Достать со дна черствеющее сердце - Алексей Чайчиц

– Давай покажу.

Встал на ее место, медленно показывал и смотрел на нее, чтобы видеть, поняла ли она. Маша будто витала в облаках. Не слушала, а может, не хотела слушать, но слова ее поспорили с моей наблюдательностью.

– Да, да, теперь поняла!

Встала и вновь совершила ошибку.

– Нет, неверно. Выгнись, прошу.

Я не выдержал, подошел к ней вплотную, рукой надавил на ее поясницу и сделал упражнение вместе с ней.

– Теперь ты справилась, умничка.

Потом мы пошли приседать и тут я начал подозревать неладное. Каждое упражнение было фальшивым. Я помогал, объяснял, но она ошибалась, а я не понимал, что сложного. Тренировать парней, конечно, легче, они все схватывают на лету, а девушки – другое дело. Медлительны и траектория неверная. Нужно самому показывать каждое движение и помогать. «Ничего, – успокаивал я себя. – Все будет хорошо».

Мы подошли к тренажеру Смита. Это рама для силовых упражнений, в нашем случае – для приседаний. Штанга, рельсы, фальшивить тут практически невозможно, поэтому все упражнения обычно делаются идеально. Прежде чем Маша приступила, я показал упражнение и увидел понимание в ее глазах.

Носки чуть шире плеч. Ее позиция и движения были идеальными. Она мало чем отличалась от бывалых «фитоняшек», как будто давно уже в деле.

И вдруг я посмотрел на Машу другими глазами: как мужчина, а не тренер. Мой фокус внимания сместился и растворился в сексуальном контексте, я начал оценивать привлекательность девушки. Ее фигура и милая внешность вместе с покладистостью кошки меня радовали…

Смотрел, как глубоко дышит, как капли пота стекают с шеи, как двигаются широкие, женственные бедра… Я видел перед собой обнаженную женщину, хотя она была одета. Видел ее насквозь, ведь меня не обмануть бюстгальтером push-up и другими уловками. Все как на ладони. В голове замелькали пошлые мысли, но я быстро очнулся и отогнал их, как назойливых мух. Старался быть серьезным и не подавать виду.

Стемнело, в зале никого уже не было, когда мы завершили первую тренировку. В раздевалке Маша поблагодарила меня и заплатила десять баксов.

– Фух, круто! Очень понравилось! Как я, не совсем тупенькая?

– Ты молодец. Все постепенно сделаем, сегодня ты уже многое узнала, а всю программу тренировок и питания скину в личку. До встречи на следующем занятии.

* * *

Наступило утро. Я все еще был обеспокоен мнимой беременностью своей подруги, но работа и тренировки отвлекали. Во всей этой суматохе, примеряя женские тела, работая, катаясь в университет, я успевал вести переписку с той, которая была далека и недоступна… Наверное, именно поэтому к ней у меня было другое отношение.

Ханна для меня не существовала, ведь я не мог ее увидеть, ощутить тепло ее кожи, аромат духов, не мог услышать ее смех, не мог поцеловать. В глубине души, которая не хотела верить в любовь, жила надежда. Надежда с именем «Ханна».

Когда я ждал сообщения или писал сам, словно переносился в альтернативную реальность, где Ханна была «той самой». Не знаю, почему… В моем воображении она рисовала улыбку на лице и отводила за руку в детскую комнату и там мы играли, смеялись, веселились и были собой. Две одинокие души, заблудившиеся в соцсетях.

– Ханна…

Я писал это с трепетом.

– Доброе утро!

– Добрый день уже! Как спала, моя хорошая?

Писал «моя» – так много значит это слово… Считал ее своей, обозначал это и, видимо, заставил ее поверить, что моя.

– Ну да… Уже день. Спала хорошо, не хотелось просыпаться. Сейчас думаю быстренько сгонять за пирожными в кондитерскую за углом. Как ты? Какие планы?

– Мои планы? Я на учебе, а после нужно ехать в зал тренироваться и тренировать. Наняли меня как тренера. Девушка. Вот и буду тренировать ее. А в остальном все как всегда: жду тебя в Минске.

– Тренируешь? Девушку? Понятно. Молодец.

И вдруг я понял, что впервые задел ее чувства. Неужели ревность?

– Ты чего? Ревнуешь что ли?

Вообще, игра на чувстве ревности, безразличие и манипуляции были стандартными техниками, которые помогали мне запросто получать женщин. По отношению к Ханне это было неуместно, ведь планов я не строил и любил воображать, что между нами нечто большее, чем просто переписка.

– Нет. Не ревную. Все нормально.

Приятно ощущать себя нужным, особенно когда тебя не желают ни с кем делить, отказываются даже думать о том, что ты общаешься с кем-то еще. Мы оба понимали, что жизнь течет по привычному руслу и многое даже не обсуждали. Но тяжелый фон чувств, который постепенно окружал нас, был уже крайне близок и опасен.

Для меня наша переписка перестала быть просто игрой. А для нее? Надеюсь, тоже. Старался не думать обо всем этом, а может, боялся признаться, что во мне уже появилось семя и оно прорастает, корнями пробираясь прямо в сердце…

– Знаешь, я запуталась. Во мне давно не было чувств, только пустота. Все те, кого я встречаю, идиоты. Я замечаю, что меня тянет к человеку, которого я даже не видела, это нездоровые ощущения! Да, ревную тебя! Ревную того, кто где-то там, когда я где-то тут… Мы тоже идиоты! Вокруг нас столько людей, а мы ищем вдали призрачное, иллюзорное… И я уже не могу с этим справляться!

– Знаешь, ты права, я боюсь признаться, но тоже ревную тебя. Мне не хочется думать, что, помимо меня, тебе пишут другие. Я стараюсь не думать, но понимаю, что это так. Так и ты думаешь обо мне. Представь, как все это красиво… Два человека, незнакомые в реальной жизни, ревнуют и пишут друг другу о чувствах… А что тогда будет, когда мы увидимся? Я же изобью любого, кто посмотрит на тебя!

– Да, звучит не очень разумно, даже глупо, но мы так молоды… Наверное, для нас это нормально? А если даже нет – плевать! Плевать, что думают другие, у нас вся жизнь впереди! Возможно, совместная.

– Даже так? Где подписать бумаги?

– Я уже за нас все подписала!

– Моя женщина! Мне пора спать, завтра на работу, а я не могу оторваться от тебя!

– Сладких снов и хорошей работы тебе. Целую и засыпаю в твоих руках…

– А я – в твоих.