Беспечный ангел - Ирина Давыдова

Клим

Мой человек, наблюдающий за домом Любы, а вернее — за ней самой, сообщил мне, что девушка не выходила из дома уже два дня. Меня начали тревожить различные дурные сомнения и мысли. Могла произойти, что угодно, к тому же, по моим догадкам, девушка живет одна, а значит, помочь ей никто не может, в случае чего. Но я не был уверен на сто процентов в ее проживании в одиночестве. И, черт, сколько раз меня подмывало достать на нее информацию, но я сдерживался. Просто желал, чтобы в свое время она сама мне рассказала о себе. И тогда я еще не знал, что скоро обо всем мне поведают, только не сама Люба.

Я не хотел пугать новую знакомую и ждал подходящего момента, чтобы пригласить ее еще раз на работу. Наверное мне казалось, что круче и профессиональнее сотрудника я не найду, а тем более — в лице девушки.

После того, как мой помощник сообщил, что Люба не выходит из дома, я тем же вечером заявился к ней, не имея сил быть в неизвестности. Но, как ни странно, дверь открыла совершенно другая девушка, как она потом представилась — Света, подруга Любы. Естественно, мой человек не мог знать, что та ходит именно в нужную квартиру, потому как я дал указания быть только у подъезда.

И что-то пошло не так, мы сразу не сдружились с ней, она постоянно указывала на мои деньги. Я, в свою очередь, всю неделю приезжал навещать девушку, беспокоясь о ее здоровье, хоть саму так ни разу и не увидел. Света не пускала меня к ней, ссылаясь на то, что Люба выглядит совсем не для приема гостей. Мне же оставалось только ждать ее выздоровления.

Узнав у наглой подруги, какие лекарства прописал доктор для девушки, я нашел самые лучшие препараты, заменяющие те, дешевые, и уже через сутки температура у Любы снизилась, и она пошла на поправку.

Но то, что произошло сегодня, это за пределами моего разума. Я, конечно, заметил, в те две короткие встречи, что у нее что-то не так, ее боль и растерянность говорили сами за себя. Но произошедший полчаса назад срыв задел во мне все ранее не изведанные чувства, каждую нервную клетку. То, как она сбрасывала эти вещи, с каким остервенением швыряла все, и как в порыве искала фотографии, которые каким-то образом пропали. Внутри все оборвалось от боли за Любу, за ее состояние.

Ее слезы, переживания, дрожащее тело в моих руках, дали мне понять, что теперь я не отступлюсь, буду рядом, что бы ни произошло, и как бы она меня не отталкивала. Я научу ее снова улыбаться.

Сидел на диване и качал Любовь на руках. Ее всхлипы прекратились, и, прикрыв веки, она уснула. Я отнес ее в спальню, уложил на кровать и заботливо укрыл одеялом, немного пригладив ее волосы, упавшие на лицо. Девушка выглядела слабой, хрупкой и беззащитной, слегка впалые щеки, а под глазами — синяки. Мне до ломоты в костях хотелось защитить ее от всего мира, прижать к себе это маленькое тело и никогда не отпускать.

Больше не мешая ей отдыхать, я осторожно прикрыл за собой дверь, в очередной раз взглянув на Любу, и отправился в кухню для разговора со Светой. Очень хочу узнать, что послужило причиной нервного срыва девушки. Ее подруга сидела за столом, не двигаясь, я же озвучил свое желание.

— Если честно, я ничего не понял из происходящего, кроме того, что Любовь страдает. Поэтому, — я лишь на миг замолчал, снова тяжело вдохнув, после чего добавил: — Тебе придется мне обо всем рассказать, потому как я не собираюсь исчезать из ее жизни.

— Клим Андреевич, — она четко выделила мое имя и добавила: — Меня абсолютно не интересуют Ваши желания.

— А состояние твоей подруги тебя интересует? — задал я провокационный вопрос, на что увидел в ее глазах надменность.

— Вот только не надо давить на жалость…

— И не пытался!

— Кофе? — со снисхождением предложила она и поставила чайник с водой на плиту. Я же в ответ кивнул и только теперь сел на уголок.

То, как выглядела квартира, меня абсолютно не смущало, разве только то, что ее хозяйке приходится жить в таких условиях, да и жить ли, судя по ее состоянию.

— Ты не подумай, Клим Андреевич, она не всегда так жила, — видимо, Света обратила внимание, что я разглядываю кухню. — Да и сейчас она может не так жить, но, к сожалению, не хочет.

— На вот это, — я пальцем обвел кухню, уточняя, — мне плевать. Меня волнует Любовь и ее эмоциональное состояние.

— Почему?

— Что «почему»?

— Почему она тебя волнует?