Насильно твоя-2 - Мария Устинова

Андрей взглянул поверх сидящего на диване «гоблина».

— Дина…

Затаив дыхание, я ждала, что он скажет. Не знаю, какого «старого друга» имели в виду… Если речь о Владиславе, мне нужно остаться! Андрей помог в подвале, благородно поступил со мной… Но море тайн и отчетливое двойное дно не давали ему довериться. Я не уверена, что он расскажет правду об этом разговоре.

Если речь пойдет о будущем Эмиля, я не только не хочу — не имею права уйти.

Но Андрей кивнул на дверь.

— Подожди в баре.

Я направилась к выходу, лихорадочно пытаясь найти лазейку. А когда поравнялась с Андреем, неожиданно для всех прильнула к нему. Под распахнутым пальто обвила напряженное тело руками, и заглянула в глаза. Андрей вздрогнул, темные глаза стали изумленными.

— Можно я останусь? Страшно одной, а ты опять долго, — внутри меня трясло, но я кокетливо улыбнулась. — Ну, пожалуйста…

«Я хочу остаться», молил мой взгляд.

Я красивая девушка, но редко этим пользуюсь. В последний раз — когда втиралась Эмилю в доверие, чтобы лечь в его постель. Чем это закончилось, лучше не вспоминать… Но я надула губы, чертя коленкой по жесткому бедру. Веки Андрея дернулись, словно он хотел моргнуть, рот приоткрылся. Вблизи асимметрия лица стала заметнее.

Вряд ли у него было много таких, как я.

Я провела ладонями по груди, сцепила их на шее, прижимаясь всем телом, и снова попросила:

— Пожалуйста!..

— Слушай, Дэн… — он погладил мою спину. — У меня от любимой нет секретов… Спрашивай при ней.

Поплыл.

Андрей наклонился, словно за поцелуем. Я нерешительно застыла, глядя исподлобья. Когда я решила изобразить его девушку, поцелуев в планах не было. Но обратно отыграть не получится. Если буду вести себя, будто в первый раз, нам никто не поверит…

Андрей мягко поцеловал меня в губы, явно наслаждаясь безвыходной ситуацией. Вблизи от него слабо пахло ментоловым гелем после бритья.

— Она у меня настоящая леди… На людях не целуется. Скромница.

«Гоблин» мрачно нахмурился.

— Это серьезный разговор…

— Хватит, — бросил Андрей. — Пусть остается. Я все понял, деньги исчезли, Славик мертв… Федоров хочет разобраться, что произошло. Только я не знаю, кто его шлепнул. Клянусь. И где бабки, тоже не знаю.

Мы стояли вплотную, я чувствовала тепло Андрея и слабый запах туалетной воды. На губах горело ощущение поцелуя. Он не мог не заметить, как сильно колотится мое сердце.

Я старалась казаться расслабленной, но руки, как деревянные, лежали на шее Андрея.

— Правильно все понял, — хмыкнул мужик. — Нам нужен убийца Славика. Что в городе говорят?

Хорошо, что они не видят моего лица — я пряталась на груди Андрея. И пыталась вспомнить: а знает ли он, кто замочил бывшего шефа?

Перед глазами как живая встала картина: я импульсивно стреляю в упор, толком не осознавая, что делаю. Я представила это так живо, что почти наяву ощутила запах пороха и сырой печенки. Когда там появился Андрей, все было кончено. Он может не знать, что это сделала я. И тогда подумает на Эмиля.

— Извини, не интересуюсь слухами, Дэн, — отрезал он.

— Богдан или Кац это могли сделать?

— Богдан не знаю… — Андрей задумался. — И на Каца не похоже. Дураков с вами связываться нет… Возможно, кто-то залетный или ищи кому выгодно.

Очень натурально играет. Под слоем шарфа я чувствовала ровный стук сердца, словно Андрей ни капли не нервничал.

Он говорил, что не может выступить против них открыто, но почему? Что так ограничило возможности, что понадобилась помощь Эмиля? И какую вещь он хочет забрать?

— А как насчет тебя, Андрей?

— Меня? — рассмеялся он. — Мне-то это зачем? У нас со Славиком хорошие отношения… Были.

«Гоблин» так долго молчал, что я обернулась. Сцепив пальцы в замок, он смотрел в сторону, поджав губы.

— Илья сказал сосредоточиться на Каце. Не догадываешься, почему? — не дождавшись ответа, бандит продолжил. — Мы проверили фирму, через которую он отмывал деньги. Все работают, сидят бумажками шелестят. А сегодня узнаем, что он разводится и все на бабу переоформляет. Сам скрывается. И ты ничего не знаешь?

Я затаила дыхание. Так вот, что за «рейдеры» были в агентстве. Со слов секретарши, они о чем-то договорились с замом, но Эмилю об этом визите так и не сообщили.

— Я не обязан за ним следить, — отрезал Андрей. — Скрывается? Кац вчера полночи в клубе куролесил, развод праздновал. Хорошо скрывается, ага. Откуда инфа? Ты с кем говорил вообще?

«Гоблин» от досады поджал нижнюю губу и стал еще отвратительнее. Понимаю слова Анны об «уголовных мордах».

— Его сотрудник сказал.

— Ты еще с бабой его поговори, — заржал Андрей. — Там девочка не в себе. Реально не от мира сего. Она и не такое расскажет.

Стало немного обидно, зато этот тип унялся. Не можешь отвести подозрения — высмеивай их и выворачивай наизнанку. Андрей вел себя уверенно, а это иногда лучшее алиби.

— Ладно, Андрей, я понял, — «гоблин» поднялся, второй, судя по шороху кожаной куртки, тоже собрался уходить. — Спасибо за разговор. Илья просил передать, что зайдет. Вам поговорить надо… А к бабе Каца стоит закатиться. Говорят, красотка…

Я плотнее прижалась к Андрею, надеясь, что меня не узнают. В тоне было что-то, что заставило похолодеть. Они направились к выходу, пока я бессильно висела на Андрее. Неожиданно потемнело в глазах, я едва стояла.

— Не заезжай, — вслед сказал Андрей. — Я к ней неравнодушен. Понял, о чем я?

— Понял, — буркнул тот, и захлопнул дверь.

Как только мы остались одни, ноги подкосились. Страшно кружилась голова.

— Эй? — Андрей поймал меня под подбородок. — Ты чего?

— Нехорошо стало, — пробормотала я.

— Дэн тебя до обморока испугал? — он довел меня до дивана и помог сесть. — Он тебя не тронет. Или ты беременна, а?

— Абсолютно нет, — отрезала я, вынимая руку из его пальцев. — Что еще за глупости?

Он не знает, что у меня давно не было близости. Неужели подумал, что я беременна от Эмиля? Почему-то думать об этом было неприятно — словно под наше одеяло влезли.