Я тебя похищаю - Полина Рей

— Выпьем? — спросил Глеб, наполняя наши бокалы вином.

Я кивнула, и когда Ледов налил мне рубинового напитка, посмотрела на сидящего передо мной мужчину с интересом. Что он хотел мне сегодня сказать? Для чего вообще организовал этот ужин?

— Ты сегодня звонила отцу, — сказал Глеб, когда мы с ним выпили по глотку вина.

Он не задавал вопросов — он утверждал то, с чем я не собиралась спорить.

— Именно так, — кивнула я, чувствуя, что во мне начинает подниматься волна протеста.

— Зачем? — мягко спросил Ледов. — Он сообщил тебе что-то новое?

Я покачала головой и откинулась на спинку стула. Аппетит, который и без того был слабым, пропал окончательно.

— Нет, не сообщил. Но пообещал поговорить с тобой и попробовать решить вопрос моего возвращения домой.

Если бы я не впивалась взглядом в лицо Глеба, я бы вряд ли уловила те эмоции, которые мелькнули на нём. Но я смотрела на Ледова во все глаза, чтобы понять, смогу ли иметь представление относительно его мыслей. Сначала на лице Глеба отразилось удивление, а после — недовольство.

— Я думал, что ты уже поняла. Домой ты не вернёшься. Останешься у меня — и это вопрос решённый.

Наверное, в любой другой ситуации я бы возмутилась. Но уже успела принять, как данность, что отец помогать с тем, чтобы избавиться от компании Ледова, не станет.

Глеб принялся за пасту, я же смотрела на него и не знала, зачем вообще нахожусь за этим ужином. Вроде как всё было решено. Решено не мною, а сидящим напротив мужчиной, и у меня не было ни шанса на то, чтобы что-то изменить. Или же… шансы были?

Вытерев губы и недовольно посмотрев на нетронутую мною еду, Ледов поднялся из-за стола и направился ко мне. И в этот момент я поняла, что ощущаю тревогу, замешанную на странном чувстве — предвкушении. А вкупе с тем адреналином, который разливался по венам, когда я представляла, как сбегу от ненавистного Глеба, всё это порождало внутри настоящий бурлящий коктейль.

— Алёна… — сказал Ледов, присаживаясь на край стола возле меня. Протянул руку и приподнял мой подбородок пальцами. Я запрокинула голову и смотрела на того, кого уже успела возненавидеть. И кто совсем недавно порождал во мне совсем не такие чувства.

— Да? — хрипло выдохнула я.

Может, стоило сделать вид, что я готова поддаться? Усыпить бдительность этого монстра, чтобы после предпринять попытку обрести свободу?

— Я не причиню тебе зла, — тихо сказал Ледов, и я отставила бокал, в ножку которого впивалась пальцами всё это время. — Поднимись.

— Что?

Это короткое слово, больше похожее на приказ, прозвучало так неожиданно, что меня захлестнуло волной страха, смешанного… с ожиданием.

— Поднимись на ноги, — повторил Глеб.

Я послушалась, вставая со стула. Чуть покачнулась на неверных ногах, и Ледов тоже поднялся со стола, оказываясь слишком близко ко мне. Я даже могла почувствовать его дыхание, настолько рядом он был.

— Я хочу, чтобы ты мне доверилась. Полностью, — шепнул он, положив ладонь на мою поясницу и притягивая к себе.

— Я не могу, — выдохнула в ответ, чувствуя, что нахожусь на грани.

Слишком острыми были те ощущения, что сейчас раздирали меня на части. Слишком много всего произошло, чтобы я вот так просто смогла последовать тому, о чём меня просил Глеб.

Да и как я вообще могла ему доверять? Он меня похитил! Да, сделал это, по его словам, для того, чтобы защитить, но по факту я не видела ничего плохого ни от кого другого. В то время как сам Ледов делал с моей жизнью всё, что ему заблагорассудится!

— Почему не можешь? Мне казалось, что я тебе хоть немного нравлюсь.

Пальцы Глеба прошлись по моему бедру, задирая кромку платья. Приподняли подол, переместились на внутреннюю сторону, от чего по телу прошли мурашки.

— Казалось… да… — выдохнула я, чувствуя огромный недостаток кислорода от того, что происходило. — Тебе казалось.

— А сейчас всё в прошлом?

Рука Ледова достигла моих трусиков, легла на крохотную преграду кружева и чуть сжала плоть через тонкую ткань.

Он определённо знал, что нужно делать, чтобы породить возбуждение.

— А сейчас… не знаю, — пискнула я и оттолкнула от себя ладонь Глеба.

Оправила платье и быстрым шагом направилась прочь из столовой. Во-первых, мне нужно было время, чтобы совладать с тем, что породил во мне Ледов.

А во-вторых, я всё же рассчитывала, что в ближайшее время у меня появится возможность сбежать. Раз уж мой отец бросил меня на произвол судьбы, никакого выбора у меня не оставалось. Я была обязана обрести свободу, но бороться за неё должна была в одиночестве.

И отступать от своих потребностей не собиралась.