже подтверждено, что умею в футбол, никто мою голову не гнул специально, чтоб кивнула. А, значит, отказать сейчас — зассать официально.

Мне нельзя, учитывая репутацию. Нельзя, черт…

Вздыхаю, застегиваю на молнию под горло олимпийку, снимаю очки и сую их в рюкзак.

Сам рюкзак ставлю поближе к притихшим курочкам.

— Посторожите, лапули? — и подмигиваю самой симпатичной из них. Она моргает, а потом… Краснеет! Да ешки-матрешки! Смешно же. Кривлюсь в усмешке, пытаясь копировать оскал Зуба, когда тот очередную бабу с качалке разглядывает. Наверняка безуспешно…

Хотя, судя по глупому хихиканью и неожиданно заинтересованным взглядам, может, и нет…

— Пошли уже, потом все, а то парни остынут, — нетерпеливо прерывает Шатер мои неуклюжие попытки в пик-ап.

Делать нечего.

Иду.

И уже даже не гадаю, каким образом опять умудряюсь выделиться.

Тут все ясно.

Карма, мать ее.

Инструкция, как качественно пропалиться

В футбол я умею. Детство без интернета, мать его. А почему без интернета? А все просто.

У предков всегда были бабки на водку, но никогда — на шмот и еду для своих детей. Ну а про телефоны вообще можно помолчать. Скорбно, как над могилой, ага.

Дома находиться было невозможно большую часть времени, да и ночью тоже лучше лишний раз не заглядывать и не задумываться о происходящем.

А потому мы с братом мотались по улице целыми днями в компании таких же веселых отморозков. Сначала совсем мелкими, потом подросли, стали тренироваться в бесплатной спортивной секции, узнали, что такое карате.

Но и про двор не забывали. Вернее, он про нас не забывал.

В футбол гоняли страстно. Летом могли по целым дням, без перерыва на пожрать и отдохнуть.

Я с футболом всегда на «ты», сколько себя помню.

Понятное дело, что секция времени много отнимала, но все свободное летом — туда. Не домой же, в самом деле.

А дворовый футбол — это, чтоб вы понимали, не тот, что на поле. У нас на окраине площадок не имелось спортивных. Пустырь, двор, с естественными препятствиями в виде пней, палисадников, качелей, мусорок и тому подобного. А потому таких уникальных дриблингов, всяких обводок и пасов, какие могли наши, не знали ни в одной спортшколе.

Ну и, естественно, если ты на воротах, то пропуск мяча расценивался реально, как предательство. Вратаря могли побить. И пол вратаря в этих ситуациях вообще значения не имел. Девчонки у нас играли не хуже парней, кстати. А некоторые — и получше.

Потому на ворота я становлюсь спокойно.

— Слышь, а как ты без окуляров своих? — спрашивает меня Шатер, пока топаем к воротам.

— На слух, — бурчу себе под нос, оценивая диспозицию.

Нормально, в принципе. Учитывая, что в моей команде Шатер и компания, удивительно, зачем им вообще вратарь. Они же никого не подпускают на свою половину поля.

— У них Ершов, — Шатер показывает подбородком на невысокого, но очень юркого парнишку-третьекурсника, — он в сборной страны. Два гола уже нам влепил.

А, ну понятно…

Как это я так? Вот что значит, обращать внимание на бабские ахи и охи и не следить за игрой.

Киваю, встаю.

— Шатер, ты еще мельче не мог вратаря найти? — тут же начинают ржать ребята из другой команды, — его же мячом снесет!

Что характерно, компания самого Шатра молчит, поглядывает на него, конечно, вопросительно, но возражений нет. Костян скалит зубы весело, подмигивает сидящим на трибунах девчонкам, среди которых я замечаю и светлую голову Лолы. Мы с утра не виделись, как-то разминулись, и теперь она восторженно пищит и машет мне. Я тоже усмехаюсь и подмигиваю. Образ, мать его. Соблюдение статуса.

Затем начинается игра, и как-то резко становится не до перемигиваний и поддержания необходимого образа.

Ершов словно сперматозоид: быстрый, юркий и хрен остановишь. Остальные ребята из его команды сосредоточены только на том, чтоб дать ему возможность оказаться вблизи ворот, кидаются под ноги, нарушают правила, из-за чего на поле стоит дикий матерный ор, и пару раз уже даже драки начинались.

Я в своем углу нифига не скучаю, потому что Ершов, мать его, прорывается ко мне регулярно. Вот только не удается ему забить. Потому что что?

Правильно!

Основы футбола по-дворовому. У меня выносливость и прыгучесть всегда были на высоком уровне, тренер хвалил… Выделял.

Пригодилось мне это все по жизни. В самых трудных ситуациях.

И сейчас пригождается.

Потому что летаю я по воротам, как зайка-попрыгайка (опять же, определение тренера, земля ему пухом). И мяч ловлю из таких положений, какие вообще кажутся безнадежными.

На трибунах оживление, народу все больше, даже те, кто играли параллельно на соседнем небольшом поле в баскетбол, угомонились и сели смотреть на битву титанов.

Я чувствую себя настолько в своей тарелке, что на время даже забываю, кто я и где я.

Ору, прыгаю, ругаюсь громко и матерно, отвечаю на обжималки и рукопожатия ребят из своей команды после каждого словленного мяча.

Солнце поднимается все выше, становится просто адски жарко, майка под олимпийкой и толстовкой насквозь мокрая, волосы мои мокрые, рожа красная, глаза бешеные.