Цвет боли. Красный - Эва Хансен

— Конечно, там куча всякой всячины. Ой, Линн, я столько всего привезла! Ты не представляешь, чего я только ни купила распродажах…

Бритт стала привычной, просто в первые минуты она была явно смущена необходимостью знакомиться с Ларсом.

Я улыбнулась:

— Очень даже представляю. Например, живого слона в твоем багаже нет наверняка, как и гиен, крокодилов или парочки скорпионов. Их нельзя перевозить в Швецию.

Ларс, взяв номерок из рук Бритт, отправился забирать ее чемодан. Мы стояли в стороне, наблюдая.

— В жизни он еще лучше, чем на снимках! Я за тебя очень рада!

— Спасибо, но ты еще его не видела…

Бритт настоящий друг. Говорят, что друзья познаются в беде, но я думаю, в не меньшей степени и в радости. Порадоваться за подругу, не позавидовав, дорогого стоит.

Яхта, Петер, и сам замок снаружи произвели на Бритт сильное впечатление. Петеру моя подруга тоже понравилась, но он не сдержался, чтобы не поинтересоваться:

— Это ты летала сбывать с рук своего бывшего?

Бритт скорчила мне страшную рожу и фыркнула Петеру:

— Нужен он мне!

— Конечно. Не знаю каков этот парень, но то, что он упустил такую девчонку, говорит, что дурак!

Если до того Бритт и не обожала Петера, то теперь в симпатии сомневаться не приходилось.

Свен был и вовсе вне конкуренции, особенно после того, как галантно поцеловал моей подруге руку. Я даже почувствовала укол ревности, мне он руку не целовал… Правда, я прибыла несколько иначе.

Бритт поместили в комнату по соседству с той, в которой когда-то жила я, а теперь бабушка. Но гостевые комнаты одинаковы, только оформлены в разном цвете.

Ларс, проводив нас в эту комнату, улыбнулся:

— Думаю, вам нужно поговорить. Для начала времени немного, через час ужин, прошу не опаздывать. Линн, я приму душ, пока вы будете болтать, а потом загляну напомнить об ужине.

Едва за ним закрылась дверь, как Бритт сделала страшные глаза:

— Я балдею! И вот это ты называешь нормальными условиями?

— Что тебе не нравится?

— Нет, я правда не понимаю. Ты заелась? Да, у моих родителей большой дом и бассейн, прислуга и прочее, но там новодел, а здесь… это же богатство, освященное веками!

— Какими веками?! По-настоящему состоятельным стал только прадед Ларса, а до того замок был в некотором запустении.

— Неважно, здесь все настоящее.

— Ты только не скажи этого Ларсу, он вовсе не считает богатство большим достоинством, просто большие деньги удобны, потому что позволяют иметь и делать то, что хочется или нужно. Но у Ларса, как у всех нормальных богатых людей, нет капризов или желания швырять средства на ветер. Все должно быть высшего качества, но вовсе не из бриллиантов в платине.

— Это самое то! Терпеть не могу богатых снобов.

— Я тоже, и очень рада, что Ларс не такой. Тебе понравится здесь.

— Линн, но мне нужно кое-что забрать в квартире. Она не опечатана?

— Опечатана? Почему?

— Ну, это же место преступления.

— Там не свершилось, было только покушение на мою драгоценную жизнь. Хотя, бывать там теперь противно, придется переезжать, во всяком случае, мне.

— А мне?

— Бритт, я не могу заставить тебя уезжать оттуда, только если ты захочешь сама. Конечно, ездить на занятия отсюда неудобно, надо жить где-то в Стокгольме, а значит, снимать другую квартиру. Ты как?

— Конечно, надо. Я просто боялась, что ты будешь жить с Ларсом, а меня по боку.

— Ни за что! В смысле «по боку». И Ларс этого не требует.

Я впервые задумалась, что же будет в действительности. Как мы будем жить дальше? Раньше об этом и мысли не возникало. Ларс продолжал жить своей жизнью, вчера куда-то уезжал, вернее, уплывал на яхте, оставив меня с бабушкой, мотивируя это тем, что нам нужно пообщаться. Конечно, нужно, хотя для меня это несколько напряженно. Я же не могла рассказать бабушке всего, приходилось кое-что утаивать и не забывать, что говорила, а что нет, чтобы не попасться.

На мое счастье бабушка слишком занята Свеном, у них нашлись общие интересы на кухне и в разведении цветов, потому она больше вела беседы на тему Свена, а не нас с Ларсом. Нет, я вовсе не ревновала, между Эриком, который никак не мог решиться на разрыв со своей Сельмой ради бабушки, и свободным Свеном я выбирала Свена. Но бывали минуты, когда я снова чувствовала себя брошенной.

Мама позвонила вчера из своего спа-отеля:

— Как у тебя дела, детка?

— Нормально.

— Нормально или хорошо?

— Хорошо.

— Я за тебя рада. Я просила бабушку передать мои поздравления с Новым годом.

— Спасибо, она передала. Тебя так же с праздниками.

— Спасибо. Я еще позвоню.

Вот и все, дежурные фразы, ни слова лишнего. Боюсь, если бы не было необходимости говорить подругам: «Я сегодня звонила своей крошке. Так за нее волнуюсь…», мама обходилась бы SMSками. Я не задумывалась, почему мне нет места в ее жизни, его никогда не было. У мамы бизнес, внешность, вернее, заботы о ней, приятельницы и деловые партнеры, что часто одно и то же, престижный муж… А я?.. В некотором роде недоразумение молодости, которое она родила, еще не сознавая себя ценной личностью.

У папы свои дела. Нет, у нас прекрасные отношения, он звонит при любой возможности, вернее, звонил. Появление в его жизни другой женщины и другой семьи изменило отношение ко мне, стал, как мама, даже с праздниками поздравляет через бабушку.

А теперь и у бабушки появился Свен…

Возвращение подруги было подарком, только, правда, как мы будем жить дальше? Отказаться от Ларса даже на время, чтобы жить с Бритт, я не способна, но и отказаться от Бритт, чтобы быть только с Ларсом, тоже.

Еще до приезда Бритт размышляла о том, как теперь себя вести. Быть просто послушной крошкой под крылышком Ларса я не способна. Прекрасно, когда о тебе заботятся, даже покупая платья и проверяя, тепло ли оделась перед пробежкой, но я не столь паинька, скромное поведение вовсе не означает покорности, если я и подчинялась Ларсу безоговорочно, то только потому… Почему? Не знаю, но точно знаю, что это не навсегда. Я не могу быть ни рабыней, ни послушной куклой, он же сам сказал, что я хороша, когда бросаю вызов. Это случилось, когда мы вдвоем играли «Шторм» Вивальди.

Что-то неуловимо изменилось с тех пор. Почему? Ларс, по-прежнему внимателен, но он словно успокоился. Неужели это потому, что я попала в его постель? Тогда плохо, что так быстро потерял ко мне интерес. Если Ларс меня бросит, я не переживу.

Вру, переживу, конечно, но это будет уже совсем другая жизнь, которой я не хочу.