Ночь. Лифт. Два Босса - Янита Безликая

— Какой вы одарённый, Марк Глебович, — кокетливо опускаю глаза.

Мужская самодовольная усмешка расползается на губах босса.

— Я хочу услышать, как сильно ты меня хочешь.

— Возбуждают грязные разговоры? — улыбаюсь, растягивая пуговицу и молнию на брюках.

— Ты же не собираешься… — голос Марка вибрирует от возбуждения.

— Собираюсь, Марк Глебович, собираюсь, — растягиваю слова, размазывая большим пальцем смазку на головке.

— Черт, — сжимает зубы, опускает взгляд вниз.

От того, что он наблюдает за моими действиями, киска становится настолько мокрой, что не удивлюсь, если останется влажный след на кожаном диванчике.

— Не так быстро, медленней, — командует хриплым голосом, сжимая мою ладонь, показывает, как нравится ему.

— Вот так? — произношу мягко, мысленно схожу с ума от зрелища.

Вместо ответа Марк отстраняет мою руку, но не для того, чтобы прекратить мою шалость, нет. Он смотрит своими зелёными похотливыми глазами в мои и облизывает ладонь.

— Слишком эротично, — шепчу, и он усмехается, возвращая мою влажную ладонь на член.

— Так приятней, — объясняет, прикрывая глаза.

Дальше не было разговоров, только тяжелое дыхание и хриплый стон в конце. Впервые вижу, чтобы так красиво мужик кончал. Без всяких зажмуриваний глаз, искривления губ. Так расслабленно и притягательно.

— Зоя, — лениво посмотрел на меня, спустя пару минут, когда все процедуры по уничтожению улик семяизвержения были закончены.

— Что такое? — приподняла бровь, улыбнувшись.

— Кажется, нам пора завершать ужин, пока мы держим ещё себя в руках.

— Держим себя в руках? — заёрзала на стуле, в трусах потоп, в голове похотливые лозунги.

Если кто и держит себя в руках, то это не я!

— Ты ещё не лежишь на этом столе с раздвинутыми ногами, значит, мы держим себя в руках.

— Если посмотреть на это так, — пожала плечами, сжимая ноги вместе.

Мне так плохо. Словно я кошка и у меня течка.

— Сможешь дойти до машины? — в глазах Марка танцуют чертята.

— Попробую, — приглушенно отвечаю, впиваясь ногтями в ладони.

Дальше все как в тумане, как он рассчитывается за счет, как мы идем через весь ресторан к выходу.

Есть только его рука на талии и моё гиперчувствительное тело.

Как только мы садимся в машину, Марк притягивает к себе и страстно целует.

— Марк, — умоляю между поцелуями.

— Тише, девочка, сейчас мы поиграем, и тебе станет лучше.

— Не хочу играть.

— А кончить хочешь? Вот и будет послушной девочкой.

— Что делать? — требовательно спрашиваю, учащенно дыша.

— Опусти сиденье и ложись, — командует и заводит машину.

Даже мысли нет сопротивляться.

— Умница, а теперь с ними трусики и раздвинь свои красивые ножки.

Зоя послушная девочка, Зоя медленно раздвигает ноги, дразня босса за рулем.

— Ай-я-яй, разве я разрешал к себе прикасаться?

— Марк!

— Какая ты мокрая, — одной рукой держит руль, другой тянется ко мне.

— Да-а, — выгибаюсь от прикосновения пальцев.

Но Марк не продолжает меня ласкать, он отстраняется, облизывает палец и произносит.

— Какая вкусная.

— Я тебя убью, — разъяренно шепчу.

Самодовольно улыбается.

— Хорошо, поласкай себя, только не кончай, пока я не разрешу.

— Изверг, — учащенно дышу, закатывая глаза, ласкаю себя.

Поглаживаю клитор, щекочу малые губы, и вновь возвращаюсь к клитору.

— Убери руки! — произносит, когда все тело выгибается дугой от приближения оргазма.

— Нет!

Оргазм так близок…

— Зоя, убери руки.

Хнычу, сжимая кулаки, смотрю сквозь туман на рыжего дьявола.

Так мучить…

— Умница, дыши, успокаивайся, — тянет, останавливаясь на светофоре.

— Посмотрела бы я на тебя, как ты успокоился, — язвительно отвечаю.

Улыбается, но молчит, внимательно следя за дорогой.

— Можешь продолжить, — разрешает спустя вечность, честное слово.

Внизу даже трогать уже больно, настолько все там чувствительное. От каждого прикосновения вздрагиваю и сладко постанываю.

— Скажи мне, Зоя, что ты чувствуешь? Тебя возбуждает, что я смотрю, как ты себя ласкаешь? Тебе хочется, чтобы вместо твоих пальцев были мои? А может, ты хочешь зажать мою голову бедрами и чтобы я тебе отлизал? Скажи, ты бы смогла сесть мне на лицо? Только представь, сколько власти бы ты получила. Ты же любишь управлять ситуацией, Зоя.

— Ма-а-арк! — чуть ли не кричу, желая кончить.

— Убери руки, малыш, — убивает своей просьбой.

— Пожалуйста! — умоляю.

Ноги дрожат, киска пульсирует, лоно тянет от пустоты.

Марк останавливает машину, и я открываю глаза.

— Иди ко мне, кошечка, — страстно шепчет.

Как я оказываюсь на его коленях, не важно. Важно, как он жадно целует, трахает мой рот языком, как его пальцы трахают меня. Кажется, я вскрикиваю от мощной волны удовольствия.

Меня сносит напрочь. Кто? Что? Как?

— Офигеть, — произношу, придя в себя на груди Марка.

Он нежно поглаживал меня по голове, шепча какие-то ласковые слова, совершенно не приемлемые для его типа личности.

— Ты теперь меня уволишь? — все же произношу, набираясь смелости поднять на него взгляд.

— Мне кажется, это ты завтра придешь увольняться, — усмехается.

Закусываю губу. Ведь такой вариант не исключен.

— Давай договоримся, что работа остается работой. Там я твой босс, а ты моя секретарша.

— А что за пределами работы?

Ух ты, какая я смелая! Все же последний бокал был лишний.

— А за пределами работы мы — мужчина и женщина, которых тянет другу к другу. А что из этого выйдет, покажет время. Не забывай про твою тягу к Алену, — улыбнулся.

— Я точно уволюсь, — ворчу, слезая с колен босса.

— Даже не вздумай, где я найду нормальную секретаршу?

— Не мои проблемы, — усмехаюсь.

— Зоя Аркадьевна, попрошу не опаздывать, — прищурился, когда я вышла из машины.

— Какой же вы зануда, Марк Глебович, — морщу нос, захлопывая дверцу.