Королевство моих преступлений - Лина Мур

Ноги подкашиваются, и я опускаюсь на пол, придвигая их к себе. Закрывая лицо, отдаюсь полностью тому ужасу, который мы пережили сегодня. Я думала, что Рафаэль умер. Я желала ему этого, именно таким способом, и так об этом жалею. Скулю и заглушаю свой плач ладонью, кусая её. Я чувствую себя слабой, такой слабой и бессильной. Что я собой представляю? Ничего. Только деньги помогли мне сегодня, а без них я никто. Меня это печалит больше всего, не считая того, через что прошёл Рафаэль из-за меня. Вряд ли завтра что-то изменится. Любовь не всегда приносит хорошее. Не в моём мире точно. Она убивает. Меня, определённо, извела окончательно. Я так устала от борьбы. Я устала… быть ненужной. Устала быть одна.

Знаю, что я сейчас представляю собой самый жалкий кусок грязи. Она внутри меня, и я не могу от неё избавиться. Я даже думать не в силах о том, как мне двигаться дальше. Я хочу отомстить Карстену. Я хочу его наказать так же, как он делает это с невиновными. Раньше меня это не заботило, но он тронул тех, кого я люблю, и это делает меня безумной в моих мечтах. Только вот есть ли смысл? Я пока его не вижу.

Подхожу к телефону и набираю номер ресепшен. Они моментально отвечают мне и распыляются своим почтением к моей персоне. Хотя бы читать умеют, уже хорошо. Требую у них найти для нас одежду, называя размеры, и записать на счёт моего номера. Они обещают это сделать к девяти утра. Кладу трубку и выхожу из спальни. Моё сердце рвётся к другой комнате. Хотя бы посмотреть… немного. Вновь вхожу в спальню Рафаэля и бесшумно подхожу к креслу. Тихо пододвигаю его к кровати и забираюсь в него, подбирая под себя ноги.

Мне страшно даже думать о том, что они могли сделать с Рафаэлем, раз уж похоронить человека заживо и чуть не убить его для них не представляется сложным. И это только начало конца. Я не знаю, что мне делать дальше. Не знаю. Мне плохо, оттого что я слаба. Ради Рафаэля я готова быть сильной, а вот ради себя… зачем?

Меня медленно клонит в сон, и я отдаюсь ему, но постоянно просыпаюсь, видя кошмары. Снова лес. Снова тот первобытный страх увидеть мёртвое лицо. Снова слёзы и тихие всхлипы. И так по кругу, пока за окном не наступает рассвет. Больше не могу. Я изнурена намного сильнее, чем ночью. Поднимаюсь из кресла и разминаю затёкшие мышцы. Проверяю дыхание Рафаэля. Оно ровное и спокойное. Завидую так. Он спит, а я не могу. Он отдыхает так, словно ничего не случилось, а, может быть, для него и не случилось, раз он даже видеть меня не хочет. Конечно, Рафаэль должен винить меня за то, что с ним сделали. Если бы не я… он был бы дома и никогда бы не появился в моей жизни. К сожалению, изменить обстоятельства нельзя, но и принять их очень больно.

Выхожу из спальни Рафаэля, направляясь в гостиную. Брожу по номеру, в голове нет никаких мыслей, лишь тяжёлое и безысходное чувство вины. Как легко можно играть сердцем и чувствами, когда они кому-то принадлежат. Манипуляция – лучший способ убить изнутри. Излюбленный способ каждого, и это всегда было вне зависимости от того, сколько денег на счету.

К девяти утра, как я и просила, дворецкий приносит пакеты из фирменных магазинов с несколькими наборами одежды на выбор. Беру всё. Мне плевать. Переодеваюсь в джинсы, свитер и ботинки, и спускаюсь вниз, чтобы оплатить одежду. Снова тысячи комплиментов, на которые я не реагирую. Иду в ресторан и заказываю себе лёгкий завтрак и несколько блюд с доставкой в номер через час.

