Достать со дна черствеющее сердце - Алексей Чайчиц

– Ты не мог бы помочь сегодня с автоматами, пожалуйста? – спросила управляющая, сложив руки, будто в мольбе. Странно и приятно, ведь могла и просто приказать.

– Конечно, конечно.

Поправил чуть мятую рубашку – гладить ее не находил ни сил, ни времени, хотя переживал, что все вокруг замечают мою неопрятность.

Пришло много клиентов и я стал помогать девчонкам: советовал посетителям, на каких автоматах ставить. Не то чтобы я знал, где ждет успех, но мои наблюдения и откровения клиентов указывали, что нужно играть на тех автоматах, которые, как говорят, «много съели». Сытый автомат дает выиграть.

Это всего лишь механизм и можно отследить, как он работает. По сути, я начал помогать тем, кто пришел, на нас заработать. И вашим, и нашим? Не совсем… Обмануть автомат нереально, если в нем нет сбоя, но мне по-человечески хотелось расположить к себе клиентов, сделать добро.

Вдруг один из них сорвал джекпот и начал напевать песенку: «Секс бом, секс бом, бом, секс бом…» Я увидел, как его глаза наполняются слезами восторга. Не думал, что взрослые умеют так искренне, по-детски радоваться. Его улыбка обнажала все тридцать два зуба и, казалось, готова была порвать лицо.

Потирая руки, он подозвал меня.

– Эй, Андрей, пойди сюда. Классный ты мужик! Не соврал! Вот, на тебе, заслужил.

И положил мне на ладонь первые чаевые. Здесь уж и я улыбнулся, было очень приятно да и чаевые в двадцать долларов показались мне великой щедростью.

– Спасибо большое! Как смог, так помог.

Он подмигнул в ответ и похлопал по плечу, а я с чувством удовлетворения принял чаевые как дар свыше, одобрение своего поступка и знак, что я все сделал правильно.

Вскоре мои ненавязчивые и точные советы превратили меня из охранника в любимчика клиентов. Они стали давать мне чаевые все чаще и каждый раз, когда приходили в заведение, здоровались и интересовались, как мои дела.

Я думал, что чаевые – это лишь мои деньги, но оказалось, нет. Вечером девочки решили со мной поговорить и Катя позвала в кабинет.

– Прости, ты не мог бы зайти на минутку?

– Да-да, иду.

Я решил, что разговор будет о каких-то рабочих моментах или же личных просьбах, но, когда вошел в кабинет, увидел на лицах девушек озабоченность.

– Что случилось?

– Хочу кое-что разъяснить. Все чаевые, которые мы получаем, складываем в общак, а потом делим на всех. У нас такие правила. Пока ты стоял на охране, они на тебя не распространялись, но теперь ты работаешь на автоматах, поэтому надо делиться, не против?

Я на секунду задумался, потому что уже успел придумать, куда потрачу деньги, и заранее поделил шкуру неубитого медведя. Немного огорчился, потому что чаевые получал хорошие и на удивление чаще, чем девчонки. Но правила есть правила, конфликтовать не хотелось. «Да, никаких проблем», – сказал я.

Катя приятно удивилась и улыбнулась. Видимо, ее впечатлило мое согласие, потому что она ожидала, что буду сопротивляться и конфликтовать.

– Слушай! – воскликнула Катя на радостях. – Ну ты, конечно, даешь! А что ты им говоришь? Мы кружимся, как пчелки, улыбаемся, строим глазки, намекаем и выпрашиваем каждый доллар чаевых. Мы, девочки! А ты ничего особенного не делаешь, а они рады и сами пихают тебе в карманы деньги! В чем секрет?

Никакого секрета не было. Просто люди не дураки, хотя и любят обманываться. Доверие и признание строятся на бескорыстной помощи и добром слове, а не на фальшивой вежливости и намеках. Нет! Здесь все так же, как в постели с женщиной.

Секс по взаимному интересу делает тебя счастливым и удовлетворенным. Купленная любовь столь же искусственна, как плохая игра в кино, а потому не вызывает ничего, кроме отторжения. Я честно пытался помочь людям, не надеясь на чаевые. Наверное, клиенты это чувствовали, вот и рады были поделиться успехом.

– Вот как? Возможно, – ответила Катя на мои объяснения, задумалась и ушла.

Мне стало еще приятнее, я понял, что точно поступаю верно.

* * *

Перерыв, время на еду. В зал вошли двое незнакомых молодых мужчин. Я было встал, чтобы поинтересоваться, кто они, но девчонки вскочили со своих мест так, будто под их мягкими попками взорвались петарды.

– Ааааааааа! – с криками они прыгнули в руки парней, и закружились, как в парных танцах, и в объятиях засыпали поцелуями.

Я, конечно, догадался, что это их парни и что работают они тоже вместе. Но почему я их ни разу не видел?

– Привет, я Андрей, – сказал и протянул руку обоим по очереди.

– Привет, Стас.

– Привет. Я Тоха.

– Я новенький, в охране.

– Да, вижу, – Тоха улыбнулся и о чем-то заговорил с Вероникой.

Стас был парнем Кати и я заметил, что он не так уж рад моему присутствию. Я уже видел этот взгляд – холодный и сфокусированный, устремленный чуть мимо моих глаз. Стас наблюдал за мной, обнюхивал, как обнюхивают дворовые псы друг друга. Он осторожно оценивал, насколько я опасен.

Крепкое рукопожатие – проявление силы. Мне это тоже знакомо. Я все это уже видел и ощущал, когда ко мне приходили выяснять отношения мужчины, униженные изменами своих женщин.

Я улыбнулся Стасу, словно ничего не понял, но я не понимал лишь причин его холодности. Может, он знает меня, а может, со всеми такой. Или я просто ему не понравился… Причин может быть миллион, но это не важно. Секунду спустя он уже обнимал Катю, никто и не заметил тучку, которая пролетела над нами.

Когда парни ушли, я решил кое-что выяснить.

– Катя, а почему твой парень не работает с тобой?

– Нас поставили в разные смены. Ему это не нравится.

– Понятно. Жаль, конечно, но ищите в этом плюсы.

– Да, все нормально, не бери в голову. Пора открываться, клиенты ждут.

В перерывах между работой я вел переписку с Ханной. В такие моменты моей улыбкой можно было освещать континенты. Мы уже плотно подсели на друг друга и тратили немало времени на то, чтобы обсудить все на свете. Катя с интересом наблюдала за этим.

Так прошла еще одна неделя. Жизнь кипела, я успевал быть и охранником, и тренером, и студентом, и даже тусовщиком.

Когда тебе девятнадцать, ты всемогущ.