Когда тепло - Анна Евдо

— Так, — повысила голос Наталья. — Мажем основу пастой и раскладываем начинку по вкусу.

Она обернулась:

— Петр Алексеевич, вы определились по ингредиентам?

— Да, милая. Я буду курицу, лук и немного помидоров.

— Денис? — она приподняла бровь.

— Пусть будет мясо и помидоры.

Она поставила перед ними чашки с заготовками.

— Илья, твои сыры. Марк, грибы, колбаса и шпроты.

Денис закатил глаза, Наталья шикнула на него, удерживая от комментариев.

— И мои креветки.

Пока все старательно посыпали свои пиццы тертым сыром, она быстро нарезала моццареллу пластинками и выдала желающим.

Пиццы партиями отправлялись в духовку. Денис открыл дверцу и, ставя первую часть, она задела его локтем. Повернула голову. Он оказался совсем рядом. Она улыбнулась:

— У вас на лице поварская раскраска.

Он неожиданно провел пальцем по ее носу, оставляя белый след.

— Теперь и на вашем тоже.

Она замерла. Не было ни тока, ни мурашек, ни вспышки от его прикосновения. Было всепоглощающее удивление, что он может быть таким игривым что ли, несерьезным. И близким. А ему захотелось провести по ее щеке и обвести губы. Он осадил сам себя. Она задвинула противень.

— А теперь всем умываться и накрывать на стол.

— У вас талант справляться с многозадачностью, — заметил Денис.

Она зарделась. Ей польстили его слова.

— Наташенька, вы следите за пиццами, а мы мужской бригадой займемся столом. Расположимся в беседке. Погода чУдная. И уж там поухаживаем за вами. Позволите?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — С радостью, — она кивнула в ответ.

Мужчины покинули кухню. Пока готовились все их творения, она успела убрать лишнее в холодильник, протереть поверхности от муки и умыться сама. Делая эти привычные вещи, она не могла перестать думать об их совместной стряпне. Как же хорошо было. Легко. Непринужденно. Смешливо. Так естественно толкнуть его в плечо, замарать мукой, подкалывать и улыбаться, и ловить улыбку в ответ, и видеть ласковые взгляды дяди Пети — про себя она могла позволить себе так его называть — и слышать смех сына, и наблюдать, как радуется Марк, и снова, и снова заворачиваться в карее тепло.

Денис пришел помочь отнести пиццы и задержался в дверях. Он стоял и смотрел, как она улыбается. Она машинально прибиралась на кухне, в которой они устроили какое-то невероятное семейное сумасшествие. Именно семейное, с тремя поколениями, когда все и всё к месту. И она улыбалась, чему-то кивая, порой морщась и чуть пританцовывая. Она не делала ничего особенного, но притягивала и объединяла вокруг себя, умудряясь не навязываться и одновременно уделять внимание каждому.

Она заметила его, улыбнулась. Он подошел к стойке.

— С какой начнем?

Она покачала головой.

— Каждому своя. И пусть сами решают, угощать или нет.

Он усмехнулся.

— Справедливо.

Денис приблизился, подхватил уже нарезанные пиццы. Он не коснулся ее, просто чуть придвинулся и склонил голову.

— Спасибо, что отправили Марка за мной.

Она взглянула на него и застенчиво улыбнулась:

— Мы все здорово повеселились.

От нее пахло всем, что они тут готовили, и еще чем-то теплым и легким. Он заставил себя отодвинуться.

— Это чьи? — повел бровями на подносы в руках.

— Мальчишек. Они подскажут.

— Нарезайте остальные. Я сейчас вернусь и помогу отнести.

Она сверкнула глазами.

— Подмастерье указывает мастеру?!

Он рассмеялся и вышел.

Они расселись, пробуя и предлагая друг другу разные начинки.

— Бокал вина? — спросил Денис.

— Я вообще-то на работе, — Наталья развела руки в стороны.

— Как ваш босс я не возражаю, — он открыл бутылку. — Как ваш подручный выражаю вам свое восхищение, а как ваш друг — смею надеяться, — он сделал паузу, внимательно на нее посмотрев, — настаиваю, чтобы вы разделили с нами это белое вино. Мы все заслужили немного удовольствия.