Объятые пламенем - Anne Dar

Я проснулась в неизвестном мне месте. По крайней мере, первые пять секунд я не узнавала потолка спальни Риордана. Перед глазами всё плыло, мышцы под рёбрами сжимались, меня подташнивало и только голова радовала – она практически не болела.

Приподнявшись на локте, я увидела Дариана, сидящего в кресле за журнальным столом спиной ко мне, в явном ожидании моего пробуждения. Прошло ещё несколько секунд, когда меня начало серьёзно напрягать то, что я никак не могла вспомнить, как именно здесь оказалась, но я решила не заострять на этом внимания в связи с поднимающейся по горлу тошнотой.

Встав с – нерасправленной! – постели, я, шатающимся шагом, направилась в сторону ванной.

– Проснулась. – констатировал Дариан, не вставая повернувшись ко мне в своём кресле, но я жестом попросила его подождать с разговорами, после чего мой шаг значительно ускорился. В итоге в ванную я буквально вбежала и, вовремя намотав волосы на руку, упала на колени перед унитазом.

Мне крупно повезло, что желудок у меня был практически пуст, благодаря чему меня в итоге выворачивало не дольше пары минут. Осознав же, что самое страшное позади, я поднялась с колен и, нажав на кнопку смыва унитаза, подошла к раковине. Забыв о косметике, я вымыла лицо, после чего поправила слегка потёкшую тушь и вновь включила холодную воду, чтобы дотронуться холодными пальцами до мочек своих горящих ушей.

– Держи, – войдя в ванную, протянул мне прозрачную пластмассовую упаковку Дариан. – Мятные конфеты.

– Откуда у тебя мятные конфеты? – неожиданно слегка осипшим голосом поинтересовалась я, протянув ладонь, в которую Дариан учтиво выдавил один белоснежный леденец.

– С такой девушкой как ты, при себе всегда нужно иметь презервативы, электрошокер и мятные конфеты, – ухмыльнувшись, сыронизировал он. Встав справа от меня и положив свою руку мне между лопаток, Дариан начал аккуратно, но с силой, растирать мне спину. – Ещё тошнит?

– Немного подташнивает, – призналась я, зажмурившись и запрокинув голову. – Но это уже не так страшно… – я замолчала и, спустя несколько секунд, искоса посмотрела на собеседника. – Как я здесь очутилась?

– Не помнишь?

– А есть что помнить? – напряглась я, и Дариан сразу же заглянул мне в глаза.

– Помнишь, как кричала мне о том, что презираешь меня?

– Презираю? – удивлённо вздёрнула брови я. – А… Да… Точно… Я не то хотела сказать…

– Что у пьяного на языке, то у трезвого в голове, – дотронулся горячим указательным пальцем к моему прохладному лбу Дариан. – Значит, всё-таки ты помнишь, что вчера произошло.

– До тех пор, пока ты не притащил меня в спальню, – тяжело выдохнула я, после чего направилась к выходу из ванной.

– Отлично. Значит ты помнишь самое главное.

– Между нами что-то было?.. – уже аккуратно погружаясь в глубокое вольтеровское кресло, с опаской и неприкрытым подозрением поинтересовалась я.

– Ты в одежде, Таша. Думаешь мы переспали и потом я тебя самостоятельно одел?

– Зная тебя – ты мог, – глухо отозвалась я, едва уловимо поморщившись и аккуратно дотронувшись кончиками пальцев своего лба с неприятным сознанием того, что у меня начинает серьёзно болеть голова.

– Только не говори, что считаешь меня извращенцем.

– Ты вырубил меня, бросив на кровать. Ты определённо извращенец, – задумчиво констатировала я.

– Замечательно, значит теперь ты принадлежишь извращенцу, – многозначительно повёл бровями Дариан. – Как бы сильно ты вчера не напилась, сделка состоялась. Я купил тебя.

– Купил?.. – я замерла, врезавшись взглядом в сидящего напротив меня Риордана. – Ты внёс деньги на счёт?

– Ты продешевила, поэтому я решил слегка подкорректировать нашу договорённость. Я решил, что триста тысяч – это маловато для того, чтобы владеть твоей свободой. Итак, операция для Мии Грэхэм оплачена целиком и состоится в срочном порядке уже десятого января. Проживание родственника, сопровождающего девочку в Берлин, также полностью и заранее компенсировано. Он или она остановится в четырехзвёздочном отеле одного из моих немецких знакомых ровно настолько, насколько это понадобится. Трёхразовое питание включено. От отеля до больницы, в которой будет проходить реабилитация пациентки, десять минут езды на общественном транспорте…

– Подожди, – нахмурив брови, я отстранила руку от головы. – Я ведь не говорила тебе о Мии.

– По-твоему, я выбросил бы полмиллиона на неизвестный мне счёт не убедившись в том, что он не принадлежит твоему любовнику? – бросив шипучку в стакан с водой и протянув его мне, вполне серьёзно произнёс Риордан.

– Любовнику? – поморщилась я. – За кого ты меня принимаешь?

– А ты как считаешь?

Я уже хотела нагрубить собеседнику, когда вспомнила о том, что наши отношения вышли на новый уровень – продажный.

– Жаль, что я не слишком сильно вчера напилась, чтобы всё это забыть, – поднеся стакан с шипучкой к губам, выдавила я. – Ну или жаль, что ты недостаточно сильно бросил меня через плечо.

– Ты от меня теперь не отделаешься даже амнезией, ты это понимаешь? – с расстановкой и явным нажимом поинтересовался Дариан.

Я промолчала, потому как прекрасно понимала, о чём именно он говорил.

Допив шипучку до дна, я звонко поставила стакан на стеклянный журнальный стол, после чего уверенно произнесла:

– У меня голова начинает раскалываться. Сегодня Ирма обойдётся без меня?

– Сегодня суббота и Ирма всё ещё в Лондоне, – Дариан красноречиво посмотрел на меня, словно на законченную пьянчужку.

– Отлично, – поднявшись с кресла, только и смогла выдавить я.

Достав свой мобильный из заднего кармана джинс, я набрала номер такси и поднесла телефон к уху, когда автоответчик сообщил мне о том, что я пятая в очереди ожидания ответа. Я только обрадовалась тому, что цифра пять – это не так уж и далеко от ноля, как вдруг Дариан, встав со своего кресла, произнёс невозмутимым тоном:

– Я подвезу тебя.

– Я доеду на такси…

– Таша, положи трубку, – неожиданно твёрдо потребовал он, после чего ещё более неожиданно забрал из моих рук телефон и уверенно нажал на кнопку отбоя. – Я сказал, что тебя подвезу я. У тебя есть претензии? – Дариан красноречиво смотрел мне в глаза, явно давая мне понять, что вожжи правления этой колесницей теперь всецело принадлежат ему одному.