Скандальная связь - Слава Доронина

– Я действительно с ним спала.

Всё дрожит внутри. Отец бледнеет и хватается рукой за стол. 

– Я в куче долгов, Регина, – произносит он надломленным голосом. – У нас серьезные проблемы. Ты не можешь даже представить их масштабы. Ибрагимов был нашим единственным шансом, – грозно продолжает отец. – Сегодня же дадим опровержение в прессу, собирайся к врачу.

– Что? – Я шокирована. – Зачем?

– Исправлять ошибки, которые ты натворила! Свадьба состоится, хочешь ты того или нет. 

– К врачу зачем? – сиплю я.

Всё мое существо восстает, когда начинаю понимать, к чему он клонит. Я надеялась, что до подобного не дойдет.

– Хочу убедиться в правдивости твоих слов. И если ты мне не солгала, то будем восстанавливать потерянную честь. Я из-под земли достану этого мерзавца и сотру в порошок. Собирайся. 

– Нет! Я никуда не поеду. Ты не можешь...

Меня скручивает от боли в животе с такой силой, что я сгибаюсь пополам. Папа знает об этой особенности моего организма. Дает время немного прийти в себя и, когда выпрямляюсь, произносит ледяным голосом:

– Сегодня останешься дома и отлежишься, а завтра утром поедем в клинику. Проведешь там несколько дней. Иману я скажу, что у тебя случился стресс на фоне всей этой шумихи и ты сильно переживаешь. А потом ты вернешься к обычной жизни как ни в чём ни бывало. И чтобы нигде, никогда и ни при каких обстоятельствах я не слышал о том, что это правда. Ты меня поняла? 

– Папа, ты совершаешь ошибку.

Из глаз начинают катиться слёзы.

– Это ты ее совершила! Все участники беспредела, абсолютно все, будут наказаны. С твоим отцом, Жанна, я сегодня же переговорю. С этого дня ты в нашем доме персона нон грата, – обращается он к помертвевшей подруге. 

Папа выходит из комнаты, пошатываясь, а я всё же сдаюсь и на слабых ногах иду в туалет. После того как прочищаю желудок, становится чуть легче, в голове проясняется. 

– Это было действительно страшно, – удрученно произносит Жанна и подходит к столу, перебирая газеты и журналы.

– Извини. Я предупреждала.

– Да ладно. Но, похоже, всё безрезультатно. Сейчас тебе восстановят девственность, потом дадут опровержение в СМИ, а через месяц, или когда там, у вас свадьба с Ибрагимовым, ты станешь подневольной пташкой. 

Едва сдерживаюсь, чтобы не завыть от отчаяния. 

– Знаешь, видимо, у твоего отца действительно серьезные проблемы. Ну должна же быть причина подобной настойчивости? Что он так вцепился в этот брак? 

– И что мне теперь из-за его проблем жизнь себе гробить? 

Жанна забирается на подоконник и печально смотрит в окно. 

– А если он и правда этого Эрика найдет и голову ему открутит? 

Сейчас мне почему-то не до мыслей о везунчике. К тому же он вон какой живучий. За себя больше переживаю. Предстоящая свадьба вводит в такое отчаяние, что хоть из окна прыгай. Ведь придется спать с мужчиной, к которому отношусь, как к отцу. Если с Иманом хоть отчасти окажется так же приятно, как с Эриком, это обнадеживает, но я знаю, что подобного не будет. Уважительно относиться к человеку и желать с ним близости – это не одно и то же.

– Ты спать, что ли, собираешься? – удивляется Жанна, когда я стаскиваю покрывало с кровати и ложусь, сворачиваясь клубочком. 

– Меня вырубит сейчас. Перенервничала. Совсем мозги не соображают в такие моменты. 

Надо успокоиться, привести мысли в порядок и подумать, что делать дальше.

– Рин, – доносится глухой голос подруги, – ты правда завтра в клинику поедешь?

– Правда. Лучше и впрямь побыть несколько дней вдали от отца, пока он не успокоится. Жанна, ты только не прогибайся и ничего отцу не рассказывай, хорошо? Он попытается на тебя давить, а ты гни свою линию, говори, что ушла из клуба раньше меня. 

– Переживаешь за Эрика? 

– Не знаю, – сдавленно выдыхаю я.

Но слова отца, что абсолютно все участники моей выходки будут наказаны, выжигают внутренности и сеют панику в мыслях. Особенно учитывая, что везунчик ни сном ни духом, откуда у провинциалки такой влиятельный отец. Одно дело на экстремальном склоне сорваться, а другое – за секс по голове получить. Который даже не хотел продолжать, но кое-кто был отважен и настойчив. 

– Запиши в заметки попросить у Гудвина ещё чуть-чуть смелости и пришли мне в сообщении.

– Что? – непонимающе спрашивает Жанна. 

Да, не поможет. Гудвин – волшебник, а я давно не маленькая девочка, чтобы верить в сказки. 

– Что ты снова задумала? 

– Пока ничего. Но обязательно что-нибудь придумаю.