Дом утех «Соблазн» - Конни Дженс

Я только увидела, как вспыхнули его глаза при виде меня голой, на полу, на четвереньках.

Молодой, симпатичный, я бы даже сказала красивый. Ожидая совершенно иного, я удивлено приоткрыла рот, не понимая где тот зверь, которого мне обещал кот. Высокий, со строгой военной выправкой, в форменном камзоле с полосой золотистых пуговиц и эполетами, он был сродни аристократу, но никак не животному, что подробно нарисовало мое воображение.

Холодные стальные глаза, с каким-то будоражащим блеском придирчиво осмотрели меня, особенно заострив внимание на голых ягодицах, которые я тут же поспешно развернула, пряча от любопытных глаз.

Его губы задвигались, и он оскалился, захлопнув дверь за своей спиной и одной рукой избавляя пуговицы от петель. Окончательно растерявшись, я пригнулась к полу и зарычала в ответ.

Я прямо видела, как засияли его глаза каким-то детским восторгом! Словно перед ним, то, что он хотел увидеть!

Мужчина, избавившись от формы, отправил следом и рубашку, поспешно избавляясь от низа. Но взглянуть на то, что меня ожидает, не могла. Глаз с меня он не спускал, порыкивая время от времени и скаля зубы, и я отвечала ему тем же.

Пятясь, я медленно отползала от мужчины, но тот, заметив и неодобрительно сморщившись, опустился на четвереньки, ловко направляясь в мою сторону.

А вот и зверь! Тело, крепкое и мускулистое, слишком умело передвигалось в такой позе, не запутываясь в руках и ногах и мгновение спустя, он уже был слишком близко, угрожающе нависая над моей головой, указывая мое положение.

Продолжать или попробовать слинять?

Второй вариант казался неосуществимым, и я, увиливая, попробовала хотя бы выскользнуть, порыкивая и скалясь. Казалось, ему эта игра понравилась, и он, опустив грудь к полу, ясно дал понять, что готов к прыжку.

Слишком поздно я осознала, что положение плачевное, потому как когда мужчина подпрыгнул так, словно гравитация для него не указ, и приземлился сверху, придавливая меня к полу, позволяя ощутить, как эрегированный член настойчиво упирается в ягодицы.

— Р-рр… — угрожающе, но достаточно спокойно, я бы даже сказала успокаивающе, прорычал мне в шею, и толкнулся вперед, роняя меня лицом в пол. — Р-рр… Хор-роша….

Ради приличия я, шипя, побрыкалась немного, но это ни к чему не привело, только мужчина надо мной, казалось, все сильнее заводился.

Последней каплей для него стало то, что я попробовала укусить его за запястье, которое поддерживало руку, упирающуюся в пол у моей головы. Не стерпев такой выходки, он склонился и зубами схватил меня за волосы на макушке, болезненно вытягивая вверх.

— М-мм… — заскулила я и поняла, что это своеобразное извращение с игрой в животных добавляет некой пикантности, и в животе потеплело.

Он был тяжелым, давил толкая бедрами, но не входя, словно позволяя мне выбрать из двух зол меньшее, и когда я потянулась навстречу, зарычал сильнее, подхватывая меня на руки.

Он потащил меня в кровать!

Нет! Нет! Нет! Я в этой кровати не смогу!

Я уперлась ногами в спинку, явно озадачивая ликана, и тот, недоумевая, отпустил, выразительно выгнув брови. Божечки! Его мимика так напоминала выражение морд у псов, что на секундочку я заумилялась, игриво опускаясь на пол и заискивающе усевшись на попу.

Будто хочу поиграть. Был бы хвост, повиляла бы, честное слово.

Мужчина смотрел на меня долго и пронзительно, но это, на удивление не пугало, так как я буквально вибрацией в грудной клетке ощущала, что ему нравится. Ему нравится моя покорность!

Он медленно опустился ко мне и широкой ладонью толкнул в грудь, укладывая на спину. Развел мои ноги в стороны и поднялся наверх, зависая лицом к лицу.

От него веяло преданностью. Такой щенячьей и бесконечной, а мне… мне было до невозможности уютно, будто эти игры само собой разумеющиеся, понятные и простые. Я вредничаю, он меня ловит, я покоряюсь и вот, теперь так, с разведенными ногами и крепким членом, который толкался во влажные складки.