Скандальный Альянс - Лина Мур

– Простите меня, мадам Горади, но я ухожу. Я больше не могу работать в таком ритме и травмировать психику своего ребёнка. Мне очень жаль, что приходится расставаться с вами и с этим местом, но для меня сын важнее. Я отработаю эту неделю, но только в свою смену. Мы обговаривали работу с девяти до пяти часов. В это время я буду здесь, – произношу всё сбившимся голосом речь, чувствую себя маленькой девочкой, которая пришла на ковёр к директору. Смотрю в пол. Мне стыдно из-за того, что я бросаю эту женщину, предоставившую мне работу. Но я впервые выспалась до семи утра, а не до пяти, как обычно. Я впервые за долгое время после своей смены, успела поесть и покормить Нандо, поиграть с ним и даже почитать ему книгу. Я сообщила о своём решении Дерику, и он был явно доволен им. Конечно, доволен, он уже расписал все свободные вечера, чтобы провести их вместе. И я поняла, что слишком много упустила с этой работой, ради которой упёрлась затылком в потолок без какого-либо прогресса.

– Раз это твоё решение, то хорошо. Как знаешь. – Обиженный тон мадам Горади не вселяет уверенности и уж точно не прибавляет оптимизма.

С неприятными ощущениями возвращаюсь в зал и принимаю заказы. Я помню, что сегодня праздник у Германа, на который все приглашены к Ромье. На самом деле, он пригласил гостей туда, потому что я буду с Нандо, а клуб не самое приличное место для младенца. Конечно, позже они поедут туда и будут веселиться всю ночь… а меня это не обижает. Я спокойно отношусь к тому, что у других людей другие планы. И тот факт, что из-за меня Герман устраивает практически два разных праздника, довольно приятен, но в то же время чувствую себя некомфортно. Встретиться со всеми после такого длительного периода нулевого общения, довольно сложно. Тем более там точно будет Сабина, а я пока не знаю, как с ней общаться. Но сейчас меня больше заботит отношение ко мне мадам Горади. Она явно не намерена принимать мою позицию и обеспокоенность сложности работы в одиночку. И это обидно. Я столько отдала этому кафе, пахала до ночи, только бы выслужиться перед ней, а в итоге в обед получила расчёт и презрение во взгляде. За что?

Меня буквально эмоционально выгоняют из кафе. Хотя оно забито под завязку, мадам Горади даже слышать не хочет ни один мой довод в свою пользу. Она указывает на выход.

Едва сдерживаю слёзы обиды. Не понимаю, почему она стала сейчас настолько категорична. Раньше у нас были довольно хорошие отношения, но в последнее время она словно хотела всю жизнь из меня выпить, и это пренебрежение…

– Не думай о ней, Джина. Не всегда люди способны услышать других. Мы такие же. Поэтому не вини себя за то, что она так безобразно себя повела. Маразм уже на пороге, – пытаясь поддержать меня, говорит в трубку Дерик.

– Знаю, но чувствую себя предательницей какой-то. Я же готова была работать, но лишь в свою смену, а не перерабатывать. Она даже не платила мне в последнее время за лишние часы.

– Я могу с ней поговорить…

– Нет, не вмешивайся. Всё. Она меня выгнала и даже не позволила работать дальше, значит, так и порешим. Теперь я безработная и снова буду искать себе место, – говорю и натягиваю улыбку, предназначенную сыну, лежащему рядом со мной на кровати.

– Тебе не нужно что-то искать. Давай, для начала просто поживём так, идёт? Занимайся ребёнком и ни о чём не волнуйся. Всё остальное я возьму на себя.

Вот это мне и не нравится.

– Дерик…

– Обсудим всё позднее. Мне нужно идти, у меня встреча. Я приеду завтра. Привет Нандо.

Он сбрасывает звонок, и я тяжело вздыхаю.

И всё же я остаюсь при своём мнении. Мне всего лишь нужно место работы, соответствующее моему графику и материнству. Валяться весь день в кровати и играть с Нандо для меня абсолютно не приемлемо. Не хочу стать одной из тех женщин, которые полностью подчиняются своему партнёру и ждут, когда им подкинут денег на личные нужды. Финансовая независимость для меня крайне важна, но вряд ли я прямо сейчас готова снова ходить на собеседования. Возьму недельный перерыв, налажу питание, научусь делать массаж сыну и тогда буду думать дальше, а пока мне предстоит подготовиться к празднику, на который я не хочу идти. Мне хорошо в этом доме. Мне не нужны сейчас люди и разговоры. Слишком часто я поддерживала ненужные беседы, что теперь это вызывает лишь раздражение, но я должна.

Подарок Герману я так и не купила, поэтому лучшим вариантом будет подарить деньги. В моей голове нет идей не то что о подарках, но и о своём будущем, так что и так сойдёт.

Переодевшись сама, собрав Нандо и взяв с собой Марину, выезжаю в город.

У Ромье, как обычно, всё забито. Мы поднимаемся на второй этаж, и я замечаю там всех, кого так давно не видела. Правда, всех. Моё настроение опускается ещё ниже.

– Ты пришла. Надо же, – усмехаясь и задевая меня, Герман подходит к нам.

– Можешь оставить свои комментарии до более подходящего времени, идёт? Паршивый день, – хмыкая, целую его в щёку и вручаю открытку.

– Ты мой день рождения назвала паршивым днём? Ну, спасибо, Реджина…

– Прости, меня выгнали с работы из-за моих условий по найму. В общем, не бери в голову. Я буду улыбаться. Через пять минут. – Потираю лоб одной рукой, удерживая другой сына.

– Мадам Горади тебя выгнала? Такого быть не может. Она же милая старушка, – изумляется он.

– Вот тебе и милая. Я часто ей говорила про то, что мне сложно справляться со всей работой, которая даже не входит в перечень моих обязанностей, но она меня словно не слышала. После вчерашнего инцидента я пересмотрела своё отношение к жизни и сказала, что буду работать только в ранее обговорённые часы. Это ей не понравилось, и… В общем, не бери в голову. Это твой праздник. Зачем тебе мои проблемы? Тем более они, в принципе, бессмысленны.