Наследник для нелюбимого - Слава Доронина

— Любишь опаздывать? — спросил он, разглядывая меня.

— Нет, я всегда стараюсь быть пунктуальной. Но этот случай — особенный. Я долго сидела в машине и не торопилась выходить к тебе.

— Почему? — искренне удивился он.

Я закусила губы, а потом холодно ответила:

— Потому что уверена, что совершаю большую ошибку, приехав на это свидание.

— Как раз наоборот, — в его голосе послышались насмешливые нотки. — Ты все сделала правильно.

— Я решила с тобой только поужинать, на горячее продолжение это никак не тянет. Давай проясним этот момент сразу.

Он ухмыльнулся, его рука легла мне на талию, а я неосознанно вздрогнула, ощущая эмоциональное напряжение рядом с ним.

— Давай, проясним, — согласился он. — Я не обещал тебе, что не буду добиваться твоего расположения, — произнес он с улыбкой на губах. — Мои мотивы насчет тебя достаточно понятны?

Очаровательный и пугающий. Этими двумя словами я бы могла кратко охарактеризовать мужчину и чувства, какие он у меня вызывал.

Я ничего не ответила на эти слова. Странно было, если бы я услышала от него что-то другое.

Мы зашли в здание, я осматривала интерьер восхищенными глазами. Внутри оказалось даже красивее, чем я предполагала. Высокие колоны и бежевые оттенки наталкивали на мысль, что я попала в средневековый замок. Я забивала в интернете средний ценник меню в этом месте и… такие развлечения и прикосновения к прекрасному мне были еще не по карману.

— У нас будет отдельная комната? — удивилась, я когда мы прошли через весь зал и Руслан остановился у двери с красивой табличкой.

— Комната? — хмыкнул он. — Да там почти целый зал! Погоди… Ты меня боишься? Думаешь, я не умею держать себя в руках и привел тебя не на ужин, а, чтобы начать домогаться сразу же, как только мы окажемся за этой дверью? — сощурив глаза, она наблюдал за мной.

— Не знаю… — я пожала плечами.

Такие мысли меня действительно посещали, но Руслан не казался беспредельщиком, и не внушал чувства страха. Если и пугал меня, то несколько в другом ключе.

— Я уверена, что ты не позволишь себе в моем отношении никаких вольностей, особенно, если я буду против.

— Откуда такая уверенность? — поинтересовался он.

— Я всегда веду себя с людьми так, как хочу, чтобы они поступали по отношению ко мне. Я не хамлю, не вторгаюсь в личное пространство посторонних людей и уважаю чужое мнение.

Он задержал на мне посерьезневший взгляд и сдержанно кивнул.

— Ничего не будет, пока ты сама этого не захочешь. В любой момент ты вправе встать и уйти.

Именно это я и хотела от него услышать. Главное, чтобы теперь я захотела встать и уйти, потому что отчетливо понимала, что он захочет сделать все для того, чтобы у меня даже не возникло такого желания.

Мы подошли к красиво сервированному столу и Руслан отодвинул для меня стул. Комната и в самом деле больше походила на огромный банкетный зал. Никакого намека на интим, но романтичная обстановка была налицо. Официант появился в ту же секунду и предложил нам меню. Я мельком взглянула в лицо Руслана и вспомнила о недавней аварии, о нашей вчерашней встрече в клубе и его напористости… Мне нравилось, что он умел держать себя в руках. И в тоже время был настойчив. Как эти два качества уживались в мужчине, не знаю, но тем не менее это выглядело очень достойно и по-мужски.

— Я буду салат из запеченных овощей, стейк из лосося и… мороженное на десерт, — я закрыла меню и отложила его на край стола.

— Мне стейк из говядины, — произнес Руслан, не отводя от меня глаз.

Официант кивнул и вышел из зала, а мой спутник, откинувшись на спинку стула, вперился в меня прищуренным взглядом. Он часто бывал в этом месте? Водил сюда девушек, чтобы произвести на них впечатление?

— Расскажешь о себе? Почему врач? Ты слишком прямолинейна и бессердечна для такой профессии.

— Обычная история, — я проигнорировала его колкие замечания и намеки. — Мама долго болела, я в старших классах поняла, что мне это пригодится в жизни, чтобы ухаживать за ней… В итоге не пригодилось, она умерла, когда я училась на последнем курсе. В остальном же моя жизнь, как и у большинства: дом, работа, друзья. Прямолинейна говоришь? — я ухмыльнулась. — Это только с тобой. Если тебе вовремя не дать отпор, то ты сметешь все на своем пути. А бессердечность… Никак не можешь забыть, что я не спросила у Веры о твоем самочувствии, когда оставила в клинике одного?

— Почти так, — сдержанно кивнул он. — А личная жизнь? Ты все-таки не свободна? Или у тебя временный разлад в отношениях? Ты ведешь себя так, словно Пушкин с тебя писал своего «Евгения Онегина». Ты из тех женщин, для которых порядочность и семейные ценности дороже запретного чувства, я прав?

— Я бы не сидела здесь сейчас с тобой, будь у меня отношения и мужчина. В прошлом у меня были длительные отношения, которые недавно закончились, — мне стало не по себе от пристального взгляда темных мужских глаз. — А ты… Ты и в самом деле свободен?

— Да, — уверенно ответил он. — И никогда не был женат. У меня нет детей и ничего, что могло бы тебя отпугнуть. Семейные ценности у меня в почете, но я прагматик.

— С чего ты решил, что наличие бывший жены и ребенка меня отпугнуло бы?

Я задержала взгляд на татуировках, которыми были покрыты кисти его рук и подумала о том, что нельзя слепо доверять человеку, как бы он к себе не располагал. Маловероятно, что он сидел в местах не столь отдаленных, но тем не менее, я ничего о мужчине не знала…

— Такая притворщица… — ухмыльнулся он, а я вскинула подбородок. — Я к тому, что ты пытаешься показать, что уверена в себе и не боишься меня, но это не так, — задумчиво произнес он. — Что думаешь на этот счет?

Поднял руку, заметив, что я рассматриваю его татуировки с заинтересованным выражением на лице. Расстегнул пуговичку на манжете и закатал рукав рубашки по локоть, показывая мне рисунок. У него все тело было покрыто татуировками?

— Самая популярная, какая, наверное, приходит многим, кто видит татуировки — это, что человек сидел в тюрьме и как-то связан с преступной деятельностью. Или скрывает шрамы. Ты не сидел, — я покачала головой.

Мужчина хоть и был слишком самоуверенным, но на беспредельщика не тянул, очень хорошо держал себя в руках. А если он и сидел, то это было очень давно.

— Я не сидел, — он снова ухмыльнулся, а я незаметно выдохнула.

Значит оставалась бунтарская молодость, увлечение каким-нибудь неформальным движением или же скрывал таким образом шрамы.

— Не знаю… — протянула я. — И фантазию подключать не хочу. У тебя все тело в татуировках? — спросила я.

— Хочешь, чтобы я снял рубашку? — он насмешливо приподнял одну бровь. — А говорила, что нас ждет безобидный вечер и никакого горячего продолжения…