Разврат в Кумамото - Виктор Лазарев

грудью, принявшись сосать и облизывать ее соски и водить языком по ореолам, его рука уже направилась ей между ног, пальцы коснулись влагалища, медленно погружаясь внутрь, после чего он принялся двигать ими внутри, так что соки внутри начали выливаться и стекать вниз, превращаясь в крупные темные пятна на ткани дивана. Другой рукой, он трогал ее огромные груди, принявшись гладить и мять их, наслаждаясь теплом и мягкостью.

Не прошло и пары минут, как все внутри него сжалось, и он почувствовал, как из уретры начало выходить нечто густое и горячее:

— Кья!? — мгновение спустя отреагировала Лина, которой сперма попала прямо на лицо, и густые капли повисли на волосах и стекали к подбородку. Саори, которая была рядом выглядела не намного лучше.

Обе переглянулись и глупо усмехнулись, а несколько мгновений спустя, уже принялись целоваться и слизывать густые капли с губ и лиц друг-дружки, и вскоре увлеклись так, что позабыли о изначальной цели принявшись страстно целоваться. Давненько у них не было шанса побыть вот так друг с дружкой.

Когда Саори принялась грубо ласкать грудь сестры, полностью увлеченная процессом, Юлия покритиковала их:

— Не хотите, сперва прибрать за собой? — она мотнула головой в сторону члена Казумы, который был увлечен ласканьем ее груди, пытаясь отойти от оргазма.

Вспомнив, зачем они собственно здесь собрались, Саори на этот раз первой перехватила инициативу и принялась тщательно вылизывать пенис парня, убирая остатки семени, не прошло и пары минут, как он уже был относительно чист и блестел от слюны. Разумеется, Лина не сдержавшись, снова полезла к ней целоваться, и они продолжали обмениваться семенем, пока целовались. Выглядело это странно, но раз уж им нравиться, то почему бы и нет?

— Вот почему, важно уметь откладывать удовольствие на потом — с улыбкой произнесла Юлия помогая парню повернуться и лечь на спину, а сама оседлала его, медленно погружая его член в лоно, пока тот полностью не скрылся внутри — а теперь, давай на самом деле все начнем? — весело ухмыльнулась она и началось то, что Казума в будущем окрестит как «действительно очень долгая ночь!» Ему пришлось не один раз удовлетворить каждую из женщин, чтобы они, наконец, заглушили свой голод. Если весь этот день он и не задумывался об отдыхе, то к утру понял, что для выживания ему экстренно-необходимо сменить обстановку, потому что еще пару таких ночей он просто не переживет…

Глава 10 Кума прибыл в Кумамото

3.1

Среди руин, которые были вокруг этого места, этот парень сильно выделялся, его телосложение было довольно крепким для простого жителя столицы, и больше соответствовало бойцу, пережившему множество сражений, или точнее так казалось на первый взгляд, потому что… — Чего вы нагрузили в эти чемоданы? — простонал он, после остановившись и утерев пот со лба — они весят тонну.

— Я могу помочь… — предложила молодая женщина, идущая рядом с ним, она тоже выделялась на общем фоне, своей красотой и спортивным телосложением, но ее желание помочь, этот светлый порыв души был прерван другой женщиной, старше нее, которая была похожа ан ее мать, а может и старшую сестру, ибо она выглядела невероятно красиво и могла похвастать большими размерами груди и бедер. Она цепко схватила первую за руку, не дав той забрать чемоданы.

— Не стоит, это наказание за то, что развлекались без меня… — Но я ведь… с тобой… в поезде… стоп, Мари, ты завидуешь что ли? — парень снова вытер пот с волос, потом еще несколько секунд пытался пригладить торчащие пряди волос, и не сразу смог с ними совладать.

— Конечно, я завидую! Но важны не причины, а мои чувства. Я чувствую, что ты должен быть наказан, так что будешь нести чемоданы сам. И да, было дело в поезде, но… а до этого? Ты так долго игнорировал мои чувства! Запомни на будущее.

— Но я мог… — Нет! — резко оборвала женщина свою спутницу — для тебя это будет легкая разминка, а для него наказание, так что пусть старается. Мы пойдем вперед, а ты догоняй.

Кума не знал, какая вожжа ей под хвост попала, и не факт, что она обилась именно на него, просто… да хрен его знает. Просто они поцапались из-за ерунды на вокзале, и теперь она дуется, еще и Эрири подлила масла в огонь, когда начала обнимать его перед Мари, с которой они не так давно совокуплялись. В общем, гарем штука странная.

Обе женщины пошли вперед, более молодая немного упиралась, но это ничего не изменило, через минуту они скрылись за углом какой-то рамённой, из окон которой горел приглушенный свет.

Когда они скрылись, мужчина, наконец, смог высказать чувства, которые были на его душе:

— Опять она строит из себя цундере… хотя она ведет себя глупо, ее ревность даже умиляет. Рад, что я ей все еще небезразличен, раз она так проявила свой характер… — он высказал те чувства, которые никогда в жизни бы не решился высказать ей в лицо, и хотя его ноша, и речь не только о чемоданах была велика, он с гордостью побрел вперед, неся багаж.

— Хотя могли бы, и помочь! — и новая фраза, сказанная полу-шепотом все же разрушила его образ храбреца, принимающего свое наказание с честью. Это больше походило на слова работника, уставшего от самодура-начальника, чем на слова, сказанные любимой. Так что хорошо, что его жены уже ушли и можно побыть откровенным, хотя бы с самим собой.

От мысли, что ему предстоит провести еще не один день в компании с этой взбалмошной парочкой, по спине прошел неприятный холодок. Его конечно же заманили в это место обещанием спокойствия и отдыха, так давно необходимого ему, но что-то подсказывало, что две жадные до плотских утех самки не дадут ему покоя, и придется работать до седьмого пота, так и не отдохнув толком. И зачем было переезжать в эти декорации пост-апокалипсиса, если выжимать из него все соки они могли ив родном Токио?

Впрочем, это место выглядело жутким и опустошенным, но может быть, ему еще удастся немного отдохнуть? С такими полу-позитивными мыслями, он медленно побрел вперед, благо заранее знал конечную точку маршрута и видел карту достаточно много раз, чтобы запомнить дорогу, даже с его топографическим кретинизмом. В общем, на душе было неспокойно, но он надеялся на лучшую долю, впрочем, как и всегда.

Не прошло и получаса, как он прибыл на синкансене из Токио в Кумамото, но уже погрузился в привычную апатию. Его тянула к земле