Девочка для капитана - Маргарита Александрова

Громов аккуратно отвел прядь моих волос и убрал за ухо. Нежно, пальцами, стал вытирать слезы.

— Малышка, я тебе обещаю, третьего раза не будет! Завтра ты будешь всегда под наблюдением моих людей. Они всегда будут рядом, даже когда ты будешь спать. Все будет хорошо, верь мне!

— А ты? — эти слова сами собой вылетели из моих уст.

— Я?

— А ты будешь рядом?

— Даже не сомневайся! — и нежно поцеловал меня в макушку, потом и в кончик носа — Я бы, конечно, тебя еще потискал, но нам надо ехать! — улыбнулся он и пересадил меня обратно на сиденье. Сам вернулся на водительское место, и мы поехали.

— Посмотри, у меня там должны быть салфетки.

— Прости, я знаю, истерики никто не любит! Я просто не сдержалась… У меня такое первый раз и я, правда, боюсь.

— Не извиняйся, ты ведешь себя нормально для человека, который попал в такую ситуацию. И совсем естественно для женщины. А, ну, точнее, для девушки — и расплылся в улыбки чеширского кота.

— Спасибо! Я не знаю, что бы я делала…

— Все, успокойся! Верь, мне! Все будет хорошо!

Оставшуюся часть дороги мы доехали молча. Но меня это не напрягало, а наоборот, дало время собраться с мыслями.

Когда мы приехали в управление и зашли туда, все стали кидать на нас странные взгляды, но собственно это не удивительно, с учетом нашего вида. Я вся потрепанная и всклокоченная, с ушибами и ссадинами. Нос и глаза красные, опухшие от слез. Мой костюм испорчен, весь грязный в траве и земле.

Громов вел меня за руку, уверенными шагами.

— Товарищ капитан, минутку — нам перегородил дорогу, мужчина в погонах.

— А, Товарищ майор, я Вас слушаю — Громов, сильнее сжал мою руку. Я почувствовала, как он весь напрягся и подобрался.

— Куда Вы направляетесь?

— Нужно ознакомить свидетеля с некоторыми данными.

— Свидетеля? — мужчина перевел на меня взгляд и посмотрел с ног до головы — Что за дело?

— Извините, товарищ майор, но не уполномочен, говорить — при этих словах, Громов отстранил его своим корпусом и потянул меня за собой.

— Да, как ты смеешь, ты хоть видишь кто перед тобой?

— Вижу, всего лишь старший по званию. Подробности можете узнать у полковника, если он посчитает нужным перед Вами отчитываться. Честь имею!

Громов откровенно ему нахамил, хотя, по сути, он ничего криминально и не спросил.

— У тебя не будет проблем?

— Не бери в голову. Он сам нарывается на комплименты. Как ты?

— Лучше, хочу побыстрее закончить. У меня завтра трудный день, нужно отдохнуть и подготовиться.

— А что завтра?

— Я выхожу на работу.

— Хм, быстро! Кем и куда?

— Медсестрой, в ту больницу, где я была.

— О, медсестра. Тебе подходит.

— Даже не буду спрашивать, что ты имел в виду.

— Да, лучше не стоит! Все, пришли, садись.

Я даже не заметила, как мы за разговором дошли до нужного нам кабинета. Громов тактично выдвинул мне стул, а сам подошел к столу. Достал из него пачку фотографий и протянул мне.

— Смотри, если кого-то узнаешь, скажешь.

Я стала листать фотографии, на которых, как фильмах были изображены лица — анфас и профиль, разных мужчин.

— Гром, наконец-то, где ты ходишь? — без стука в дверь, вошел мужчина, примерно его возраста. Сначала посмотрел, на него, а потом перевел взгляд на меня.

— О, извините, не знал, что ты не один. Мадам, лейтенант — Шанин Роман Альбертович. Но, для Вас можно просто Рома.

— Добрый день! — сказала я, и продолжила всматриваться в фотографии.

— Гром, а почему ты девушку не угощаешь чаем? Смотри, какая бледненькая.

— Нет, нет, я не буду.

— Ром, ты что хотел? — Громов подошел к нему и сложил руки на своей груди.

— Дело есть, пойдем, выйдем. Девушка, очень приятно, надеюсь, вижу Вас не последний раз.

— Пошли! — зло рявкнул на него Громов.

Они вышли, а я перебирала фотки, и тут я увидела его. Эти глаза, и то, что они выражали в тот день. В них нет ни чувства жалости, ни сострадания. Только злость, и в самой глубине — смерть…