Девственница на замену - Конни Дженс

— Не ты, а твоя оболочка. Это другое, — небрежно махнув рукой, мужчина поднялся и вновь принялся шариться в своих полках, в поисках очередной дряни. — Вот, считай это мои подарком.

— Что это? — небольшой пузырек оказался в моей ладони, вложенной мерзкими пальцами.

— Противозачаточные.

— Я... я не могу иметь детей.

— Интересно. — Задумчиво хмыкнув, Голденваль уставился на меня страшнючими глазенками. — Это все равно поможет не подхватить чего-нибудь занятного. Сомневаюсь, что у тебя такой же иммунитет как у Самиры, просто умрешь.

— Умру…

Взгляд сам собой устремился в одну точку, и я зависла.

В голове кружил рой из мыслей, не самых радужных кстати, и тело одеревенело. Получается, дороги назад нет. Я в этом, не слишком то приятном мире, с речкой-говнюшкой, без стиральной машины, без телефона, без средств к существованию и нормальной медицины. В комнате меня ждет пингвин-обманщик, где-то рядом бродит помешанный дракон и оборотень, решивший, что я его единственная. Со всех сторон осадили. Просто провал.

— Так чем ты занималась в своем мире?

— Помощницей была. Таскала для своей начальницы резиновые члены.

— Фу, — безэмоционально фыркнув, Голденваль продолжил: — Не слишком интересно, я разочарован.

— Мне жаль.

Скатившись с ужасающей каменюки, я поправила на себе орошенное кровью и с небольшими пригаринами платье, и вздохнула.

— Я провожу.

Следуя за алхимиком, я слепо смотрела под ноги, все глубже и глубже проваливаясь в свои мысли, не услышав даже пожелания Голденваля о доброй ночи. Просто топала по узкой дорожке, прямиком до борделя, который теперь должен был стать мне домом.

Надо было что-то с этим делать! Я не готова до конца жизни раздвигать ноги за горстку жаренных очисток! Это выше моих сил!

Прокравшись в спящий бордель, вдруг встала, примерзая к полу, как в фильмах ужаса. Жалобный детский плач тихонечко звенел где-то в глубине дома, так тоскливо, что сердце под ребрами сжалось. Малыш плакал и что-то неразборчиво говорил, поднимая во мне вынужденно усыпленный материнский инстинкт.

Я не могу пойти спать, когда ребенок один и плачет. Наверное, нерадивая мамаша отработав смену, просто не слышит волнения своего малыша.

Наощупь шагая в темноте, я ладонями прощупывала стены, следуя за звуком. Дом спал, и даже скрип половиц под моими ногами казался слишком громким, но я упрямо следовала за плачем, игнорируя факт того, что меня могут поймать.

Следить за детьми надо лучше, а не дрыхнуть!

Обычная дверь скрипнула, приветливо впуская меня в комнату, и тусклый свет, как назвал ее Голденваль — Цереры, осветил детскую кроватку и темноволосую макушку, которая раскачивалась и хныкала.

— Эй, малыш, — тихо позвала я, подкрадываясь еще ближе. — Что случилось? Почему ты плачешь?

Девочка, судя по двум заплетенным косичкам, услышав мой голос жалобно протянула пухлые ручки, просясь на руки. Прижав ребенка к груди, я укачивала ее и гладила по волосам, так сильно пахнущих солнцем.

— Тебе что-то приснилось?

— Ночник, — коверкая слова, малышка вытерла слезы кулаком. — Потух.

— Понятно. Сейчас включу, не бойся.

Свет за моей спиной вспыхнул так неожиданно, что я сама испугалась. Олден стоял на пороге, потирая глаза кулаком и косился на меня, держащую девочку на руках. На нем были только пижамные штаны, спущенные до той самой грани приличия, когда появляются сомнения — косые мышцы на животе должны так выглядывать, или нет?

— Что ты здесь делаешь?

— Она плакала. Я решила ее успокоить, — оправдалась, еще крепче прижимая малышку к груди.

— Ты? С каких пор тебя интересует наш ребенок? — Темная бровь Олдена взлетела к линии роста волос, а раскосые глаза ядовито-зеленого цвета стали шире.

— Наш?

— Наш.

— Мама! — малышка крепко обняла меня за шею, вжимаясь личиком в взлохмаченные волосы.

Мое шокированное лицо не заметить было нельзя, и дракон передо мной напрягся так, что тугие канаты вен выступили под блестящей кожей. Мужская челюсть сжалась до громкого скрипа, а глаза полыхнули неестественным светом.

— Нам нужно поговорить. Са-ми-ра, — прохрипел он, сжигая меня взглядом.