Насильно твоя-2 - Мария Устинова

Официант догнал нас на пороге.

Андрей пропустил его в комнату, подождал, пока тот переставит на столик бокалы. Низкий и квадратный — с водкой. Мне — высокий с голубым содержимым, разноцветными трубочками и высокой шапкой нарезанных фруктов.

Не зная, что делать, я стояла, обхватив себя руками. Если привыкла бояться мужчин, от этой привычки не скоро избавишься. Комната была стандартной — в такой же я когда-то танцевала для Эмиля.

Андрей закрыл дверь, и мы остались одни.

Сегодня он вооружен — из-за пояса сбоку торчал бугор. Андрей прикрыл его рубашкой и пальто, но все равно видно. И не такой приветливый, как всегда. Словно у него дела, а я все испортила, когда притащилась.

Тишина стала такой густой, что на хлеб мажь. Он не улыбался, на спокойном лице паралич перестал бросаться в глаза. Смотрел недобро, не заботясь, что пугает. В кровь просочилась прохладная струйка страха.

Он ведь тоже замешан в этой истории. Эмиль предупреждал быть с ним осторожной. Я так и не узнала, где он был, когда меня насиловали, а моего мужа пытали.

— Дина, девочка, — бездна в глазах Андрея стала гуще. — Обо всем, что тебе интересно, можно спросить у меня.

Надо как-то выкручиваться.

Я вздохнула и села на диван. Поиграла трубочкой в бокале, чтобы спрятать страх.

— А что я такого сделала? — покачала я головой. — Просто спросила, что с тобой… Извини, не знала, что секрет.

— Ты об этом? — он прижал пальцы к неподвижному участку рядом со ртом. — Я поэтому тебе не нравлюсь? Из-за уродства меня во френдзоне держишь?

Я удивленно подняла глаза. Стало неловко, что он так решил.

— Даже не думала об этом, — честно ответила я.

— Это старая травма, Дина, — глаза стали злыми, словно я неосторожно причинила боль вопросами. — Не твое это дело. Зачем ты пришла?

Я замолчала, опустив взгляд. Впервые за последний год во мне вскипела злость — не тихая-задавленная, а настоящая. С какой стати он меня отчитывает? Я этого дерьма от мужа наслушалась… а он мне даже не муж.

— А почему нет? — я вскинула глаза. Рука дрожала, но я не опускала взгляд. — Я что, не могу отдохнуть? Выпить с подружкой?

— Та знаешь, кто это такая? — резко спросил Андрей, показав в сторону выхода. Угол рта дернулся от тика. — Это сестра Захара. Которого твой мудак удавил. Хочешь любезничать с ней дальше?

Трубочка выскользнула из пальцев.

— Что? Она?..

— Она тебя ненавидит, как и твоего мужа, — зарычал Андрей. — Знаешь, что они решат, Дина, если ты будешь здесь тереться? Что Эмиль послал тебя шпионить!

Последние слова он почти прокричал. Я вздрогнула и опустила глаза. Меня всегда смущала агрессия, а когда ее проявляет мягкий, как мне казалось, человек…

— Люди Федорова уже здесь, весь город на ушах… А ты решила на себя огонь вызвать? Понимаешь, что с тобой сделают? Тут не место женщинам! Он утянет тебя за собой!

— Перестань! — со слезами в голосе попросила я.

Мой запал угас, губы дрожали. Он напомнил, что со мной могут «сделать». Ничего хорошего. Я понятия не имела, что эта чертова блондинка сестра и жена злейших врагов Эмиля.

— Послушай меня, — голос стал незнакомым, сдавленным, словно Андрей подавился куском горечи. — Я все понимаю, но иногда лучше закрыть хлебало и не нарываться. И сегодня тоже. Потому что люди, которые придут, хуже, чем те, которых ты видела…

— Ты их боишься? — прямо спросила я.

— Есть ситуации, с которыми приходится смириться, — он вновь прикоснулся к неподвижному участку лица. — И когда придут те, кто в этом виноват, я заткнусь и буду терпеть. Сделаю вид, что все в порядке. Как Эмиль. Как ты. Это понятно?

В словах был непривычный жар.

Он сказал больше, чем собирался — не словами, эмоциями.

Андрей тоже ждет встречи, на которой и для него решится что-то важное. У Эмиля это будущее. А у тебя, Андрей?

Он так и не сказал, что ему от нас надо. Может быть, потому, что цена слишком высока. У него свой план, своя цель — в конечном итоге, Андрей тоже может оказаться врагом.

Я рассматривала его, пытаясь увидеть правду за закрытым лицом. Лицом, которое предпочитало быть насмешливым или ироничным, чтобы не увидели суть.

— Тебе что-то нужно от людей, которые приедут? Они тебе… что-то сделали?

Недомолвки, странная реакция на расспросы — все указывало на то, что Федоров и его компания чем-то ему насолили. Оставили ему «уродство», как он выразился? И если даже Андрей — который легко пошел против всех, и перестрелял кучу народа там, в подвале, боится его и не хочет прямо конфликтовать, а пытается сделать это через моего мужа, то Эмилю тем более не стоит рисковать!

— Успокойся, тебе ничего не грозит, — сказал Андрей. — У них вещь, которая мне нужна. Сейчас я помогу Эмилю, а когда придет время, он поможет мне. Это все.

— А Эмилю грозит, да? — вырвалось у меня.

— Я не волшебник, Дина. И ничего гарантировать не могу. Он сам пошел на риск. Я не могу действовать против них открыто…

В дверь постучали, и Андрей осекся, оборачиваясь. Рука легла на рукоятку пистолета.

— Войдите, — велел он, не снимая руки с оружия.

Напряженная фигура Андрея закрывала проем. Я вытянула шею, пытаясь рассмотреть, кто там — на порог легли две тени.

— А мы тебя ищем, — низкий, неуловимо издевательский голос неприятно резанул по ушам.

— Что меня искать, — Андрей опустил руку, но тон остался настороженным. — Я всегда здесь.

В комнату вошли двое парней в черном. У обладателя низкого голоса оказалось широкое лицо, с приплюснутым, как у гоблина носом, и покатый лоб. На влажной кожаной куртке, словно на улице шел дождь, отражался свет. Второй выглядел лучше, но тоже до интеллигента не дотягивал. Это и есть люди Федорова?

— Мы тебя уважаем, Андрей. К тебе пришли первому, — «гоблин» нагло уселся рядом со мной, и расправил полы куртки. В наплечной кобуре мелькнула здоровенная рукоять пистолета. — Есть вопросы.

Как вспугнутая птичка, я вскочила и отошла за диван. Второй остался в дверях, так что Андрея они, получается, окружили. Мне из темного угла, напротив, открылся отличный вид на комнату. Только бежать некуда, если припрет. Прямо нам не угрожали, но давили присутствием.