Хороший плохой босс - Николь Келлер

– Да, меня тоже, на этих условиях я согласен подписать договор, – произнес Вячеслав, ставя свою размашистую подпись. Марк подписывает свои экземпляры и пожимает руку теперь уже партнеру.

Мне даже не верится, что с завтрашнего дня я могу быть свободна, паковать чемоданы и заказывать билеты. Но не тут-то было.

– Послезавтра будет организован корпоратив для всех сотрудников обеих фирм. Присутствие обязательно, – Марк прожигает меня темным взглядом, словно заранее знает, что я откажусь. А я намерена приложить все усилия, чтобы не присутствовать на этом празднике.

Потому что послезавтра день, когда Марк сделал мне предложение. День, который я всегда вспоминаю со слезами на глазах и тоской на сердце от того, что моя сказка была так быстротечна и не завершилась хеппиэндом, а мой ребенок, для которого я желаю самого лучшего, растет без отца. Которого я, увы, заменить не в силах.

– Меня не будет, – твердо произношу, стойко встречаясь с темными омутами Марка.

– Это не обсуждается, – отрезал ледяным тоном Воскресенский, чем начинает меня злить.

– Смею напомнить, Марк Валерьевич, что я на вас не работаю и вашим приказам не подчиняюсь. В конце концов, моя миссия выполнена – договор подписан, и я могу быть свободна.

Все это время Вячеслав наблюдает за нами с ленивой усмешкой, скрестив руки на груди. Для полноты картины ему попкорна не хватает.

– Смею напомнить, – возвращает мне мои же слова Марк в язвительном тоне, тряся подписанным договором, – что, пока документы не пройдут регистрацию, вы все еще работаете на Вячеслава. А мы, судя по подписанному договору, отныне партнеры. А, значит, я и ваш босс тоже. И вот мое требование: присутствие обязательно. Добровольно – принудительно, называйте, как хотите. Но я лично проверю, были ли вы на мероприятии.

– А если не приду, то что?

– Тогда я оставлю вас без зарплаты и напишу такую характеристику, что вас ни в одну фирму не примут. Даже простой уборщицей.

Ха, засранец еще не знает, что я неплохо устроилась в Штатах. И свою характеристику он может засунуть себе в…там ей и самое место.

– Что ты сказала?! – угрожающе прошипел Марк, резко теряя субординацию, и мрачнея на глазах. Упс, последнее я, кажется, произнесла вслух. И довольная улыбка тут же расползлась на моем лице. А как тебе это, Воскресенский?!

Но неожиданно в наш «любезный» диалог вмешивается Вячеслав, спутав мне все карты.

– Екатерина, а не составите ли вы мне компанию? Дело в том, что мне не с кем пойти, а одному идти нет желания – не комильфо, да и не хочется весь вечер отгонять от себя назойливых барышень.

– Так, может, лучше вообще не ходить? – съязвила я, усмехнувшись.

– Не могу, положение обязывает. Соглашайся, обещаю, что скучно со мной не будет.

Я кожей чувствую злость Марка, она повисла в воздухе между нами, наэлектризовывая его. И чтобы хоть как-то насолить ему, тяну со злорадством, несмотря на то, что знаю – этот вечер вскроет мою душевную рану, оставив после себя выжженное поле:

– Уговорили, Вячеслав. Тогда до встречи на вечере.

Пора перестать залатывать мою душевную дыру белыми нитками. Надо пережить этот день и перестать возвращаться к нему из года в год. Между нами уже ничего не может быть. Между нами сейчас не только океан, но и непреодолимые обстоятельства в виде его жены и ребенка.

Да, Китенок растет без отца. Да, Марк сам не захотел о нас знать. И даже ни разу не поинтересовался сыном и дал понять, что счастлив с женой (вот насчет этого у меня сомнения!). Но тогда, четыре года назад, мне смогли внушить и записать на подкорке моего сознания, ЧТО может случиться со мной или ребенком, если я еще раз напомню о существовании Китенка…Поэтому я сцеплю зубы, буду по ночам выть в подушку, но буду молчать до последнего!