Мастер. Книга первая - Ирина Браун

Пауза…

– Может, заедем поесть где-нибудь? – предложил с улыбкой. – Я сяду за отдельный столик, не переживай.

И снова пауза.

– Я… да… не ела, – будто придя в себя, ответила она.

– По пути будет кафе, можем заехать перекусить.

– Хорошо.

Она была растерянной.

«Неужели я создаю вид какого-то монстра, не способного на простые человеческие чувства? Ведь я так же, как и все, могу заботиться, переживать, быть благодарным и благородным. Почему люди считают меня эгоистом? Да, я всегда действую в своих интересах, но это не мешает мне быть человеком. Хотя сейчас поступаю не совсем по-человечески. Да нет, просто хочу открыть ей глаза. Потом ещё спасибо скажет».

***

Было около десяти, когда въехали в город. Макс сбавил скорость, и мы припарковались возле кафе, про которое он говорил. Местечко, конечно, не очень. Я бы сказала, какая-то забегаловка, ну, по моим меркам. Макс помог мне выйти и извинился за такое место. На парковке, кроме нас, стояло ещё три машины. Среди них я отчётливо разглядела автомобиль Влада. Моему удивлению не было предела. Во-первых, он сказал, что будет занят, а во-вторых, зная, какой Влад эстет, странно видеть его здесь.

«Хотя, может быть, это его водитель?» – оправдала его и пошла внутрь, попросив Макса остаться на улице.

В кафе оказалось достаточно приятно и уютно. Даже при входе меня встретил хостес. Я прошла вдоль помещения, почти внаглую разглядывая гостей. Дойдя уже до конца зала, было обрадовалась честности Влада, но в самом дальнем углу, как бы за ширмой, сидел мой Влад с…

«Лена?! Не может быть! Только не он… только не она…»

Они о чём-то мило ворковали. Правой рукой он прижал её к себе, а она прильнула к его плечу. Это был удар ниже пояса. Время остановилось. Такого я не могла представить даже в самых диких фантазиях. Сразу два человека предали меня. Два моих родных и самых близких. Они увидели меня, и выражение их лиц стало ничуть не лучше моего. Но я умею себя контролировать, а они нет. Ничего не сказав, развернулась и пошла к выходу. Устраивать истерики и скандалы выше моего самолюбия. Влад кинулся за мной.

– Вероника, Вероника, подожди! – кричал он.

Я не оглядывалась, давая себе время на обдумывание. Хотела прислушаться к себе. Он догнал меня на улице.

– Вероника, подожди, дай мне…

– Влад, я всё понимаю, – резко развернувшись, перебила его и, сама не понимая почему, сказала эти слова: – Не надо сейчас ничего мне говорить. Я тебя ни в чём не виню и не осуждаю, Лену тоже… можешь передать ей, – он смотрел на меня в недоумении и, видимо, не понимал, говорю я честно или с сарказмом. – Может, и хорошо, что всё так вышло. Давай обсудим всё завтра, – закончила с улыбкой.

Он не ожидал такой реакции и просто молча остался стоять до тех пор, пока я не уехала.

Странно, но я ничего не чувствовала – ни обиды, ни боли, ни злости, ни ненависти, только стыд, снова стыд перед Максом. Почему мне есть дело до его мнения? Хотя, может, он ничего и не понял? Стоит ли ему сказать, что произошло? Ведь мы не поели и уехали.

– Знаешь, кого я сейчас видела в кафе? – он вопросительно посмотрел на меня. – Влада… с Леной. Они сидели в обнимку… спасибо тебе, что предложил сюда заехать… сегодня ты спас уже две жизни: Лизонькину и мою…

Он молча посматривал на меня. Наверное, ожидал другой реакции – истерик, слёз и тому подобного, но, на удивление, внутри у меня была пустота. То ли оттого, что вся суть произошедшего не дошла до глубины сознания, то ли мне и в самом деле было безразлично, или оттого, что я была рада и в глубине души хотела с ним расстаться. Не осталось ничего, пустота… она росла во мне. Огромная чёрная дыра, которую нечем заполнить, и только глаза Макса, глубокие и до боли ненавистные, утешали меня.

– Макс, попрошу тебя, пусть это всё останется между нами. Я дорожу своей репутацией.

– Ты могла мне этого и не говорить. Не беспокойся, никто не узнает, по крайней мере, от меня точно.

***

Я не понимал её реакцию, но, по моим ощущениям, она была в шоке и ещё не до конца осмыслила произошедшее. Когда привёз Нику домой, уходя, она обернулась и сказала:

– Ближайшие два дня у тебя выходные. Хочу побыть одна…

Она ушла, а мне стало её жаль, до боли жаль. Мне в первый раз было так больно за чужого человека. Стоял и думал, правильно ли поступил, но теперь уже поздно и ничего не изменить. Что сделал, то сделал. Правильно или нет, время покажет. А сейчас я и сам был пуст. Сел в свою машину. Тяжёлый воздух в салоне удушающе давил, не позволяя вдоволь надышаться. Завёл мотор, открыл окна проветрить салон. Сквозь тихий шум двигателя услышал грохот вперемешку с криками. Вышел из машины. Звуки исходили из дома Ники. Раздавались удары и мелкий звон, похожий на бой стекла. Мне стало страшно за неё.

Забежал в дом. Грохот доносился из правой части. Я направился туда. Это была кухня со столовой зоной. Ника стояла босыми ногами посреди осколков посуды и размазанной на полу крови. У неё было шоковое состояние, нервные окончания не чувствовали боли. Схватила вазу с фруктами и со звериным криком кинула себе под ноги. Осколки разлетелись во все стороны, а она продолжала орать. Орала так, что мне стало ещё страшнее. Я не мог себе представить, что с ней будет происходить всё это. Считал, что она полностью себя контролирует, по крайней мере, так казалось.

Ника даже не видела меня. Шагнула, схватила графин с водой и кинула со злостью в стену. Вырывала, выкрикивала из себя всю боль до такой степени, что даже сгибалась и приседала. Потом и совсем опустилась на колени и стала руками раскидывать битые стёкла вокруг и кричать: «Ненавижу!!! Ненавижу!!! Ненавижу!!! А-а-а-а-а!!! А-а-а-а-а!!! А-а-а-а-а!!! Ненавижу!!!» Этот нечеловеческий крик меня выбил из колеи.

«Боже, как больно! Как больно это видеть! Сука! Что я сделал? Я начал рушить её. Вот она – первая трещина, которая пошла по ней».

Меня разрывало на части от боли. Хотелось орать вместе с ней и ползать на коленях, умоляя простить.

«А помнишь, ещё недавно ты хотел этого, так вот смотри, у тебя всё получилось. Она стоит перед тобой на коленях. Не послушал меня, повёлся за своим демоном. Это ещё начало. Дальше будет хуже. Вспомнишь меня ещё» – это моя, сука, совесть проснулась.

– Ника, Ника, успокойся! – бросился к ней, поднял за руки и прижал к себе. – Успокойся, не надо так.

Она еле-еле стояла на ногах. Казалось, рухнет, если её сейчас отпущу.

– Макс, это ты? – спросила она, делая глубокий вдох и в прострации смотря на меня.

– Я! Я! Это я, милая!

– Не отпускай меня, – шепнула она мне на ухо, – прошу тебя, не бросай! Я одна… я совсем одна…

– Не отпущу, не брошу.

Мой член тут же отозвался на её голос и запах. Понимаю, что не к месту, но моё тело не могло реагировать по-другому.