Я тебя забираю - Софи Росс

— Куда тебе два? В чулан засунешь на запас?

— А кто сказал, что нельзя развлекаться сразу с обоими? — подмигнула мне и рассмеялась, когда увидела моё выражение лица, которое содержало в себе скептический взгляд и поджатые губы.

— Ничего не хочу слышать. Спасибо за Сашку. Ты меня очень выручила.

— Обращайся, Тась. Я руками и ногами за твою сексуальную жизнь, — ткнула эту взрывную особу в плечо и зажала уши ладонями, потому что дальше шли слишком уж провокационные вопросы.

Я не против делиться личным с подругой, но обсуждение количества сантиметров в том самом месте ставит меня в тупик.

Вот зачем ей такие подробности?

— Ладно-ладно, — всплеснула руками. — Иди уже к своему плохому мальчику. Повеселитесь там за меня.

За время короткого разговора с моей рыжулей Артур успел вызвать такси, поэтому в лифте нашего дома мы были всего лишь через пятнадцать минут. Но даже они показались слишком долгими.

— Если бы не эти доисторические надписи на стенах, намекающие на отсутствие должной уборки, я бы тебя прямо здесь зажал, красивая моя, — только мужчина всё равно оттеснил меня практически к стене и нависал коршуном с таким голодным взглядом, что я ощутила тепло внизу живота от одного только зрительного контакта.

— Ты обещал… — мямлю что-то невпопад, вспомнив о не слишком приятных ощущениях между ног, когда Артур попытался скользнуть в меня пальцами.

— Не трахать тебя? Я помню, Оленёнок. Член останется в штанах, но я запросто могу сделать это языком так, что будет ничуть не хуже.

Боже.

Слишком горячо.

У меня внутри всё плавится от всплывающих перед глазами картинок, где этот грубый мужчина проделывает между моих ног такие вещи, что я забываю дышать.

— Я бы тоже хотела попробовать, — рядом с Артуром я становлюсь невозможно порочной.

Я.

Та, которая никогда не хотела заниматься оральным сексом, потому что он казался мне слишком унизительным. Да, в прошлый раз, когда мужчина жестоко резал меня словами, я готова была опуститься перед ним на колени, но мысль об этом не катилась волнующим трепетом по каждой клеточке моего тела.

— С радостью предоставлю тебе эту возможность, Оленёнок. Твой рот не даёт мне покоя.

В его квартиру мы буквально вваливаемся под неодобрительное шиканье старушки-соседки.

Сдираем ненужные вещи друг с друга, путаемся в обуви, пока наши губы сталкиваются в оглушающем поцелуе, который разжигает во мне огонь неподдельного желания такой силы, что становится больно от бьющей в самый центр пульсации.

Артур прямо в прихожей вынуждает меня прижаться спиной к стене и медленно, не отнимая взгляда от моих глаз, опускается на колени, опаляя горячим дыханием обнаженную кожу над границей джинсовой ткани.

Ловко выпускает пуговицу из петли, тянет бегунок вниз до предела и лишает меня последней защиты, стаскивая джинсы по бёдрам вместе с простеньким хлопковым бельем.

А после меня уносит на небеса.

Когда его язык вырисовывает узоры на влажной плоти. Когда хватка на бедре становится жёстче, потому что от удовольствия таких масштабов я просто не могу спокойно стоять на месте.

Когда стоны срываются с губ, даже когда пытаешься их прикусывать. Таким потоком, что не успеваешь лишний раз втянуть воздух в горящие лёгкие.

Вплетаю пальцы в волосы Артуру и тяну особенно сильно, когда он ударяет языком по чувствительному комочку нервов одновременно с поглаживаниями подушечками внутренней стороны бедра.

Свободной рукой царапаю край тумбы, пытаюсь ухватиться, потому что вместе с нарастающим напряжением у меня начинают дрожать ноги — я рискую рухнуть в мою личную пропасть на самом финале.

Артур отрывается и поднимает глаза на меня. Скользит губами к тазовой косточке, обводит ту языком, вырисовывая узоры влажного следа на моей коже, пока его большие широкие ладони полностью накрывают ягодицы.

Перехватывает щиколотку, заставляет меня упереться ножкой в его плечо и доводит меня до оргазма такой разрушающей силы, что вместе с протяжными звонкими стонами я не могу сдержать слезы кристально чистейшего удовольствия.

Прямо сейчас каждый мой нерв оголен — я переполнена эмоциями, чувствами и ощущениями мужских касаний на моём безвольно оседающем на пол теле.

— Держу тебя, девочка.