Сын моего мужа - Ольга Гринвэлл

— Марк? — в голосе за его спиной сквозило раздражение. Откуда она вообще здесь, черт побери? Она же должна быть совершенно в другом месте. На миг мелькнула мысль, что и хрен с ней — пусть удовлетворит его сегодняшней ночью, но Марк тут же отбросил эту идею. Надо проучить глупую сучку, чтоб неповадно было мешаться под ногами. В конце концов, недостатка в желающих его девицах он не испытывал.

Мужчина повернулся к ней — брови сведены на переносице.

— Откуда ты здесь?

— Соскучилась.

— Ты зря это затеяла, дорогая. У меня нет настроения, — подойдя к ней, тихо произнёс.

— Я могу его тебе поднять, — полные губы растянулись в сладострастной улыбке, обнажая идеальные зубы. Ладонь легла на плечо Марка.

— У меня нет настроения на тебя, — усмехнулся. Бросил взгляд в сторону, мгновенно выхватывая из толпы танцующих красоток миленькую блондинку.

— Я специально приехала сюда, чтобы увидеться с тобой.

— Напрасно. Сейчас я занят делами.

Клейлия рассмеялась, тряхнула гривой своих рыжеватых волос.

— Я дождусь, когда ты освободишься, и, уверена, ты не пожалеешь.

Марк криво улыбнулся, смерил ее снисходительным взглядом.

— Можешь не утруждаться. Я не нуждаюсь в твоих услугах, — с этими словами он схватил за руку извивавшуюся неподалёку блондинку и притянул ее к себе. — Ты мне надоела, Клейлия.

Не обращая внимания на начавшую возмущаться девицу в своих объятиях, Марк устремился к выходу. Уже на улице, повернулся к ней:

— Твоё имя, бэйб?

— Мириам.

— Короче, Мириам, если хочешь провести со мной ночь, то я не против...

— Я прекрасно знаю, кто ты, — блондинка одарила Марка колючим взглядом. — Ты владелец этого гребанного клуба.

Он слегка рассмеялся, мыском туфли отбросил камешек.

— Тебе не нравится моё заведение?

— Скорее, его хозяин.

— Ты меня совсем не знаешь. На самом деле я вовсе не плох. Особенно в постели.

Марку показалось на миг, что девица вот-вот плюнет ему в лицо.

— Хам! — она вырвалась из цепких мужских рук. — Думаешь, тебе все дозволено?

— Думаю, что да. Сколько ты хочешь, девочка?

Марка, который ухватился за эту девицу только чтобы избавиться от Клейлии, вдруг охватил азарт. Эта блондиночка была ни чем не примечательной, к тому же канадкой французского происхождения, которых Марк на дух не переносил, но так хотелось поставить дерзкую на место.

— У тебя не хватит денег.

— Спорим, что ты не откажешься от предложения провести три дня в Париже?

Она хмыкнула.

— Да ты смеёшься!

Увидев, как глаза девушки загорелись, Марк покачал головой. Мириам сомневается, но уже согласна на его предложение. Всё-таки всё имеет свою цену. Черт, овчинка выделки не стоит. Марк устало вздохнул — слишком много навалилось дел в последнее время. Может, в другое время он и позволил бы себе вылазку на Монмартр, но не сейчас. Устал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Марк пожал плечами, усмехнулся и, отвернувшись от растерянной девушки, зашагал к машине. Телохранители последовали за ним.

В квартире, которую он снимал, Марк первым  делом прошел к бару и достал бутылку дорогого бренди. Теперь можно и расслабиться. Он редко позволял себе выпивку на рабочем месте, несмотря на то, что многие его коллеги запросто это делали. Предпочитал иметь светлую, не замутнённую ничем голову. Подойдя к окну, открыл его. Внизу светлячками проползали автомобили. Влажный зимний воздух имел осенний привкус — немного горьковатый, насыщенный ароматом пожухлых листьев.

Марк автоматически потянулся за телефоном — привычка по вечерам звонить матери все ещё прочно сидела в нем, но, вспомнив, что она вновь будет говорить с ним наспех, торопливо, горько усмехнулся. С тех пор как к ней приехал новоявленный жених, маму словно подменили. Сама она теперь не звонила, а на звонки сына отвечала так, словно это стало для неё обузой. Марк пожалел, что тогда, два месяца назад, он так и не встретился со своим будущим отчимом. Надо было всё-таки посмотреть на избранника матери, которого та выписала со своей Родины и который так сильно изменил её.

С отцом разговаривать хотелось ещё меньше — слишком сильной была обида за мать, за их семью. К тому же тот усиленно паковал чемоданы, собираясь в длительную командировку в Россию.

Марк допил бренди и отставил стакан. Наверное, зря он не притащил сюда эту языкастую француженку — уж больно тоскливо здесь одному.