Нельзя - Лаура Тонян

Джоселин

Чей-то кулак забарабанил в дверь, и тогда Алистер перестал целовать меня и резко отвернул голову в сторону. Мои влажные раскрытые губы прикасались к жесткой щетине на его щеке. Мы оба неровно и беспокойно дышали, а ладонью, которая покоилась на крепкой груди Алистера, я могла ощущать его ускоренное сердцебиение. Он вдруг убрал руки, которыми сжимал мои бедра, и отодвинулся. Мне сразу стало так холодно, что я с трудом подавила желание обнять саму себя. Алистер уперся кулаками в собственные бедра и попытался отдышаться. Кто-то, кого я жутко ненавидела, теперь дернул ручку двери. Я посмотрела туда, чтобы наблюдать, как ручка поворачивается. Алистер обернулся и, вероятно, увидев то же самое, отскочил от меня влево, словно пол под его ногами был раскален. Он заглянул мне в глаза в последний раз, прежде чем выскочить в открытую дверь. Он не улучил даже нескольких секунд, чтобы привести себя в порядок.

— Джо! — ахнула одна из тех, с кем мне придется провести целый год учебы.

Я не помнила ее имени, но и она, и ее подруга непрестанно уделяли мне больше внимания, чем я вообще заслуживала. Я не знала, как звали ту девчонку, с которой она все время сидела рядом, когда я из раза в раз заходила в аудиторию с опозданием. По ее слегка раскрасневшемуся лицу, покрытому веснушками, было заметно, что она переживала за меня. Я была уверена с самого начала, что никто из присутствующих даже не озаботится тем, куда я пропала. Почти всем было бы плевать, случись со мной или с кем-то из них что-то. Так что все нормально. Но смятение и тревога, которыми буквально была переполнена эта девушка с двумя заплетенными наспех косами, выбили меня из колеи. Я не думала, что на эту вечеринку пришел кто-то, кому на меня не все равно.

— С тобой все в порядке? — спросила девчонка, в темных волосах которой присутствовали оттенки огненно-красного цвета.

Она посмотрела в сторону — туда, куда отправился Алистер. Она выглядела изумленной и наблюдала за тем, как он удалялся. Но потом девушка с косичками в консервативном наряде сделала над собой усилие, чтобы вновь перевести взгляд на меня. Я практически читала ее мысли. Я знала, о чем она думает. Ей пришлось потрудиться, чтобы изобразить невозмутимость. И как только она притворилась, что не удивлена, я раздраженно фыркнула.

Она, кажется, пропустила это мимо ушей, закрыла за собой дверь и представилась:

— Меня зовут Элен. Ты меня не знаешь, но я тебя знаю. Так ты в поряд..? — продолжила допытываться она как ни в чем не бывало.

— Нет, я не в порядке! — вскочив со столешницы, я грубо оттолкнула Элен и, откинув дверь нараспашку, бросилась вон из ванной.

Дюжина придурков, с которыми я буду вынуждена делить учебные часы, приклеила свои никчемные тела к перилам. Десятки пар глаз вытаращились на меня, когда я оказалась в длинном коридоре. Я побежала вперед, не удостоив взглядом ни одного из этих пьяных в стельку тупиц. Алистер словно испарился. Я обыскивала каждый угол чертового особняка, из-за которого мой отчим так зазнается, но не находила Алистера. Я была в отчаянии. Мне, черт возьми, было необходимо поговорить с ним. Мне нужно было узнать, что это… было… только что. Что только что между нами было? Что случилось, и как это называется? Он же не мог просто убежать и оставить меня справляться с водопадом вопросов в моей голове в одиночку?

Ну он же не мог?!

— Синьорина, — послышался над моим ухом знакомый баритон.

Перестав разглядывать абсолютно пустую спальню Алистера, я против воли обернулась. Я знала, что у меня над душой стоит вышибала Джонни — ему приходилось каждое утро собирать свои кудрявые и не слишком длинные черные волосы в пучок. Шеридан-старший был против того, чтобы «милашка» Джонни выставлял на обозрение свою шикарную густую гриву. А, может быть, Гералд просто завидовал охраннику — у него самого-то волос на голове оставалось совсем немного.