Невольная истинная - Диана Билык

Плоть под плетью треснула, а я в агонии боли больше не понимала, где нахожусь.

Лишь выла, срывая голос.

Цепи ослабились, я шмякнулась на пол, как растерзанная волками косуля.

— Повторяю вопрос…

Генерал приблизился, я уставилась на его начищенные до блеска черные сапоги.

И эти сапоги прижали мои пальцы к каменному полу.

— Кто тебя вернул?

— Невидимка…

Первый палец хрустнул, а я потеряла сознание.

Очнулась от резкого запаха эликсира, что привел меня в чувства. Лежала на грубом топчане обнаженная, а надо мной нависал проклятый мучитель Норвен.

Альен смотрел в мои глаза с таким безжалостным равнодушием, что колючим холодом прошило все тело. Раны заживлять никто не собирался. Болело невыносимо.

— Имя невидимки! — продолжился допрос.

— Я… не помню. Пить… пожалуйста.

— Пока не вспомнишь, никакой воды! — ударил он ногой по топчану.

— Я, правда… не помню, — волосы перекрыли видимость, налипли на глаза, все тело сотрясалось от дикой боли, но жажда стала настоящим кошмаром. Мутило, ком не проталкивался, а я просто стонала и хрипела, едва дыша.

Генерал проколол мой палец и напитал руну кровью.

— Ты помнишь имя невидимки?

— Нет, — выдохнула, булькая.

Руна зашипела. Последовал удар тяжелой ладони по щеке.

— Имя!

Я выкашляла кровь и пролепетала опухшим языком:

— Нэйд…

Норвен опустил мне на грудь фляжку, развернулся и вышел из камеры. Решетка заскрипела. Замок защелкнулся. Послышались удаляющиеся шаги. Все стихло.

Я с трудом перевернулась набок, прострелило все тело, зря потревожила раны — теперь огонь лизал спину и живот, а кашляла я с кровью. Фляжку разбитыми руками открыть не смогла, из-за моей крупной тряски она упала на камень, пробка открылась, а вода полилась наземь.

Я сползла, рухнула, на пол, не понимая, зачем вообще двигаюсь. Мне не хотелось жить. С трудом дотянувшись, коснулась кончиками пальцев грязной лужи, но так и не донесла руку до рта. Боль настолько захватила каждую клеточку тела, что я провалилась в нее и надеялась уже не вынырнуть.

Тихие шаги прошуршали где-то рядом. Звякнуло металлом и дверь решетки медленно приоткрылась.

Я слабо застонала, сил отползти не было, просто лежала и ждала, когда продолжатся муки.

— Мама… — прошептала в тишине, — забери меня… прошу, забери…

— Все закончилось, герцогиня, — прошелестел мужской шепот над ухом.

В лицо влетела сверкающая пыльца и мир растворился в вязкой темноте.

Глава 12

— Ее жестоко пытали, — в сознание влетели слова.

Тело звенело от боли. Налитые свинцом веки поднять не было сил.

— Он пытал девчонку? Свою жену? — узнала я бархатистый голос графа Бледда. — Вот же тварь поганая! Видит Эстиер, порву эту мразь на куски! Где там Бренер шляется⁈

— Бежит уже. На ней метка скрытая. Вряд ли Торн видел. Иначе точно бы ее убил. А как на тебя повлияет смерть истинной, неизвестно. Это всегда непредсказуемо. Можно и магии лишится. Или даже… жизни.

Я лежала не шевелясь, потому что все тело в присутствии этого мужчины сотрясало так, будто я горячку поймала. Только кулаки непроизвольно сжались, отчего острая боль пробила от пальцев к плечу.

И я не сдержала стон.

Открыв глаза, уставилась на своего врага и тут же, неосознанно, метнулась в другую сторону по кровати. Не замечая боли, попыталась убежать, сама не знаю, куда, но лишь бы подальше от этих фиолетовых глаз.

Да только ноги не шли, их словно отрезало. Я рухнула на пол лицом вниз и со стоном перекатилась на спину, вскинула руки, закрыла беспомощно себя ладонями.

— Я сейчас Бренера убью, — зарычал дракон, подхватил меня, прижал к груди. Укрыл пологом мантии.

— Кандалы снять не смог. Артефактор нужен. Они ее магию блокируют, — говорил Нэйд.

— Разберемся, — подошел Адриан к кровати и сел на край, продолжая сжимать меня в сильных руках.

— Отпусти, — забилась я беспомощно. — Отпусти… подонок!

— Уже никогда не отпущу, — сказал он тихо и как-то обреченно.

В комнату ворвался сквозняк. Хлопнула дверь.

— Опять эта… что-то учудила? — проворчал целитель.

— Для тебя госпожа Мериди! — прикрикнул граф и аккуратно уложил меня на постель.

Противный старикашка склонился надо мной и хмуро приложил руку к моему лбу.

Я отшатнулась и зашипела:

— Я лучше сдохну, но от вас ничего не приму… Твари… ненавижу.

Но боль вернулась, и я больше не смогла говорить, лишь хватала воздух губами и хрипела, словно задыхалась.

— Ей бы еще кое-что полечить, — проскрипел старикан и выпустил из ладони голубую целительную магию, что понеслась вспышками по телу.

— Заткнись и исцеляй! Ты у меня договоришься сегодня! — гневно приструнил его граф.

Я закричала. Я не боюсь боли, но в тот раз не смогла выдержать. Выгнулась на постели, будто из меня решили лук сделать, и опала, когда жар полоснул по спине, пробуждая затихшую метку.

Бежать, кричать, сопротивляться я больше не могла: зажмурилась, сдерживая текущие по щекам слезы, и не двигалась.

Лекарь мягко перевернул меня на живот и ахнул. Его магия все текла и текла по венам, забирая боль и затягивая раны.

— Не помню, когда в последний раз видел такую сильную истинную метку. Ее бы магистру Эрлу показать.

— Я сам себе магистр, Бренер. Знаю. Это высшая степень связи.

Я невольно уткнулась лицом в подушку и тихо захлебывалась слезами. Я знала о метках мало, но одно точно слышала: парная магия заставит желать друг друга, а я этого не хочу.

В дверь постучали. Послышался топот.

— Здесь накрывайте на стол. Купальню подготовьте, — распоряжался граф. — Нэйд, скажи Селене, чтобы заполнила шкаф женской одеждой.

— Я закончил, Адриан. Госпожа здорова, — отнял от меня руку целитель.

А мне все казалось, что я мертва, высохла изнутри и больше ничего не хочу.

— Уходите все.

Вскоре в покоях стало тихо. Горячая ладонь легла на спину.

— Прости, — прошептал Адриан.

— Не прикасайся… — выдавила я. Физические силы появились, но морально я хотела спрятаться в уголок и рыдать до утра.

— Поешь, — соскользнула с меня его рука. — Что ты хочешь?

Я стиснула зубы и ничего не ответила. Приподнялась на руках и сквозь слезы всмотрелась в ненавистное лицо.

— Хочу, чтобы ты ушел