Рабыня на продажу - Конни Дженс

— Да-а-а... — протянула я на выдохе, понимая, что окончательно опьянела.

Что-то происходило, и я не могла свести ноги, все сильнее разводя их в стороны, позволяя Атхору брать меня пальцами.

— Ты такая красивая. — Свободой рукой он смахнул прядь с моего лица, вынуждая откинуть голову на спинку дивана, и, приподнявшись, навис сверху и увереннее задвигал пальцами, от чего я тихонько заскулила.

Горячо. Низ живота горел, и мне подсознательно хотелось больше, глубже, дальше.

— А как пахнешь... — выдохнул он мне в лицо, склоняясь еще ниже и практически прижимаясь к моим губам. — Я еще не целовал тебя. И очень недоволен этим фактом, Лима-а-а.

— Так целуй.

Не знаю, зачем сказала. Не понимала, просто говорила, не чувствуя, как немеют губы от такой близости. Странно, но именно поцелуя мне не хватало. Казалось, прикоснись он ко мне, и я взорвусь, не в силах сдержать порыв, что цунами вырывался наружу.

— Не командуй, малышка, — прошептал он, и я прикрыла глаза, мысленно умоляя его наказать меня за вольность. Именно так, жестко, чтобы я поплатилась. — Не хочу тебя отдавать.

Признался и все же накрыл мои губы поцелуем, и пальцы во мне затанцевали волной, разжигая ту искру, что полыхала внутри, прожигая кожу. Я сжала бедра, но Атхор будто бы не замечал, игнорируя мой сдавленный стон в его рот, и протолкнул язык глубже, повторяя движения пальцев. Без члена он брал меня с двух сторон, и от мысли своей порочной фантазии меня накрыло то желанное ощущение, к которому стремилось тело. Я закричала, хватаясь судорожно сжатыми пальцами за его плечи, прижимая к себе, притягивая, словно способна выпить и поглотить его своим удовольствием.

— Атхо-о-ор....

— Тшш... Дай мне насладиться тобой. — И он вновь накрыл мои губы поцелуем — так, словно у меня последний воздух во вселенной. Жадно, горько и иссушающе.— Хочу тебя пробовать. Это дико, — шепча, он опускался ниже, медленно вынимая пальцы из влажного лона, выдавливая из меня последние сладкие судороги. — Такая сладкая.

Шея, плечи, ключицы. Он бродил поцелуями, то прикусывая, то посасывая пойманную кожу, и зубами потянул ткань платья вниз.

— Хочу смотреть на них, Лима. Хочу видеть.

Грудь призывно острыми сосками открылась, словно взяв Атхора на мушку, заставляя обратить на нее внимание, и он, обхватив ее широкими ладонями, сдвинул бугорки вместе.

— Идеальная, — признался, но не мне, скорее себе, и поспешил обласкать губами и ее. Втягивал, прикусывал чувствительные соски и, опустившись на колени, раздвинул мои ноги вклиниваясь между ними, занимая все место.

— Шире, — приказ, хоть и сказан слишком тихо, но я послушно расставила ноги сильнее в стороны. — Так лучше.

Пальцы вновь принялись бродить по голым ногам, и юбку окончательно задрали вверх, открывая все мое сокровенное под темный мужской взгляд.

— Атхор...

— Молчать. Лучше молчи, Лима. Я сам не знаю, что делаю. — Он вновь приставил пальцы к все еще мокрому входу, внимательно смотря сверху вниз, и медленно протолкнул вперед, до упора. Так же медленно убрал, вырывая мой разочарованный стон, и вернул на место, более резко.

Черт! Я уже думаю, что их место там, во мне, и это чертовски приятно.

Второй ладонью погладил мое обнаженное бедро и, скользнув к складочкам, мягко погладил подушечкой большого пальца чувствительный бугорок.

— Сейчас я сделаю то, что не делал никогда. Так что терпи, Лима, — он усмехнулся, но нервозность трещала в воздухе будто электричество, и не теряя драгоценные минуты, Атхор вынул пальцы и склонился вниз, с рыком прижимаясь губами к моему лону.

— Ааах... — Я не удержалась, дернулась, но тяжелые руки увесисто прибавили меня к дивану, и напор мужчины усилился.

Он делал это как-то дико, ненасытно и пугающе урча. Его язык, губы, они слишком уверенно, жестко, то так ощутимо и приятно играли с чувственным местом, что меня буквально подбрасывало в воздух, и я поймала себя на том, что, не сдерживаясь, откровенно кричу, прижимая мужской торс ногами.

Боже, я, похоже, трахаю его рот, и это так чертовски заводит, что я готова продолжать еще и еще.

— Атхор... Атхор! — Ощущая, что на грани, я заметалась, задрожала, с ужасом и восторгом понимая, что сейчас будет сильнее, чем от пальцев. Меня убьет, размажет, и я, возможно, свихнусь от мысли, что это закончится.

Все произошло так резко, что я лишь выдохнула, отпуская свое желание, кипящее в крови и готовое рвануть так сильно, что мир рухнет, понимая, что Атхор оторвался от своих ласк и быстро распрямился, проникая в мокрую щель пульсирующим членом, заполняя меня собой.

Меня затрясло лишь от этого движения, и струна лопнула, выплескивая волны моего оргазма. Атхор двигался рвано, зарывшись пальцами в мои волосы, и притянул к себе, впиваясь в губы жадным поцелуем.

— Кончай! Кончай Лима! — рычал он, вбиваясь в меня так резко, что тела пошло шлепали. — Кончай! — и вновь поцеловал.

Слишком сильно, слишком эмоционально, и я, голодная до ощущения собственной желанности, сдавила его плечи руками и ответила на поцелуй. Жадно, голодно и горячо. Мне хотелось его целовать, хотелось выразить свою благодарность за такие сладкие ласки и свой оргазм.

Движение, второе, третье, и, рыча, мужчина покинул мое лоно, проталкивая его ниже, под попку, между сжатых ягодиц, и продолжил толкаться, выплескивая семя на кожаную обивку дивана.

Он тяжело дышал, уткнувшись влажным лбом в мое плечо, и продолжал сильно сжимать пальцы на моем теле.

— Что с тобой не так, Лима? — тихо спросил он и оставил легкий отпечаток поцелуя на влажной от испарины коже. — Что с тобой не так?

Потом выпрямился, отрываясь от меня, но ненадолго, силой усаживая меня прямо и буквально забрасывая себе на грудь, обняв так, будто я рядом с ним совсем крохотная.

— Я должен привести тебя в порядок, но совсем не хочу, — тихо говорил он, не позволяя мне поднять лицо и что-то ответить. — Так не хочу из тебя выходить. Ты ненормальная... — надрывно, на границе тихого воя, словно одинокий зверь, протянул он.

— Я... Что?

Он поднял меня на ноги и поднялся сам, заставляя поставить одну ступню на край дивана. Схватил со столика пачку влажных салфеток и быстро и молча вытер меня и обивку дивана, стирая следы нашей близости.

Будто ничего и не было.

— Обсудим это позже, Лииима. — Атхор поправил платье на моей груди и, осмотрев внимательным взглядом, кивнул, быстро и коротко прижимаясь поцелуем к моим губам.