Единственные - Марина Кистяева

- Ваши извинения ни к чему. Вы спросили – я ответила, - Лана посмотрела в сторону сынишки. Выдерживать давящий взгляд Волгарского становилось всё сложнее. Тяжелый человек, перебор какой-то. Ей даже думать не хотелось, чтобы он с ней сделал бы, если бы она на самом деле оказалась аферисткой.

- И что дальше, Руслана? Я выслушал тебя, принял информацию к сведению. Мы её проверим. Сегодня же сделаем тест на ДНК, это даже не обсуждается. А что дальше? Ты же не могла не продумать последствия…

Вот тут Лана как-то разом поникла. Пожала неопределенно плечами и тихо сказала:

- Я не знаю… Можете мне верить или нет, но у меня нет никаких мыслей по поводу дальнейшего… И да, я очень хочу увидеть Лёшика. Надеюсь, вы не окажетесь настолько сво… - она запнулась, быстро исправилась, не заметив, какими черными стали глаза оппонента, - …жестоким, что откажете мне в этой просьбе. Я его даже не представляю… Искала фото в инете, но нет… Ничего.

- И не будет. Я оберегаю жизнь сына, - голосом, в котором слышался металл, сказал Захар, заставив её невольно поморщиться.

Она снова посмотрела на него. Выжидающе.

Её-то просьбу он оставил без ответа.

И не спешил его давать.

Волгарский откинулся на спинку высокого кожаного кресла и провел по волосам.

- Бл…ть… Если даже просто предположить, что это правда, то…

Он не договорил.

Тут слова и не требовались.

- Так вы дадите мне увидеться с Лешей? Или… как?

Сердце Ланы замерло в ожидании ответа. Она снова напомнила о себе, о том, что её интересовало. Волновало. Не могло не волновать.

Волгарский вернул голову в горизонтальное положение, и теперь их взгляды снова встретились. Он царапал её, вызывая неприятные ощущения, от которых никак не удавалось избавиться. Лана и рада была бы сейчас же оборвать их общение, и больше никогда, ни при каких обстоятельствах не встречаться с ним, но понимала – такое невозможно.

Только не в их ситуации.

- Собирайтесь. Поехали.

***

Пока Руслана что-то негромко щебетала мальцу, натягивая на него комбинезон, из которого он активно пытался выпрыгнуть, отвечая маме на непонятным языке, Макар подошёл к Захару и негромко спросил:

- Что думаешь?

- Хрен знает, - честно признался Захар. – Ты сам всё видишь.

- Да. Ситуация – жесть.

- Свяжись с каким-нибудь медцентром, где берут анализы ДНК. Пусть подъедут ко мне.

- Уверен?

- Абсолютно. Чем быстрее сделаем, тем лучше. Потому что, если сейчас думать и гадать, что дальше… Нереально.

- Сделаю, Захар.

Волгарский заметил, как Макар обернулся и задержал взгляд на Лане. Та, как раз встала к ним спиной… да ещё, мать вашу, нагнулась. Нет, он всё понимал, она одевала парнишку, но какого хрена надо было вставать едва ли не «раком», демонстрируя двум взрослым, пусть и не голодным, мужикам обтянутое трикотажным платьем попу? Хорошую такую попу, сексуальную. Не костлявую, а мягкую, округлую.

Захар мысленно выругался. У него какой-то сдвиг в голове. Вместо того, чтобы думать, как разруливать ситуацию, он бежал от неё.

Только-только в его дом пришёл покой. Всё расставилось по местам. И вот – переполох.

- Хорош лапать её взглядом, Макар, - огрызнулся он на безопасника так, чтобы девочка не слышала.

Макар повел плечами. Мол, нечего его оговаривать.

Волгарский с силой сжал зубы. Ещё не хватало, чтобы Макар повелся на эту… лялю.

Одна задача вставала за второй.

Они собрались быстро. Девушка больше с ними не разговаривала, полностью сосредоточившись на сыне. Лишь один раз бросила Макару:

- Сумку-то вернете?

Макар добродушно усмехнулся:

- Верну.

- И на том спасибо.

- Не злись, девочка.

Де-воч-ка! Твою ж мать.

Волгарский натянул пальто. Эмоции плескались внутри, и это было чертовски плохо. Ситуация требовала здравого холодного взгляда, а у него не получалось собраться.

Если эта Руслана права, и их детей поменяли…

У него будет, с кого спросить.

Темное всколыхнулось в душе яростной волной. Руки невольно сжались в кулаки. Когда в последний раз Захар терял контроль над собой? Да так, что всё заволокло красной пеленой? Давно. С тех пор он взял контроль в железные тиски. Только так и не иначе.

Захар подождал, пока Руслана оденет Богдана. Его так и подмывало подойти к ребенку и взять того на руки. Заглянуть в такие же темно-карие, как и у него самого, глаза. Увидеть в них своё отражение. Сердце гулко билось в груди, выдавая волнение. Да, Волгарский, давненько тебя так не трясло по жизни.

То, что происходило в сфере бизнеса, он привык. Обычный рабочий процесс. Что-то получается, кто-то обыгрывает его. Отельный бизнес, тем более на нашем южном побережье, имел свою специфику. Пока Волгарскому удавалось играть по своим правилам, ловко подстраивая чужих под себя.

В личной же жизни тоже всё было структурировано. Есть семья, заключающаяся в его сыне, и есть любовницы, которые четко знали грани дозволенного. Шаг влево и всё, они прощались.

В свою семью Захар никого не пускал. Только Макар был вхож. Остальным – табу.

Руслана не ошиблась, когда сказала, что не смогла отыскать ни одной фотографии Лешика в инете. Их и не будет. На Захара работало несколько «хакеров» и людей из ФСБ, они умело подчищали ненужную ему информацию и оберегали личное пространство Волгарского от посторонних людей.

Кстати, ещё предстояло разобраться, как Руслана попала к нему на сороковой этаж, минуя охрану.

Макар терся рядом с ними, вызывая ещё большее раздражение. Но девочка держала оборону и с ним. Постоянно поворачивалась спиной, загораживая сына и неприкрыто демонстрируя, что на лишнее общение не нацелена. Н-да, прием, что они ей оказали, не прошёл бесследно.

Но на её обиды сейчас Волгарскому было, мягко говоря, наплевать.

Единственное, что его интересовало, ребенок.

Малец одевался с явной неохотой, капризничая.

- Ты спать хочешь, мой хороший, - слышно было, как Руслана мягко уговаривает его, и снова у Захара неприятно защемило в груди.

Да… Материнская забота есть материнская забота. Ни одна приходящая няня, какой бы квалифицированной она ни была, не сможет заменить её.

Но приходится.

Наконец, ребенок был одет, и Руслана накинула на плечи пальто.

- Мы готовы.

Волгарский рукой указал на дверь и удостоился кивка. Подняв ребенка на руки и балансируя на каблуках, Руслана двинулась к выходу.