Королевство моих преступлений - Лина Мур

– Саммер приезжает в понедельник вечером, – сообщает мне Сиен, пока я собираю волосы в причёску перед зеркалом. Мои руки замирают, и наши с ней взгляды встречаются в отражении.

– Она тебе написала? – Напряжённо спрашиваю её.

– Да, сегодня утром. Весёлое сообщение о том, как сильно она соскучилась и как переживает, что ты злишься на неё из-за Рафаэля и её желания быть с ним.

– И что ты ей ответила?

– Что тебя это не волнует, – пожимает плечами подруга, одетая в серебристое платье в пол, переливающееся маленькими кристаллами и жемчугом.

– Значит, враги нас окружают со всех сторон. От Белча есть новости? – Возвращаясь к укладке, интересуюсь я.

– Нет, Рафаэль ушёл вчера и до сих пор не вернулся. Вероятно, на весь уик-энд куда-то сбежал. Надеюсь, что он не натворит глупостей и…

– Он уже их совершил миллион, так что вряд ли чего-то боится. Козёл. Заблокировал меня. Говорил, что любит, а сам… – горько смеюсь я, закалывая волосы шпильками.

– Мира, он любит, просто вот такая чёртова ситуация. Ему сложно, и он…

– Мог прийти ко мне. Разве я бы не помогла? Разве Белч ему бы не помог? Но он не думает ни о ком, кроме себя. Ему нравится быть жертвой и страдать. Рафаэль тащится от этой боли, и мне теперь плевать на него. Раз я ему не нужна, то и он мне тоже, – зло поднимаюсь с пуфика и сбрасываю с себя халат.

– Мира, так нельзя! Ты же не можешь бросить его в таком состоянии…

– Не могу? – Цежу я, поворачиваясь к ней. – А разве не он бросил меня, Сиен, когда я даже двигаться не могла и давилась своей рвотой, когда у меня было кровотечение, и я нуждалась в нём? Он именно так и поступил. Я его потеряла, или он меня, не суть. Между нами ничего больше нет. Я дура, раз хотела признаться Рафаэлю в том, что ради него готова бросить всё и отречься от отца. Я ему не нужна. Это точка. Нет, восклицательный знак и конец предложения. Теперь мне остаётся лишь выживать здесь, пока не закончится учебный год, и я не свалю из этого места вместе с тобой. Мне нужны мои деньги, которые забрал отец, и я получу их, чего бы мне это ни стоило. А Рафаэля больше нет на моём горизонте, он непонятно где и неизвестно с кем развлекается. Я уверена, что никакой любви в его сердце не было. Он просто хотел меня поиметь, и его желаниями отлично сыграли. Пострадала только я, но никак не Рафаэль. Его пристрастие к алкоголю и наркотикам – это лишь его вина, но никак не моя. На этом всё.

– Не знаю, что сказать тебе, – тяжело вздыхает подруга. Фыркаю и достаю из чехла золотистое платье в пол.

– А здесь не о чем говорить, Сиен. Это конец. Пора уже признать, что Рафаэль законченный эгоист, думающий только о себе. Он так боялся жестокости, что сам стал самым жестоким ублюдком в этом мире. Я вытерпела от него достаточно, чтобы иметь право хотя бы на нормальное объяснение с его стороны, но даже этого не получила. Трус. Я делаю только один вывод – сейчас на первом месте для него выгода. Ему не нужен ни Белч, ни я, ни образование, ничего, только деньги моего отца и положение, которое он ему, скорее всего, обещал. Вот она правда. Горькая. Но какая есть. Помоги застегнуть замок, – поворачиваюсь спиной к подруге, и она поднимается с кровати.

– Конечно, его поведение гадкое и ненормальное, но, может быть, у него на это есть причины, Мира? Может быть, он боится причинить тебе ещё больше боли, чем уже сделал? Может быть, он считает, что он причина твоих проблем, а ты его слабое место, которым могут манипулировать? – Сиен застёгивает замок платья на спине, а я скептически выгибаю бровь и, цокая, поворачиваюсь к ней.

– Я просто хочу верить в лучшие качества Рафаэля, вот и всё. Не хочу в нём разочаровываться, – тихо добавляет она в оправдание.

– Вера – роскошь в нашем мире, Сиен. Лучшего не будет, мы в аду, пора смириться с этим, – бросаю я, обувая туфли на высоких каблуках.

– Но…

– Всё. Хватит. Не желаю больше слушать никаких аргументов в пользу Рафаэля. Сегодня я должна быть внимательной, а вы все осторожными. Карстен планирует какую-то пакость, и мы обязаны не попасться на неё. Все предупреждены и готовы? – Меняя тему, подхватываю меховую накидку и набрасываю её на плечи.

– Да. Я поговорила с девочками после того, как мы вернулись рано утром из зала, закончив его подготавливать. Белч тоже предупреждён, – кивает подруга.

– Отлично. Тогда пошли.

Мы выходим из моей спальни и спускаемся вниз. Все мои сёстры уже готовы и ждут, сверкая различными оттенками вечерних платьев. Девушки улыбаются, но я знаю, насколько они устали из-за сумасшедшей и безумно тяжёлой ночи, занимаясь оформлением зала к балу.

– Итак, прежде чем мы направимся на этот вечер, я хочу, чтобы каждая из вас поняла всю опасность нахождения одной этой ночью. Вы видели Всадников своими глазами, вы наблюдали за тем, как жестоко они могут поступать и убивать. Вы хотите быть мёртвыми? – Получаю отрицательные ответы.

– Хорошо, потому что и я не желаю этого. Поэтому вспомните о том, что вам говорила Сиенна: ни при каких условиях не оставаться одной; не поддаваться магии прогулки под звёздами; не отлучаться даже в туалет поодиночке; возвращаться сюда всем вместе и сообщить об этом или мне, или Сиен. Вы поняли? – Девушки утвердительно кивают, и я бросаю взгляд на подругу, напряжённо ожидающую этого вечера.

– Тогда желаю всем хорошего и безопасного вечера, – указываю кивком головы на дверь и ожидаю, когда все девушки выйдут из дома. Выключаю свет в гостиной, и мы с Сиен последними оказываемся на улице.

– Прекрасно выглядите, – нас с улыбкой на лице встречает Белч, одетый в смокинг и бабочку, и предлагает руку подруге.

– Какие новости? – Интересуюсь я, направляясь за толпой своих сестёр к месту проведения бала.

– Рафаэль так и не вернулся.

– Меня это больше не волнует. Я спрашивала об Оливере и других ребятах, и о том, как они подготовились к сегодняшней ночи? – Зло поджимаю губы, не желая даже развивать тему отсутствия Рафаэля. Обида взяла верх и довольно давно, а разбираться с ней у меня нет времени.

– Большинство ребят будет находиться на балу и охранять девушек. Оливер… здесь всё очень сложно, – Белч понижает голос до шёпота.

– Алкоголь? – Безынтересно предполагаю я.

– Точно. С Калебом ужрались вчера, утром не выходили из своих спален и, думаю, до сих пор отсыпаются. Сегодня я их обоих ещё не видел, – мрачно произносит Белч.