За всё это время я ничего не придумала. Я не знаю, на чём поймать Карстена, чтобы посадить его за решётку. У меня нет зацепок. Оливер вряд ли поддержит меня. Он струсит, как и раньше, прикроет только свою задницу. А другие… те, кто был там той ночью, с которой начался мой кошмар, уже недоступны. Беата могла бы помочь… но вряд ли она это сделает, в данный момент она уже так накачана препаратами, которые, действительно, сделали её больной. Саммер? Видео у неё есть, в этом я уверена, потому что именно она по приказу сестры снимала всё происходящее, чтобы выслужиться перед ней. Она её боялась. Шантаж? Можно попробовать, но тогда он затронет Сиен, а мне бы этого не хотелось. Где искать доказательства того, что сделал Карстен той ночью? Откуда их взять? Саммер – пока единственный источник улик. Я могла бы предложить ей место главы сестринства, за которым она так безуспешно охотилась, но потерять единственную власть, которой я обладаю, не могу. Это рискованно. Я не знаю, что мне делать. Не знаю.

Расплачиваюсь по счёту, поднимаюсь обратно в номер и жду, когда принесут завтрак для Рафаэля. Наверное, стоит его разбудить. И здесь я тоже не знаю, как поступить. Ему нужен отдых, но и еда тоже нужна. Ждать? Боже, я не знаю.

Потираю лоб, смотря на новую одежду и бельё для Рафаэля, как и поднос с едой. Может быть, просто войти и оставить всё там? А он услышит меня? Попробую.

Собираю всё и вешаю пакеты с одеждой на руку, беру поднос с едой в спальню Рафаэля. Нажимаю на ручку и тихо толкаю дверь, стараясь ничего не разлить. Тщательно смотрю на еду, пока направляюсь к столику у окна. Аккуратно расставляю еду и кладу пакет на стул. Стоит ли вытащить одежду и развесить? Или он сам всё достанет и поймёт, что это для него? Чёрт, я так трушу. Мне страшно сделать что-то не так и узнать, что всё это было лишним. Моя забота ему не нужна, как и я сама.

Глубоко вздыхая, выпрямляюсь и решаю, что если Рафаэль захочет, то поговорит со мной. Не захочет, значит, я поставлю точку в отношениях между нами, хотя внутри меня всегда будет жить многоточие.

Поворачиваюсь и бросаю взгляд на кровать, моментально встречаясь с распахнутыми глазами. Замираю. Боюсь шелохнуться. Рафаэль смотрит на меня, всё так же лёжа на животе и обнимая подушку. Он не двигается. Моё сердце сжимается от боли и страха. Что говорить? Стоит ли говорить? Нужно ли это? Просто уйти? Сделать вид, что мои чувства не существуют? Что мне делать?

– Что ты отдала? – Хриплый голос после сна или же от крика… не знаю, достигает моего сознания, но там пусто. Ничего нет.

– Что? – Одними губами переспрашиваю я. Послышалось? Выдумала?

– Что ты отдала за меня? Что он забрал у тебя? – Нет, губы Рафаэля двигаются, и я не помню такого мрачного тембра у него. Он даже немного обвиняющий.

– Я принесла тебе завтрак. Тебе нужно поесть. И одежду… ещё одежду, чтобы ты переоделся. Номер я сняла на две ночи, так что ты можешь остаться здесь до полудня завтрашнего дня. Я его оплатила. Я… ты… в общем, если тебе нужна будет помощь, то я готова помочь, – мямлю, словно меня по голове ударили. Несу такую ерунду. Отвожу взгляд и хочу убежать. Сейчас же убежать отсюда и не видеть этого осуждающего взгляда.

Делаю шаг в сторону двери.

– Ты сказала, что любишь меня. Это правда? – Моё дыхание нарушается. Ноги словно прирастают к полу. Я даже потеть начинаю от паники. Он слышал? Боже… я… не хочу, чтобы снова больно было.

– Какая разница? – Горький шёпот срывается с губ. Оборачиваюсь. Рафаэль переворачивается на спину и немного приподнимается, кривясь на боль. Страшные раны на груди. Его татуировки теперь не имеют никакого рисунка, а превратились в какое-то месиво. В моей голове вспыхивают воспоминания, когда он резал себя, слова Сиен о том, что он сам себе причиняет боль и поджёг кожу. У меня кровь стынет в жилах, когда я смотрю на подтверждение её слов.